Чтение онлайн

Когда Нокс поворачивается к Грифону с всё той же насмешкой на губах, я без усилий снова беру на себя роль миротворца, хотя на этот раз выбираю тактику, которая никогда не подводила в том, чтобы отвлечь внимание Нокса от его изводящих игр:

— У нас есть какие-то зацепки насчёт Одарённого или о том, какова на самом деле его сила? Я ещё не успел просмотреть отчёты, которые прислал генерал и его команда.

Грифон морщится, но тон его наконец выравнивается:

— Он ничего не нашёл, я уже читал отчёты. Они зачистили сортировочный лагерь, но там были только пустые камеры и поддельные файлы.

Нокс качает головой, его лицо всё ещё свирепое, но пренебрежительный оттенок в словах наконец смягчается:

— Они безумны, но не глупы: Одарённый такой силы, с которым мы ещё не сталкивались, наверняка является любимым проектом кого-то из высшего руководства. Вряд ли Дэвис оставит свои медицинские файлы просто валяться в палатке посреди пустыни.

Грифон фыркает и качает головой, на время принимая перемирие с Ноксом:

— А команда генерала никогда не оставляет достаточно членов Сопротивления в живых, чтобы получить реальные разведданные прямо из источника, так что мы снова вернулись к исходной точке.

Нокс смотрит на него мгновение, слегка наклонив голову в сторону, а затем медленно качает ею:

— Не совсем. Я просмотрел допросы всей твоей команды, и Харрисон сказал кое-что, что привлекло моё внимание.

Отложив бумаги обратно на стол, я полностью переключаю внимание на Нокса:

— Харрисон? Я был на его разборе после задания, он не сказал ничего такого, чего бы уже не озвучили остальные.

Его голова наклоняется чуть сильнее, и меня поражает сходство этого жеста с его кошмарным существом, всё ещё послушно сидящим у его ног. Его жуткие пустые глаза перемещаются между Грифоном и мной, пока оно продолжает наблюдать, не расслабляясь ни на секунду. Напряжённая поза, которую оно принимает, — явное предупреждение нам обоим: держись подальше или умрёшь мучительной смертью.

Взгляд Нокса фокусируется на ковре перед ним, он слегка щурится, объясняя:

— Он описал тот же набор событий, что и все остальные, только сформулировал это иначе. Не могу точно сказать, в чём дело, но это показалось знакомым. Должно быть, я читал что-то подобное раньше, какой-то другой допрос, но я бы запомнил, если бы это было за последнее десятилетие. Я уже поднял старые отчёты о беспорядках, сейчас пробираюсь через архивы.

Он снова шевелится, доставая планшет оттуда, куда засунул его в подушки кресла прошлой ночью, когда сон наконец взял верх. В тот момент, как он входит в систему, его взгляд стекленеет, и в одно мгновение он снова погружается в свои исследования. Это единственный момент, когда мой брат по-настоящему доволен: когда он слишком занят, разбирая проблему, пока не решит её, чтобы думать об ужасах, таящихся в самых тёмных уголках его разума.

Грифон наблюдает за ним мгновение, затем поворачивается ко мне с твёрдым кивком, словно мы пришли к соглашению:

— Я перечитаю допрос Харрисона сейчас, посмотрю, не покажется ли что-нибудь знакомым. Не уверен, насколько я буду полезен, но попробовать стоит.

Снова собрав бумаги, я бросаю взгляд на телефон, когда тот снова вибрирует на столе — как раз в тот момент, когда кто-то стучится в дверь. Грифон окликает Кирию, и улыбка на его лице, когда он приветствует сестру, — первая искренняя, которую я видел от него с тех пор, как мы нашли нашу Связанную и вернули её.

Прошло два года с тех пор, как Кирия покинула Так-команды, чтобы взять на себя управление кафе их матери, когда генерал покинул Дрейвен. Но когда она наклоняется, чтобы крепко обнять брата, на каждом её бедре закреплён пистолет, а в сапоге заметно торчит нож. Воспитанная безжалостным мерзавцем, который без проблем открыто предпочитал ей сына, Кирия — воплощение сдерживаемой ярости и проблем с отцом.

Она одна из немногих Одарённых за пределами моей Группы Связанных, кому я бы доверил свою жизнь, но втайне мне жаль того, кто окажется её Связанным. Как только она стала достаточно взрослой, она съехала из дома генерала и с тех пор жила в тридцати разных квартирах. Так-команды давали ей достаточно разнообразия, поэтому она оставалась там почти десять лет, но я не удивился, когда она ушла в отставку. Кто бы ни был предназначен ей, ему придётся чертовски постараться, чтобы убедить её остепениться хоть в каком-то аспекте её жизни.

Я рад, что Грифон не такой.

Мой телефон снова вибрирует, и я глубоко вздыхаю, переводя его на беззвучный режим, когда бровь Нокса злобно дёргается в мою сторону. Когда я наконец проверяю сообщения, ожидая ответа от Гейба, я обнаруживаю длинное и преувеличенное описание утренней рутины моей Связанной — каждая минута расписана утомительно подробно, будто мне есть какое-то дело до её глубокого анализа преимуществ зубной пасты с прохладным ментолом перед перечной мятой.

Впрочем, я никогда не был человеком, упускающим тонкости, и изучение каждой мельчайшей детали внутреннего мира моей Связанной когда-то было моим единственным приоритетом. Даже сейчас это входит в тройку моих главных задач, но по куда менее приятным причинам.

Я хочу не просто предугадывать её реакции и ответы на происходящее, но знать её зоны безопасности, её зоны комфорта и точно понимать, куда она побежит, если когда-нибудь получит шанс. Я хочу знать абсолютно каждый уголок её разума, пока, по сути, не начну думать за нас обоих.

Меня снова охватывает яростная, жестокая зависть к Нейро-Дару Грифона, поглощая с такой силой, что он мгновенно это улавливает и прерывает разговор с сестрой, чтобы огрызнуться на меня:

— Что бы ни было в твоём телефоне, это не имеет ко мне никакого отношения, так что перестань на меня так смотреть. К тому же, если кто и имеет право быть здесь мудаком, так это я. Мне не нужно больше отдыхать, и уж точно мне не нужно, чтобы Нокс нянчился со мной.

Кирия переводит взгляд с одного из нас на другого, слегка нахмурив брови:

— Киеран сказал, что постельный режим — это мера предосторожности… Если угрозы нет, зачем тебе ещё и охранник?

Чёрт.

Подняв руку, я обрываю Грифона, прежде чем он успевает полностью меня обругать:

— Нокс был здесь не для охраны, он следил за тем, чтобы твой брат следовал указаниям Целителя. И прежде чем ты начнёшь меня отчитывать, Шор, помни: я с радостью переселю сюда Кирию, чтобы она взяла это на себя, если ты собираешься поднимать столько шума из-за всего этого.

Единственное, что эффективнее, чем использовать беспокойство Кирии как повод подчиниться, — это пригрозить Грифону её опекой, потому что с ней он никогда не сможет позволить себе свои капризы. Они близки — такой тип отношений я когда-то надеялся разделить с Ноксом, — но из-за напряжённой обстановки и динамики власти в их семье они всегда яростно защищали друг друга.

Очень показательно, что она ещё не встречалась с нашей Связанной.

Ещё более показательно, что она не спрашивала о ней в моём присутствии и не требовала ответов. Когда она узнала, что наша Связанная исчезла из больничной палаты, когда мы впервые её нашли, Грифон ещё учился в колледже, но она уже служила в Так-командах. Генерал предпринимал все попытки помешать нашим поискам, но Кирия противостояла ему на каждом шагу, даже сначала отсеяв оперативников, верных ему, чтобы создать собственную команду без официального разрешения. За те месяцы, что мне потребовалось, чтобы вырвать контроль над Так-командами у Совета, команда быстрого реагирования Кирии работала сверхурочно и подрабатывала на меня. Грифон и Киеран были привлечены под её руководством, обучены нашими самыми доверенными оперативниками и получили ценный опыт — всё это во время поисков.

Мой телефон снова вибрирует — ещё одно длинное и бессмысленное описание, на этот раз лестничной клетки общежития и того, почему она представляет опасность для студентов, пользующихся ею каждый день. Я наконец отвечаю ей — краткий и лаконичный ответ, что займусь вопросами безопасности, — и совершаю ошибку, яростно бормоча себе под нос, пока это делаю.

Подняв взгляд, я обнаруживаю, что Кирия ухмыляется мне, блеск в её глазах слишком уж заговорщический на мой вкус. Но когда я бросаю на неё предупреждающий взгляд, она лишь хохочет надо мной: