Чтение онлайн

Мы оба повернулись в сторону эмиссара.

— Генерал, тебя ищут.

Я хмыкнула. Явно понимая, кто именно. Странно, что она сама не ворвалась в палатку. Генерал провёл ладонью по небитому лицу и встал.

— Кто?

— Там супруга Нортана приехала. У неё разрешение от императора навестить мужа. Она приехала проститься.

— Как проститься? Разве он не идёт на поправку? — подала я голос и посмотрела на бывшего мужа.

В конце концов, его тут не было два дня. Тогда как меня чуть больше недели.

— Он был жив, когда я покидал лагерь, — коротко ответил он.

И спешно вышел. Впрочем, у полога всё равно ещё раз посмотрел на меня.

Потом исчез.

Я пригладила волосы. Бросилась одеваться. Снова натянула брюки, сменила рубашку, закрепила ремень под грудью.

Вышла. Думаю, Алисия очень обрадуется, что смерть её супруга откладывается.

Нужно только дать ей рекомендации на всякий случай. Только вот они ей были не нужны…

— Как Нортан, господин Убард? Когда освободится, когда придёт конец мучениям? — спросила Алисия, и я замерла, не доходя до палатки шатра.

Моя рука так и повисла в воздухе, чтобы поднять полог и раздвинуть шире тяжёлую ткань и войти внутрь.

— Какой конец? — по голосу старика было слышно, что тот опешил. — Вы не поверите, но нашей травнице удалось побороть демонический яд, так что к праотцам ваш супруг не отправляются, — торопливо закончил старший целитель, и в его голосе прозвучала усталость, смешанная с облегчением.

— Как? — столько возмущения было в голосе Алисии.

Я всё-таки раздвинула полог шире, заглянула внутрь и первым увидела совершенно удивлённое лицо старшего целителя. Он даже нервно поправил собственную рубашку у горла. Возмущённое, раскрасневшееся лицо Алисии тоже бросилось в глаза сразу, а ещё она была в чёрном вдовьем платье.

Потом раздался скрип кровати — Нортан проснулся. Старик опустил глаза, ему, видимо, стало неловко, он прокашлялся.

Алисия села на простую табуретку, протянула к его постели руку, он перехватил её ладонь и крепко сжал. Нортан смотрел на супругу измождённым взглядом. Его кожа по-прежнему была почти пергаментного цвета, и сам его вид был ужасно болезненным. Его ещё, конечно, выхаживать и выхаживать, долгими днями и бессонными ночами.

— Алисия… ты приехала.

— Конечно. Как я могла не приехать, — тихим, глухим голосом проговорила Алисия, и в этом голосе не было ни тепла, ни радости.

— Как девочки? — спросил Нортан, и каждое слово давалось ему с трудом.

— Они… они сейчас с моими родителями. И всё в порядке. Как ты?

— Как видишь.

Они замолчали, просто смотрели друг на друга, и у меня самой внутри что-то поднималось, неприятное, тягучее чувство, будто надвигается буря.

— Нортан, я приехала, чтобы сообщить тебе, что хочу с тобой развестись.

Повисла тяжёлая пауза, плотная, как дым.

— Не понял… — прохрипел дракон.

— Понимаешь… я встретила другого.

Нортон молчал, просто смотрел на неё, а у меня самой сердце обливалось кровью.

То есть такой, как сейчас, он ей не нужен?

Алисия молчала, и у меня внутри что-то обрывалось. Я почувствовала, как ко мне со спины подошёл Рейгард. Запах сандала окутал меня, тёплый и тяжёлый. Он слышал все так же, как и я, и у меня внутри всё пульсировало от обиды за этого мужчину, лежащего на постели.

Не сразу я услышала шёпот над головой:

— А если бы я стал калекой, ты бы тоже бросила меня? — неожиданно спросил Рейгард.

Я чувствовала, как его голос дрожит от едва сдерживаемой злости, но не на меня. Я неопределённо повела плечом.

— Я не твоя жена, так что нас ничего, кроме истинности, которую можно подавлять, нет.

— Ответь. Если бы я стал калекой…

Я повернулась к нему вполоборота, посмотрела в его жёлтые глаза, которые смотрели не на меня, а словно сквозь меня. В них плескалась боль, и её было невозможно не заметить.

— Я бы не бросила. Но мой ответ не имеет значения. Нас ничего не связывает.

Я отвернулась от Рейгарда. Даже не хотела задумываться отчего он решил спросить у меня это.

Нортан не находится в таком плачевном состоянии. Да, возможно, яд сказался на его физической силе, ему нужно будет лечение — долгое, изнурительное, трудное. Навряд ли он останется инвалидом, если рядом будут те, кто действительно готов бороться за него.

— Она ведь предаёт его, — глухо проговорил Рейгард позади меня.

— Алисия не хочет тратить свою жизнь на калеку. И признаётся ему в этом.

Говорить, что она приехала в чёрном платье, скорее всего уже мысленно простившись с ним, не стала. Тут и так это очевидно для всех.

Я снова обернулась на него.

— Ты ведь тоже умеешь предавать, — тихо сказала я. — Пусть не в таких обстоятельствах, пусть не так, но умение это у тебя есть.

Рей не отвернулся. Взгляд его стал ещё мрачнее, когда он смотрел на меня.

Я снова отвернулась. А из подслушанного разговора поняла, что Алисия устала, что выговаривает Нортану за редкие встречи раз в полгода, что ей этого недостаточно, а она женщина. Хотела бы спросить бывшего мужа, ничего ли ему эта сцена не напоминает, но не стала.

Думаю, что он тоже сравнивает нашу жизнь. Только я в отличие от Алисии любила и принимала генерала каким он есть и уходить не собиралась. Была его надежным тылом.

Алисия продолжала говорить: она встретила не просто мужчину — она встретила своего истинного. И теперь цеплялась за это оправдание, как за спасительный круг.

Мне стало противно всё это слушать. Я развернулась, чтобы уйти, но Рейгард перехватил мою руку. Снова посмотрел в глаза. Его взгляд метался по моему лицу, будто он искал что-то, чего не мог найти.

— Отпусти меня, Рейгард.

И он, кажется, хотел что-то сказать, но не успел.

Словно из ниоткуда появилась Беатрис.

Она внимательно посмотрела на нас, и в её взгляде была злость, ревность, ярость — всё вперемешку. С другой стороны к нам вышел старший целитель, а затем из комнаты вышла Алисия.

На её скулах горел лихорадочный румянец, она явно нервничала, пальцы подрагивали.

Позади послышался глухой удар и рык. Рейгард отпустил меня и прошёл в палату, явно чтобы поддержать друга.