Чтение онлайн

– И тебе!
– радость от встречи Охотника перевесила все неприятности последних дней. Чтобы встретиться с Ренди, готова была еще не раз вернуться к эльфам.

Перебивая себя, мы завалили друг друга вопросами. Смеясь, тут же пытались одновременно на них ответить. В общем, вели себя не совсем разумно, на взгляд выдержанных спутников. Проболтав минут пять, Ренди спохватился, стал до невозможности серьезным, утащил меня подальше от лагеря, в чахлую рощицу. Остановился на краю широкой поляны, огляделся, улыбаясь и хмурясь одновременно. Осознавая нешуточность ситуации, тоже разом стряхнула легкомысленную веселость, затылком ощущая закручивающееся вокруг знакомое нечто, имеющее вполне конкретное название.

– Я с поручением от гномов Гартранда.
– негромко объяснил Охотник, осторожно вкладывая мне в руки шероховатый круглый камушек на тонкой цепочке.
– Гном Баннед из Племени с Северного Трабба, временно пребывающий у родичей на острове, просил передать тебе это, и сказать: "в благодарность за твою защиту в тяжкий час, ему сохранили жизнь. Мы с тобой в расчете".

Странно спокойно приняла я невозможный дар. Вот она, синяя жемчужина, завернутая в серебряный листок. Немыслимое счастье лежит на ладони! А у меня ни мыслей особых, ни восторга запредельного... тихо во мне, как тихо... и вокруг - почему так тихо?.. почему темно?..

Огненные стены мистично мерцали, наполняя смыслом хаос вращающейся вселенной. "Я знаю, кто я".
– сообщила им. "Конечно, знаешь.
– согласились голоса.
– И всегда знала. Просто не верила".

Он не простит мне спасения. Тем более такого спасения. Он слишком горд.

"Ты сама попросила..." - напомнили они ласково.

"И ни о чем не жалею! Я согласна платить и дороже.
– твердо заверила, любуясь красотой призрачных стен.
– Я согласна на все, лишь бы он выжил. Ведь я теряла его в любом случае... Пусть будет счастлив, пусть живет долго".

"Иди.
– попрощались голоса, и стены сдвинулись вплотную, мешая дышать.
– Теперь ты готова ею быть. Теперь ты ЗАХОЧЕШЬ быть ею".

– Дыши! Открой глаза!
– жестко приказал голос извне.
– Не смей умирать, слышишь?!

Так уже было, подумала, рывками возвращаясь в реальность, глотая стоны от боли в груди. Только голос был не твой, Эллорн.

– Здравствуй, Элирен.
– устало, не похоже на себя, улыбнулся он. Улыбка резанула больнее удушья.

– Здравствуй, Эллорн...
– понимая, что слезы не сдержать, просто свернулась клубком на земле, спряталась в ладонях, выплакиваясь за все мертвые дни.

*

Взбудораженный лагерь так и не угомонился до утра. Под давлением происходящего эльфам отказала даже внешняя сдержанность, они непривычно громко пересмеивались, звякали появившимися неизвестно откуда фляжками с вином.

Я плакала так долго, что не выдержал даже Геллен. Он буркнул:

– Ты затопишь и Долину поющих рек, Элирен!
– и не слишком вежливо сунул мне под нос свою флягу.
– Ну, как?
– потребовал ответа.

Я осторожно глотнула, памятуя предыдущий опыт по распитию крепких эльфийских напитков. Тут же поняла: назад не отдам!
– и вызывающе выдернула фляжку из рук эльфа. Силой отнимешь?

"Еще чего!
– блеснул глазами тот.
– Охота мне связываться..."

– Здорово!..
– призналась, поеживаясь от теплых мурашек.

Меня окутала расслабляющая мягкость. Сквозь легкий дурман происходящее наполнилось счастьем, будущее лучезарно улыбалось. Я с готовностью тонула в обманчивых волнах. Завтра всё будет как надо. Сегодня - пусть будет, как есть.

Утро пришло с эльфийской песней. Эллорн, сидящий где-то напротив не различался за высокими языками костра, но я была уверена, что пел он. Второй голос принадлежал эльфу в искристо-зеленом, имени которого не помнила. Магия эльфийской мелодии именно в том, что не замечаешь, когда она захватывает. И пока длится очарование, ничто в окружающем мире не беспокоит всерьез. Пока пели принцы, остальные молчали, два глубоких голоса звучали уверенно, оба низкие, наполненные через край, несущие одновременно тревогу и радость.

Не часто мне доводилось замечать различие в возрасте эйльфлёр, внешность обычно надежно скрывала опыт прожитых лет. Посматривая на притихших, с затаенным огнем в глазах, взволнованных не меньше меня, младших эльфов, как-то вдруг осознала, с какой простотой обычно держится Эллорн.

Потом много пили и долго пели все, даже проснувшийся, но не успевший отрезветь до конца Ренди. Не знаю, какой добрый дух спас меня от публичного позора, возможно, вино Геллена, обжегшее горло.

Около полудня неудержимо потянуло в сон. Сказывалось все разом: нервный вчерашний день, ночное утомление, утреннее пьянство. Эльфы угомонились, сосредоточенно занимались своими делами, неутомимые как всегда. Ренди отсыпался самым бессовестным образом, внушая тихую зависть.

Эллорн больше ни разу не подошел ко мне, и я не стала навязываться. Эльф не оставался один, с ним рядом постоянно кто-то находился, а публичные объяснения - не сильная сторона моих дипломатических навыков. "Он жив.
– в сотый раз напомнила себе, выдавливая очередную натянутую улыбку.
– Этого с тебя довольно. Не усложняй. Ему итак непросто, пусть определяется сам".

Кинув одеяло за кустами подальше от лагеря, уснула, как потом казалось самой, еще не успев на него прилечь.

Вечером ничего не изменилось. Эльфы так же невозмутимо создавали видимость занятости. Охотник укрывался в кустах внизу над мелкой речушкой, и страдал похмельем. Эллорн куда-то подевался. Поискав, не обнаружила ни Геллена, ни второго принца.

Чувствуя себя глупо, ушла далеко вверх по течению, в каменную россыпь. Уселась на гладком валуне под высоким берегом, впитывая скупое тепло угасающего дня. И что дальше, господа? Вот, я наконец-то решилась, но никто больше мною не интересуется. Вы так старательно тащили меня к заветной цели, - а теперь получается, что передумали? Или отказались?

– Нет.

– Опять подслушиваешь, мальчик?

– Опять грубишь, девушка?

– По привычке, наверное. Прости, Геллен.

Эльф приложил мне ладонь ко лбу, одновременно хмурясь и улыбаясь.

"Не бредишь, вроде. Голова болит?" - "Душа болит, эльф".
– "Чего-чего?!" - "Закрутила круговерть - И полстрочки не допеть... Разрезая горизонт, Протянулся тихий стон, Словно мост из жизни в смерть - Не успеть... Разбиваясь на куски, Сердце рвется от тоски... и что-то там еще с окончанием "ски"..."