Чтение онлайн

Видя рвение, с каким офицер взялся рыскать по всему Сэльрону, и удивляясь тому, как ловко он подключил стражей этого города к поискам Полла — наладил активное сотрудничество в прочёсывании всех гостиниц и жилищ, сдаваемых внаём, — я не удержался и спросил:

— Признайтесь, Творкаль, в этом деле прослеживается ваш личный интерес?

Мы ехали в двуколке, выделенной нам здешним главным стражем, по очередному адресу и до этого момента молчали. Офицер отвёл взгляд, снял фуражку, покрутил её в руках, снова надел и только потом сурово посмотрел на меня:

— С чего это вдруг такие подозрения?

— Нет-нет, что вы! — смутился я. — Никаких подозрений, исключительно благодарность. Меня всего лишь восхитили ваша трудоспособность и талант организатора. Я почти уверен, что не сегодня, так завтра мы обязательно отыщем Полла, какую бы личину он ни надел.

— Тут всё довольно банально, — усмехнулся Творкаль и снова поправил фуражку. — Шеф считал расследование гибели графа Ланцена Конни делом чести, теперь, когда полковник и сам оказался на пороге царства Мауры, мы просто обязаны порадовать его успехами. В любом случае, вернётся к нам Ревингтон, или нет.

— И только?

— Ещё одна малость, — следователь покачал головой, глядя в сторону. — Не люблю командировок. Чем скорее выполню поручение, тем быстрее вернусь домой. Меня раздражают гостиничные номера и питание в общественных столовых.

Я с пониманием кивнул, радуясь такому подходу. Мне тоже хотелось поскорее разобраться в причинах смерти отца и убедиться, что все виновные понесли наказание.

Этот день продвинул нас вперёд — не сильно, но довольно чувствительно. Уже вечером Творкаль получил голосовое сообщение по закрытому каналу магического вестника:

— Мы нашли его! — оптимистично вещал невидимый сержант. — Искомый субъект три дня жил в гостеле, в самом дешёвом и убогом номере, который только можно найти в Сэльроне.

Известие озадачило меня. До этого мгновения считалось, что Полл хорошо нагрел руки на предательстве, обогатился и не стеснён в средствах. Именно из этих соображений мы действовали, обходя приличные гостиницы и отели. Проверять гостел, где обычно селились бедняки, даже не пришло в голову.

— Где он? — крикнул я, наклоняясь к прибору в руках Творкаля. — С ним можно поговорить?

— Сбежал, — уже не так весело ответил сержант. — Мы допросили соседа, тот утверждает, что мужчина заметно нервничал, пугался собственной тени, утверждал, что за ним следят и хотят убить.

— Как же вы говорите, что нашли Полла, если он сбежал? — сурово поинтересовался верговский следователь.

— Теперь мы знаем, на какое имя выправлены его фальшивые документы, — обиделся докладчик. — А ещё известно, что беглец направляется в Маниару, где находится крупный порт. Вероятно, попытается покинуть Аршинар, но мы его поймаем! Уже связались с таможенниками, управляющего из поместья Конни, который намерен уплыть из страны по фальшивым документам, задержат и конвоируют в Вергас.

— Понял, — откликнулся Творкаль. — Благодарю за информацию.

Он завершил разговор, спрятал артефакт в офицерский планшет, висящий на перекинутом через плечо ремне, и посмотрел на меня:

— Полагаю, мы можем смело отправляться в Вергас.

— А если это ошибка? Быть может, стоит убедиться на месте?

— Предлагаете ехать в Маниару?

Я задумался, потирая пальцами виски. Бросаться в погоню за предполагаемым преступником прямо сейчас было заманчиво, но не уместно. Во-первых, у меня назавтра назначена встреча с графиней Грейвс. Помня, как неприветливо меня встретило кладбище накануне, я не решался переносить разговор с духом отца. Он итак слишком долго мается в мире живых. Во-вторых, было бы некрасиво оставить леди Леви в Сэльроне одну, ведь неизвестно, сколько времени отнимут поиски Полла. Я обещал Маэлисе, что проведу её порталом и сюда, и обратно, значит, должен исполнить уговор.

Ответил пристально смотревшему на меня Творкалю так:

— К сожалению, я не могу отправиться в Маниару прямо сейчас. Придётся отложить встречу с Поллом до возвращения в Вергас. Надеюсь, его доставят туда в ближайшее время.

Следователь с задумчивым видом поправил фуражку и кивнул:

— Что ж, пожалуй, я всё-таки проконтролирую процесс. Сегодня же воспользуюсь порталом и навещу стражей Маниары, надеюсь, они не откажут мне в содействии.

— Буду безмерно признателен! — я с воодушевлением пожал руку Творкаля, чем немало его удивил и смутил.

— Что вы, граф, это моя обязанность: искать преступников и помогать их жертвам.

Мы расстались около портальной беседки. Следователь пожелал мне удачи в беседе с духом, а я ещё раз поблагодарил его и выразил надежду на скорую встречу в Вергасе.

Темнело стремительно. Я поспешил в отель и, войдя в холл, сразу же спросил сгорбившегося над стойкой и разбиравшего бумаги хозяина:

— Леди Леви вернулась с пленэра?

— Не тревожьтесь за неё, граф, — Ловке поднял на меня сосредоточенный взгляд. — Мои сыновья плотно опекают художницу. Магия тоже работает исправно, никто посторонний не донимает леди.

Я удовлетворённо кивнул, радуясь тому, что догадался вручить Маэлисе охранный артефакт.

— Так она у себя?

— Да-да, вернулась четверть часа назад, — рассеянно ответил мужчина и сразу же встрепенулся, окликая меня: — Кстати, ваша милость! Вы бы отговорили девушку работать завтра.

— Почему?

— Часы на башне мэрии предсказывают шторм. Набережную в такие дни захлёстывают гигантские волны. Как бы леди Леви не смыло вместе с её кисточками.

— Благодарю за предупреждение, — крикнул я уже на бегу. — Обязательно отговорю.

Беспокоить девушку в столь поздний час было неприлично. Я бы не решился, не будь у меня настолько важной информации. Постучал, ещё раз постучал, приник ухом к полотну двери, прислушиваясь. Минуты две стояла полная тишина, потом раздались лёгкие шаги. Они замерли около двери.

— Кто там?

— Это я, Маэлиса, граф Конни.

— Простите, Тедион, я уже легла.

— Вы меня простите, леди Леви. Не нужно открывать, я всего лишь хочу попросить вас завтра не отправляться на море. Будет шторм.

— Спасибо, я учту. Доброй ночи.

— Доброй ночи, — ответил я и пошёл к себе в номер.

Уснул не сразу, мне долго мерещились великанские волны, захлёстывающие Сэльрон и уносящие в открытое море хрупкую девушку. Она отчаянно пыталась выплыть, хватаясь за мольберт, как за спасательный круг.

Наступил бесконечно важный момент для меня. Предстояло использовать единственный шанс посмертного общения с отцом. Столько всего хотелось ему сказать! О многом расспросить! Я безумно волновался.