Речные Речи
Шрифт:
– Эрл звонит, – прервалась Летисия. – Да? М… Поняла. Сейчас приедем.
Она положила трубку и обернулась к Шариме:
– Лодка замечена, ее унесло далеко в море. Эрл ждет нас в порту.
Все оперативно погрузились в машину. Марта и Шарима зажали на заднем сидении Рона, а Кати, хоть и самая маленькая, удобно устроилась на сидении рядом с водителем.
Автомобиль моргнул фарами и, негромко взрычав, покатил от берега, оставив в лунном свете опрокинутое ведро и одинокую корзинку с незаконченным шарфом.
Глава 10. Вечерняя звезда
Стоило распахнуть дверь, и в ноздри ворвался прохладный свежий морской запах. Несмотря на то, что гавань располагалась не так уж и далеко от их стоянки на реке, здесь был словно иной мир. Вместо тенистых склоненных над водой ив деловито сверкали в свете прожекторов металлические, поскрипывая на ветру лебедками, выстраивались, словно блочными многоэтажными домами, морские контейнеры, у берега терлись широкими амортизирующими боками коренастые и цветные буксирчики, а подальше виднелись чуть беднее иллюминацией языки марины, увешанные мелкими и несколькими более крупными яхточками.
Шарима ни разу за это время не была на территории порта, хотя в марину они заходили один раз по техническим вопросам. Эрл встретил их у ворот, у него до сих пор был пропуск, да и все старожилы порта слишком хорошо знали его, чтобы чинить какие-то формальные препятствия.
– Доброй ночи, потерпевшие! – весело поздоровался он. Морской воздух и атмосфера порта так оживили его, что он выглядел приободренным, несмотря на повод, и помолодевшим даже. – Ну и вид у вас, – его взгляд остановился на закутанном с головой в плед Роне, – пираты выбросили Вас за борт, когда похищали судно? Нет, так не пойдет, надо что-то подыскать, да и даме тоже – на море холодно.
Вместе с другим сотрудником порта, коренастым маленьким мужичком, быстро нашли Рону рабочий комбез почти даже по размеру – немного висящий на нем по ширине и слегка не достающий до щиколоток по длине, – и теплую полосатую фуфайку. На Шариму нацепили гигантскую куртку с капюшоном, слегка отдающую машинным маслом, и даже где-то отыскали шерстяные носки, а Рону уморительную вязаную шапочку. Теперь они имели вид вахтовиков на путине. Кати коротко заметила, что ей ничего не надо, и только извлекла из кармана кофты свернутую в клапан непродуваемую куртку, у Летисии была своя одежда в машине, а Марта с радостью приняла другую полосатую фуфайку, радуясь, как мальчишка, которому дали примерить капитанский китель. Это так развеселило друга Эрла, что тот сразу же подарил фуфайку Марте.
– Всё, – скомандовал Эрл, – оперативно погружаемся в буксир. Дежурные, заметившие лодку, уже передали координаты. Ее постепенно сносит, надо поторапливаться.
– А на катере не быстрее будет? – поинтересовалась Кати, оправляя куртку.
– Есть вероятность, что придется буксировать… – Эрл махнул рукой, поторапливая.
Маленький пухленький оранжево-белый кораблик деловито отчалил и неспешно двинулся во мрак, где помигивал лишь огонек маячка на входе в марину. Судно низко гудело. Шарима высунулась из рубки, подставляя лицо холодному ветру. Впереди по темной воде полз полупрозрачный волок тумана. Естественного ветра почти не было, только создаваемые движением судна воздушные потоки забивались под капюшон, заполненный ее густыми, освободившимися от последних шпилек волосами.
– Не простудись, – тихо заметила Летисия, знавшая коварность моря.
Эрл был у штурвала, с серьезным видом обозревая показания приборов, он заметил:
– Вот она, прямо по курсу.
Зеленая полоска радара на экране показывала помеху, но во мраке пока ничего не было видно.
– Странно она стоит, – Эрл пошел на разворот. – Кренится что ли слегка, и не по течению развернута, зацепилась, что ли, за что-то? Будете сходить – аккуратнее, если что – сразу назад. Поняли? – сейчас его голос звучал четко и серьезно. Эрл снова был капитаном.
Теперь уже и Шарима видела белеющий силуэт лодки. Вместе с мужем они первые вышли из рубки в туманный воздух. Сизые влажные плети его огибали корпус судна, проплывая мимо облачными обрывками. Шарима невольно уцепилась за руку мужа, и он покрепче сжал ее ладошку, успокаивая.
– Что-то мне подсказывает, что у нее винт поврежден, – заметил Рон негромко. – Но ее точно не могло унести, я проверял все крепления. Ее отвязали специально… Но кому это могло понадобиться? Даже не украли, просто бросили. Как будто напакостить?
– Именно, – так же негромко произнесла Шарима, размышляя между тем, а стоит ли Рону вообще идти на палубу.
Эрл вместе с Мартой, вызвавшейся помочь, выкинули крючья, готовясь к абордажу, и подтянули судна бортами. Все-таки Рон взошел на «Эсмеральду» первым. Все женщины последовали за ним, Эрл остался у штурвала буксира.
Лодку действительно слегка кренило на один борт, и горшки с пеларгониями съехали, баррикадируя проход по палубе. Рон сразу же спустился вниз проверить, нет ли пробоины. Шарима с Летисией обследовали боковые отсеки. Видимых повреждений не наблюдалась, но ни один прибор не работал, свет не включался, а лодка действительно, как и предположил Эрл, не заводилась. Теперь закономерно было закрепить «Эсмеральду» к буксиру и двигаться в порт. Но все четыре женщины хорошо понимали, что они здесь не только за этим…
На носу валялось опрокинутое ротанговое кресло, отсутствовал один из спасательных кругов, и часть парника уныло обвисла. «Мои помидорчики!» – накатило вдруг на Шариму, и она ринулась к парнику поправлять полог. И тут же споткнулась обо что-то и растянулась во всю длину на палубе.
Перебирая ладонями по мокрым холодным доскам, она села, оглядываясь. Летисия первая подоспела и замерла у кресла, там, у ног Шаримы, лежала помятая книга в мягкой обложке. Шарима вскочила, потянулась к книге и распахнула ее. Страницы заполняли буквы! Отдернув ладонь, и даже слегка встряхивая кисть, Шарима вдруг уверенно зашагала к парнику. В этот момент на носу уже собрались остальные. Рон стоял чуть поодаль, прищурившись, но не приближаясь к книге.
– Не трогайте ее! – провозгласила его жена, вытаскивая с парника пустой горшок.
– Ты что делаешь? – вопросил Рон прошагавшую обратно мимо него жену.
– Сейчас увидишь, – зло сказала она и исчезла за дверью камбуза.
Три остальные женщины хранили молчание, при этом незаметно сместившись ближе друг к другу, почти подпирая соседку плечом неравной высоты.
Очень быстро Шарима вернулась, неся в руках длинную зажигалку для конфорки. И прежде чем Рон успел хоть что-то сказать, швырнула книгу в горшок и подожгла.
– Все, хватит с меня этой галиматьи! Только великие рукописи не горят, а этой самое место в…
Книга вспыхнула синеватым пламенем и начала морщиться и корчиться, обугливаясь, распушая страницы, и каждую охватывал язык пламени. Из горшка потянуло едким дымом, вплетавшимся в окутавший лодку и, казалось, еще более сгустившийся туман. И в этом сизом мороке постепенно начала проступать фигура. Вначале только внешними очертаниями, потом темным провалом, и наконец, перед собравшимися на самом носу лодки появилась она, все так же в длинном темно-зеленом платье, но теперь волосы ее свободно развевались и курчавились вокруг головы, как змеи древнегреческого чудовища, а птицы сидели на плечах. Правда, одна из ворон выглядела как-то неуверенно, приоткрывая крыло и неловко балансируя им.