Чтение онлайн

— Ты видишь вот такие бреши?

Он плавно указал рукой на небольшое, слабо пульсирующее багровым светом пятно рядом с нашей застывшей иллюзией, которое мерзко искажало пространство. Получается, этот подпространственный карман — не брешь? Они кардинально отличались по своей структуре и цвету.

— Да, — медленно кивнула. — После одного… неприятного события.

— Драконья раса по своей природе и так чувствительна к подобным пространственным аномалиям. Но у меня есть ещё Сила Духа. Она позволяет видеть, стирать и запечатывать саму грань между нашим миром и Бездной, откуда исходят чудовища.

— То есть ты их чувствуешь? — проговорила я скорее как утверждение, хотя понимала механику всего этого с огромным трудом. Чтобы видеть такое, нужно было родиться с этим редким, проклятым даром.

— Я вижу всё это точно так же, как и ты, — проницательно ответил он, внимательно глядя мне в глаза. — Только твоя новообретенная сила — это прямое следствие грубого вмешательства извне. Моя — неотъемлемая часть внутренней сути.

— То есть... То есть ты... — сипло произнесла я, но так и не смогла закончить пугающую фразу. Догадка леденящим комом подступила к горлу.

— Перед самым первым перерождением в момент схватки, когда моя сила окончательно вышла из-под контроля, я начал превращаться в жуткую тварь из Бездны. Однако в последний момент, перед смертью, я смог произнести древнее заклинание... — замолк он ненадолго, но ненадолго. — Сейчас мы находимся в чем-то сродни замкнутой временной петле. Скажем так, Агнесса... я помню всё. Все вероятности. Все прошлые жизни.

Я в шоке прижала ладонь ко рту, подавляя крик, и отшатнулась, едва не упав. Благо, его крепкая рука всё еще надежно удерживала меня за талию.

Голова пошла кругом.

Раймонд всё помнил?! Он знал обо всем с самого начала! Помнил свои мучительные трансформации в монстра, свою агонию, свою смерть от рук главных героев раз за разом?! Он жил в этом бесконечном, круговороте?! Сколько же лет, сколько циклов это уже длилось...

— И как… Как ты ещё вообще держишься в рассудке? — вырвалось у меня шёпотом.

— Потому что теперь я могу сказать с абсолютной уверенностью: с твоим неожиданным появлением начался совершенно новый виток. В системе произошел сбой. И появилась… реальная возможность всё изменить.

Внутри меня всё перевернулось.

Горячие, непрошеные слёзы глубокого сочувствия навернулись на глаза. Я и раньше интуитивно чувствовала, что с ним творилось нечто чудовищное, но истинный масштаб этой трагедии был далеко за гранью моего воображения.

Каково это — просыпаться в первый день учебного года каждый раз, точно зная, что в финале тебя ждёт безумие, мучительное превращение и гибель? Каково — очнуться вновь, помня о своём очередном поражении? Каково знать, что ты так и не смог спасти единственное родное существо из лап тех, кто держит Академию в заложниках?

— Раймонд...

Плевать на Систему и проклятую игру!

Ноги сами понесли меня к нему. Я сократила остатки дистанции, отчаянно обхватила его за талию обеими руками и крепко прижалась мокрым лицом к его широкой груди, прямо в жесткую ткань рубашки, жадно впитывая его успокаивающий запах. И крепко зажмурилась.

— Прости, что я так долго, — прошептала я куда-то в район его ключиц. Голос позорно дрожал, и я больше не пыталась сдержать эти слезы очищения. — Я поверю тебе. И последую за тобой. Я помогу тебе… Слышишь? Мы обязательно ему поможем.

Его тело на мгновение напряглось, чуть дрогнув от неожиданности. А затем его руки медленно, почти робко, словно он боялся меня спугнуть, легли мне на плечи. Я отчётливо почувствовала обжигающее тепло его широких ладоней сквозь плотную ткань мантии. Оно проникало в самую глубину моей истерзанной души, оседая там и запечатлеваясь навсегда.

Спустя несколько секунд одна его рука мягко скользнула выше, на мой затылок. Нежные, почти бережные прикосновения начали успокаивающе скользить по моим волосам. От этих размеренных движений по спине пробежали целые легионы мурашек, а внутри разлилось странное, противоречивое, но такое прекрасное чувство.

Я была в безопасности.

— Благодарю за твои слёзы, — хрипло, очень тихо сказал он, зарываясь лицом в мою макушку.

И в этих простых словах было больше подлинного, глубокого чувства, чем в тысячах вызубренных ванильных признаний в любви из отомэ-игр.

Время в кармане неумолимо поджимало, но мужчина не торопил меня. А я плакала. Рыдала взахлеб. Выливала наружу весь свой накопленный страх, всю панику от смертей, всю растерянность, всю непроглядную тоску по своему прошлому дому, который теперь был физически недостижим. В этот самый момент, в его объятиях, я отчетливо осознала, что никогда не смогу вернуться назад. Честно говоря, мне было и некуда возвращаться. А здесь... здесь я была нужна.

Мне было невыносимо трудно выживать в этом мире, но ему — в сотни, в тысячи раз сложнее. Я всего лишь пыталась отыграть чужую роль, а он — столетиями жил в этом персональном аду.

Отстранившись ровно настолько, чтобы смотреть ему в глаза, я заговорила. Я поделилась абсолютно всем, что знала. Выложила всё как на духу: про игру на моем экране, про жестокую Систему, про механику выборов и системных окон, про вероятности и таймеры, которые, возможно, частично были ему уже известны по прошлым циклам. Рассказала про каноничную «героиню», про её любовные ветки, скрытые сюжетные арки и фаворитов.

Когда поток слов и слёз наконец иссяк, я неловко отстранилась, смущённо и виновато глядя на большое мокрое, потемневшее от моих слез и потекшей туши пятно на его рубашке.

— Прости за… э-э… рубашку, — неловко пробормотала я, наивно попытавшись оттереть грязные разводы пальцами.

И впрямь, от чистосердечных признаний на душе стало в тысячу раз легче. Дышать стало свободнее.

— В ней ещё достаточно сухого места, чтобы впитать твои слёзы, — тепло улыбнулся мужчина. Он перехватил мою руку и слегка оттянул испорченную ткань от груди. — Пожалуй, не буду отдавать её в стирку. Сохраню до тех пор, пока ты не прольешь на неё слёзы нашего счастья.

— Ты что-о-о?! Не смей! Выброси немедленно!

Я только возмущенно зафырчала, точно рассерженный ёж.

— Смотрю, тебе уже лучше, — лукаво произнёс он, но затем бросил быстрый взгляд куда-то мне за спину, на границу иллюзии. — Время на исходе, потому слушай внимательно и запоминай. Сегодняшнее наказание… Аллиам, возможно, и подчиняется тому негодяю, чье имя нельзя упоминать, но на убийство его сподвигла совершенно другая сила. Сила, которая была направлена на твое устранение. Как ты выразилась, «Система», так как я его никогда не видел в рядах мерзавца.