Чтение онлайн

Он фыркает смехом, оглядываясь на других Одарённых в коридоре:

— Нет, я просто хотел подойти поздороваться. Давно не виделись, я был занят на стройках.

От этих слов мои брови поднимаются:

— Ты работаешь? Я думал, ты не собираешься, пока не закончишь колледж.

Он пожимает плечами:

— Мой отец в последнее время много помогает твоему дяде, дела пошли тяжелее после смерти твоего отца… Чёрт, в общем, я хожу с ним за дополнительными деньгами.

Он опускает голову, явно понимая, что сморозил глупость, но тут же возвращается к своему рассказу, будто ничего не случилось:

— Там появилось много новых бригад, из-за похищений. Это большая помощь — и весело учиться у новых людей. Одарённые хотят держаться ближе к своим, если ты понимаешь, о чём я.

Я не понимаю, совсем ни капли, но киваю, будто это не самая странная хрень на свете. Он коротко кивает в ответ, словно мы пришли к какому-то соглашению, — что абсолютно безумно, учитывая, насколько я растерян, — а затем хлопает меня по плечу:

— Рад был увидеть тебя, Гейб.

Потом он протягивает руку, будто это самая естественная вещь на свете, будто мы не впервые пожимаем друг другу руки, — но я принимаю рукопожатие, даже бровью не поведя.

Он вручает мне листок бумаги.

Мои Узы дёргаются в груди.

Сначала я думаю, что это предупреждение или раздражение из-за всего, что тут творится, но, подняв взгляд, я вижу свою Связанную — она стоит в другом конце коридора и смотрит на Тоби. Затем наши взгляды сталкиваются, и сердце замирает у меня в груди.

Её волосы — фиолетовые.

Цвет не неоновый или что-то в этом роде, а скорее лёгкий оттенок, какой бывает у пожилых дам, но вместо того, чтобы выглядеть глупо или по-детски, моя Связанная сияет. Это заставляет её глаза буквально светиться — голубой огонь в них полностью завораживает меня через весь коридор. Сердце наконец вспоминает о своём предназначении и начинает бешено стучать в груди. Она прекрасна, чертовски потрясающа и бесспорно идеальна для меня. Моя.

Застигнутый врасплох её видом, я замечаю внезапный испуг, заполнивший её глаза, — и моя Узы мгновенно реагирует кипящей яростью, слишком быстро, чтобы я успел что-либо сделать. Всё закручивается так стремительно, что мне требуется минута, чтобы взять себя в руки.

К тому моменту, как я снова прихожу в себя, Оли уже нет.

ШЕСТНАДЦАТЬ

ГРИФОН

После того как целители разрешили мне вернуться к обязанностям, Норт отстраняет мою команду от заданий на неопределённый срок. Он сообщает остальному Совету, что принял это решение из-за возросших угроз безопасности, но на самом деле использует моё нападение как предлог. Вместо разведывательных и спасательных миссий я начинаю прочёсывать сознания членов семей Верхнего Уровня. Мы понемногу занимались этим последние пять лет — отчаянно пытаясь найти хоть что-то, что поможет нам отыскать нашу Связанную. Но что бы ни нашёл Нокс и что бы он пока ни держал при себе, это выдвинуло нашу работу на первый план.

Результаты, к сожалению, одновременно предсказуемы и ужасающи.

Мои родители часто говорили о беспорядках в семидесятых. Они оба сражались в Так-командах в разгар конфликтов, потеряли многих близких друзей и даже членов семьи, и каждый из них вписал своё имя в книги истории Одарённых благодаря служению нашему сообществу. В детстве всё это казалось таким героическим, но далёким. Я особенно боготворил отца — как, уверен, многие сыновья, — но по-настоящему понял, насколько эта война актуальна, только после своей первой миссии в поле.

Это не просто то, о чём читаешь в старых учебниках, или даты и факты, которые нужно заучить для тестов. Это в повседневных разговорах, в том, как Совет реагирует на проблемы, в том, как семьи Верхнего Уровня предпочитают взаимодействовать с Одарёнными Нижнего Уровня, с которыми сталкиваются. Каждый холодный взгляд и невежественное действие, каждый шанс отточить клинок — даже на так называемой «правильной стороне» войны — всё это оттенки серого, которыми я окружён, и из-за них процесс проверки превращается в кошмар.

Слишком многие из этих серых зон отличаются лишь едва заметным оттенком от риторики Сопротивления — и это лишь подтверждает, что опасения Норта за безопасность нашей Группы Связанных вовсе не беспочвенны.

Охрана продолжает следить за каждым шагом моей Связанной — её сопровождают исключительно самые надёжные члены моей команды. Гейб проводит дни, провожая её с занятия на занятие и терпя шёпоты и язвительные комментарии сверстников. Норт и я оба переходим на работу в его офис в кампусе, а из-за плотного графика лекций Нокс практически прикован к месту.

Уверен, он бы работал на другом конце штата, если бы у него был выбор.

С десятком угроз и потенциальных угроз, преследующих каждую мою мысль наяву, я провожу лишний час в спортзале, проходя свой тренировочный цикл.

К тому моменту, как я добираюсь до завтрака, Норт и Гейб уже опередили меня. Редкое явление — чтобы Дрейвен кого-то опередил до полудня, — а хмурое выражение на его лице не сулит ничего хорошего для предстоящего дня.

Гейб кивает мне в знак приветствия, но продолжает разговор, не сбиваясь с ритма:

— Она никому ничего не сказала. Сначала я думал, что это просто мои глупые мечты, но… она действительно ничего не сказала.

Ах.

Записка его кузена.

Одна строка координат и список широко известных имён из Сопротивления — пока это не имеет для нас никакого смысла, но его отчаянное желание связаться с Гейбом и взъерошенный вид на футбольном матче заставляют нас копать дальше. Наши ресурсы истощены, и без помощи дело идёт медленно.

Что ещё хуже, парень теперь отказывается говорить с Гейбом, а его родительская Группа Связанной не идёт на контакт ни с одной из наших попыток с ними связаться.

Норт немигающе смотрит через стол на Гейба, едва ли замечая моё появление, и, когда я присматриваюсь к нему, замечаю, что его глаза настолько тёмные, что кажутся почти Обратившимися. Даже спустя все эти годы напряжение, охватывающее меня, сковывает на месте — я мгновенно готовлюсь. Если он потеряет контроль и его кошмарные создания появятся, я окажусь в самой гуще, защищая Гейба, поскольку они, без сомнения, атакуют источник смятения Норта.

Когда дверь открывается и привлекает его внимание, белки его глаз отчётливо вспыхивают, когда он бросает взгляд на измождённого брата, вошедшего в комнату, и я заставляю свои плечи расслабиться, несмотря на новую проблему, которая буквально вваливается следом.

Нокс, без сомнения, чертовски сильно страдает от похмелья.

Он должен вести занятие моей Связанной через несколько часов, и я не думаю, что Гейба будет достаточно для её защиты, пока Нокс в таком состоянии.

Я не единственный, кто приходит к такому выводу.

На секунду у Норта дёргается мышца на щеке, но он тщательно это скрывает, прежде чем горничные выносят блюда с завтраком. Когда я впервые начал здесь есть, меня выбивало из колеи сидеть за столом и получать обслуживание таким образом, но Норт и Нокс, похоже, никогда этого не замечали. Гейб заметил сразу, так что я знаю: дело не только в стандартах Генерала, отличающихся от стандартов Дрейвенов.