Разрушительная ложь
Шрифт:
Слова, словно бетонные плиты, складывались в стену, которую я строила между ним и своим заблудшим сердцем.
Тик-так. Тик-так. Тик-так.
Лишь мое неровное дыхание нарушало мучительно медленное течение времени.
С тех пор как Кристиан вернулся домой, я не сдвинулась ни на сантиметр, но моя грудь вздымалась, будто я покорила Эверест.
– Ни больше ни меньше. – От его ленивого повторения моих слов по спине побежали мурашки.
Горло сжалось, и я не могла нормально вздохнуть. Все вокруг непрерывно гудело, словно перед грозой.
Он шагнул ко мне. Я инстинктивно сделала шаг назад, а потом еще и еще, пока не уперлась поясницей в диван, а сердце не забилось так сильно, словно вот-вот появится синяк.
– Вот кто мы, Стелла? Соседи, которые встречаются по взаимовыгодным причинам?
Вопрос прозвучал с бархатной мягкостью, но его глаза блестели, как два заточенных лезвия.
Ладони Кристиана погрузились в подушки по сторонам от меня, и я оказалась в ловушке.
Мне потребовалась вся сила воли, чтобы не сжаться, но я к нему не прикоснулась. Одно касание, и я бы испепелилась. Сомнений не возникало.
Но я отказалась доставлять ему удовольствие и прятаться, а потому подняла подбородок, стараясь не думать о считаных сантиметрах, разделяющих наши тела.
– Ничего большего быть и не должно.
– Я не спрашивал тебя, что должно быть. Я спросил тебя, кто мы.
– Ты никогда не отвечаешь на мои вопросы, – вызывающе заявила я. – Почему я должна отвечать на твой?
Гул усилился, нахлынув, как приливная волна. Взгляд Кристиана потемнел, и зрачки почти полностью заслонили расплавленное золото радужки.
– Твои вопросы. – От его жесткой улыбки в жилах застыла кровь, и я вдруг пожалела, что вообще его о чем-то спросила. – Хочешь знать почему, Стелла? Почему я подарил тебе часы, почему переселил в свой дом, в свое убежище, где жил один больше десяти лет и планировал жить до конца своих дней?
Каждое слово наполняло кровь адреналином, пока я не утонула. В нем. В этом диком водовороте, куда я затянула нас, не видя пути к отступлению.
– Потому что ты не смотрела мне в глаза с Нью-Йорка. Потому что я могу думать только о тебе, где и с кем бы ни находился, и мысль, что ты испытываешь боль или расстроена, вызывает у меня желание сровнять этот город с землей. – В его голосе прозвучала мягкая, почти отчаянная злоба. – Я никогда никого не желал сильнее и никогда так себя за это не ненавидел.
Водоворот затягивал все глубже, погружая в тысячи различных эмоций. Все слова сидели слишком глубоко в груди, чтобы вырваться наружу.
На его губах появилась горькая улыбка.
– Вот, черт подери, почему.
Дуновение прохладного воздуха, и Кристиан исчез.
За его спиной захлопнулась дверь, и я рухнула на диван – в моей ладони лежали часы, а у ног – руины мира. Того, каким я его знала.
Глава 23
Кристиан
Пятничным вечером в «Валгалле» царил разврат, но, вместо того чтобы играть в покер или развлекаться в джентльменском клубе, я опрокинул уже шестую рюмку в баре.
Виски, ненависть к себе и гнев разжигали кровь, а брюнетка рядом со мной продолжала болтать.
Три часа и вдвое больше порций выпивки не растопили черного льда, сковавшего мне вены с тех пор, как я оставил Стеллу одну. Как и порхающие вокруг меня девушки, красивые и совершенные сами по себе.
Хозяйка косметической империи. Богатая наследница. Супермодель, которая, казалось, легко готова бросить медиамагната, с которым пришла.
– Я живу в отеле неподалеку. – Модель наклонилась ближе, и ее низкий хриплый голос просочился сквозь шум. – Может, хочешь присоединиться?
Я провел большим пальцем по краю стакана и молча на нее посмотрел.
Она слегка покраснела.
Отчасти мне хотелось принять предложение и утопить разочарование в горячем сексе. Именно таков был изначальный план, когда я начал с ней флиртовать.
Но возникла проблема. Никакие супермодели или секс не могли вычеркнуть из моей памяти Стеллу, ни на единую чертову секунду.
Раздражение растекалось по венам.
– Не интересует. – Ответ прозвучал резче обычного, и раздражение усилилось.
Мне нужно отсюда уйти. Я на взводе. Если останусь, могу наделать глупостей.
Прежде чем модель успела ответить, ее спутник наконец заметил ее отсутствие, закончив разговор с другим членом клуба.
Он бросился к нам с мрачным видом.
– Аня. Я же сказал тебе держаться рядом. – Он по-собственнически сжал ее запястье и уставился на меня.
Я посмотрел на него со скучающим видом.
Виктор Блэк, генеральный директор медиаимперии из десятков дрянных, но популярных газет и веб-сайтов.
Один из самых докучливых членов «Валгаллы».
– Прости.
Аня ничуть не сожалела.
– Харпер, – злобно усмехнулся Виктор. – Я думал, ты должен проводить вечер пятницы со своей девушкой, а не флиртовать с чужими?
Моя улыбка похолодела при упоминании Стеллы.
Если бы мы были одни…
– Ты прав, – сказал я дружелюбно. – Желаю вам прекрасно провести время.
Мой любезный ответ стер ухмылку с лица Виктора. Когда я встал и опустил стодолларовую купюру в банку для чаевых, в его глазах мелькнула паника.
– Где ты…
Я ушел, не дослушав вопроса, и сделал остановку у его любимой спортивной машины.
Пусть у меня и не было с собой оружия – в «Валгалле» этого не позволялось, – но в моем распоряжении были другие, менее очевидные средства.
Спустя две минуты и одно подложенное устройство я сел в машину и поехал домой.
Подъехав к «Миражу», я посмотрел через телефон трансляцию с камер наблюдения возле дома Виктора. Как и ожидалось, он ушел вскоре после меня; его машина появилась минут через десять после того, как я припарковался.
Они с Аней вышли из машины и зашли в дом.
Я подождал, пока за ними закроется дверь, и активировал устройство.
Видео не передавало звуков, но я слышал в голове грохот, когда загорелась его машина.
Когда выбежал Виктор, она уже превратилась в искореженный, почерневший кусок металла в огненном вихре.
Я искренне улыбнулся – впервые за вечер.
Так гораздо лучше.
Я убрал телефон в карман, поправил куртку и вышел из машины.
Возможно, он мог догадаться, кто стоит за уничтожением его машины, но ни черта не станет с этим делать. Пусть радуется, что я не взорвал его самого.