Чтение онлайн

Из моей комнаты донёсся заливистый смех Элис, и у меня сжалось сердце. Я убавила огонь и пошла проверить их.

Три высоких, крепких мужчины стояли вокруг кровати, словно телохранители, скрестив руки на груди, их головы синхронно подпрыгивали в такт прыжкам Элис.

Она была в восторге. Прыгала, как будто это батут, держала обеими руками своего обезьянку и подкидывала её вверх, её светлые волосы поднимались при каждом прыжке. Я так давно не видела столько радости на её лице. И самое поразительное — Дасти уже не раз заставил её светиться от счастья сегодня.

Я даже не чувствовала ревности к нему за то, что он сумел сделать то, что мне не удавалось так долго. Я просто была благодарна за эту картину передо мной.

— Смотри, мама! Пичес летает!

Я рассмеялась, и Дасти посмотрел на меня. Взгляд, от которого у меня перехватило дыхание.

Когда в последний раз мужчина смотрел на меня так?

Я быстро отвела глаза.

— У неё талант, — сказала я, обращаясь к Элис.

— Мы поедем, — сказал Такер, хлопнув брата по спине.

— Спасибо, ребята, — сказала я. — Я вам должна.

— Я бы не отказался от тех самых батончиков с ягодами, о которых все говорят, — сказал Джек.

— От кого? — Дасти выглядел возмущённым.

Джек пожал плечами.

— Кажется, Энни?

Я вспомнила её. Встретила на барбекю у Партриджей.

— Ягодные крамбл-батончики? Я вам испеку, — пообещала я, а потом посмотрела на остальных. — Всем троим.

Они ухмыльнулись. Такер и Джек направились к выходу, а я поспешила обратно к плите, чтобы помешать мясо.

— С кровати, Элис. Это было одноразовое веселье.

Она недовольно пробурчала, но послушалась.

— А Пичес можно прыгать?

— Только если она будет прыгать одна.

Дасти проводил друзей, а я вернулась к плите. Я на мгновение задумалась: А вдруг он просто уйдёт и не вернётся? Но тут я услышала звук его шагов по наружной лестнице. Какое-то странное облегчение заполнило меня. Я занялась нарезкой лука, когда он снова вошёл в квартиру и остановился с другой стороны стойки.

— Слушай, Нова, я знаю, что ты не хочешь милостыни, поэтому скажу прямо.

Я замерла с ножом в руке. Он бросил взгляд на разделочную доску.

— Может, сначала дорежешь? Чтобы мы оба не разревелись?

Я покосилась на наполовину нарезанный лук.

— Мы не заплачем. Это сладкий лук.

— Это вообще бывает? — Он выглядел восхищённым.

— Да. Жёлтый — вот от него слёзы льются ручьём. Держись от него подальше.

— Запомню.

Дасти выглядел таким искренним. Его светло-карие глаза, почти золотые, были мягкими.

— Так вот. Я живу один в большом фермерском доме с кошкой.

Ага. Значит, это объясняет кучу кошачьего корма, который он покупал в день нашей первой встречи.

— Когда я говорю, что у меня завалялось много вещей, я имею в виду много. Дед оставил мне две комнаты, полные мебели, и она просто стоит без дела.

Я открыла рот, чтобы возразить, но он поднял руку, останавливая меня.

— Послушай, Нова. Это не благотворительность. Я не прошу тебя брать их бесплатно. Ты можешь вернуть их, когда они тебе больше не понадобятся. Но позволь мне привезти тебе пару вещей.

Моя рука осталась лежать на разделочной доске рядом с луком. Другая сжимала нож. Запах сладкого лука, чеснока и шипящего мяса наполнял кухню, но всё, о чём я могла думать, это Дасти, стоящий напротив.

Для соперника он слишком часто оказывался на моей стороне. Я так давно не чувствовала, что кто-то по-настоящему на моей стороне.

Кроме Джиджи, конечно.

— Ладно, — тихо сказала я.

Он поднял брови.

— Ладно?

— Ладно, — повторила я.

Улыбка вспыхнула на его лице так широко, словно я только что предложила ему билеты на игру Техасских ковбоев.

— Такер отвезёт Джека домой, но сейчас он поможет мне всё загрузить. Мы вернёмся через час.

— Сейчас?

— Да. Ты свободна вечером?

Он видел, как я готовлю ужин, так что, очевидно, планов на ближайшее время у меня не было.

— Да. Если ты уверен.

— Уверен.

Он смотрел на меня ещё мгновение. Так близко, с одной лишь стойкой между нами, я видела грубую щетину на его челюсти, тень, ложащуюся между нижней губой и подбородком. Мне хотелось протянуть руку и коснуться его.

Это было стремительное, почти дикие желание, вспыхнувшее так внезапно, что меня это поразило. Я не испытывала ничего подобного к никому, кроме Картера, уже больше десяти лет.

Это была опасная территория. Я сглотнула, горло пересохло, и я отчаянно пыталась найти, что сказать.

Но тут телефон зазвонил, прервав момент жизнерадостной, раздражающей мелодией. На экране вспыхнуло лицо Картера.

Мне действительно нужно было сменить эту старую фотографию на что-то менее привлекательное. Может, на собачий зад — это больше соответствовало бы моему настроению, когда он звонил.

Мгновение я подумывала сбросить звонок, но он уже неделю пропускал звонки детей. Элис явно хотела поговорить с ним.

Когда я подняла глаза на Дасти, его выражение было… отстранённым.

— Мне лучше ответить.

— Конечно. Увидимся через час.

Я кивнула, развернувшись к детской, а он направился к выходу. Смахнув пальцем по экрану, я ответила:

— Элис, папа звонит.

Раздался топот босых ножек — она бросилась ко мне.

— Привет, Нова, — сказал Картер, его лицо заполнило экран.

Было столько вещей, которые нам надо обсудить — деньги на школьные обеды, медицинская страховка, пока мы в Техасе. Но эти разговоры лучше вести без маленьких ушек, а ещё у меня на плите жарилось мясо.

Входная дверь захлопнулась за Дасти.

— Бен у друга, но вот Элис, — сказала я Картеру.

Впервые я с лёгкостью убрала список проблем в дальний угол сознания. Я не хотела говорить с Картером. Я хотела поставить лазанью в духовку, не поджарив начинку до углей. Передав телефон дочери, я вернулась на кухню.