Чтение онлайн

Высший государственный советник, энир Жорж де Клеви потратил не один месяц, сплетая паутину козней и интриг, но итог по-прежнему оставался сомнительным. Однако Вьюрок допустил большой промах, покинув Миллен в то время, когда старый Князь готовился отдать душу ненасытному Куне, владыке Пепелища. Узнав об этом, де Клеви возликовал, теперь идея посадить на трон опального внука представлялось вполне осуществимой. Вот только сам Шарль, поддавшись очередному приступу страха, вознамерился соскочить с крючка. Жорж не мог этого допустить!

Живописное озерцо неподалёку от милленской столицы назвали Вечным из-за того, что вода в нём не замерзала даже в лютые зимние холода. Его берега считались замечательным местом для тайных любовных встреч.

Ярко светила луна, проливаясь небесной синью на бледные листья деревьев. В чащобе слышалось наводящее жуть уханье филинов.

Жорж пробирался через буераки, сопровождаемый своими лучшими наёмниками, искусниками клинка Гэрроном, Дарлем и Асэфаром. Эта троица имела славу лучших рубак северного Джаареса, продающих свой талант лишь за очень большие деньги. Позволить себе взять их в постоянные стражи мог только крайне состоятельный человек, такой как энир де Клеви, чей род уже не одно поколение высасывал кровь лазурной страны.

Жорж намерено отправился к озеру не привычной тропой, а через безлюдные чащи, посчитав, что предосторожность лишней не будет. За свою мнительность он заплатил изодранным об колючки и сучья эшабэ, обломанным каблуком на правой ноге и окончательно испорченным настроем. Раздражение на Шарля столь сильно кипело в нём, что де Клеви всерьёз вознамерился надавать тому при встрече увесистых пощёчин.

И вот после трудного перехода сквозь чащу, им показалась прозрачная гладь озера. На берегу сидел, закутавшись в тёплый плащ, возможный наследник драконьего трона.

— Шарль! — закричал де Клеви, выбираясь из древесного плена. — Что за шутки?! У меня было почти всё готово! Я устал твердить тебе, чтобы ты перестал трястись за свою жизнь. Кому она… — Жорж не договорил, остановился, с нарастающим подозрением вглядываясь в спину молчащего де Онира. Что-то в нём казалось ему неестественным, он хотел уже подать знак наёмникам, как тот обернулся.

— Шарль оказался умнее и согласился навсегда вернуться в Эн`Онир, но вам так легко отделаться не удастся. Даже не надейтесь, де Клеви, — звенящим от ненависти голосом выговорил наэмир Драконьей Стражи Пьер де Блейн, сбрасывая с плеч плащ и поднимая с земли тяжёлую гвардейскую глефу, носящее гордое имя дорнэш, или коготь дракона.

— Что вы здесь делаете?! — с нажимом на «вы» воскликнул поражённый советник. Наёмники, не дожидаясь приказа, встали рядом с клинками наголо.

— Вы обвиняетесь в заговоре против правителя Миллена. Я объявляю вас изменником государства и преступником. И именем Лазурного Князя приказываю сдаться!

— Князь Жерар не мог отдать этого приказа, — со смесью гнева и страха произнёс де Клеви, краем глаза замечая, что из-за деревьев появляются всё новые и новые гвардейцы. — Так чьим именем вы вздумали пугать меня?

— Именем Князя де Ителя, Вьюрка.

— Гэррон, прикончи его! Дарль, Асэфар, прикройте со спины! Живым меня не взять! Прорвёмся!

Могучий наёмник рванулся к невысокому де Блейну, замахиваясь длинным клинком, но гвардейский наэмир, резко скользнув в сторону, чиркнул его по горлу саблевидным наконечником. Гэррон завалился вперёд, брызжа кровью, а Пьер безжалостно добил его ударом в основание шеи. Двое других даже не стали сражаться, бросив мечи и позволив страже схватить себя.

Мгновением позже энир де Клеви кричал, в бессильной злобе изрыгая проклятия, пока его трепыхающегося волокли в зловещий сумрак ночи.

— Мы опоздали, враг уже прорвался в город, — мрачно подытожил Вильмар Фисс, приподнимаясь на стременах. Кервит Дорэан, восседавший на могучем буланом коне, молча выхватил у него из рук дальнозор. При помощи стеклянной линзы тонхэт Аэдвиля смог разглядеть торжество хаоса и безумия, воцарившееся на месте столкновения у городских стен. Его взгляду предстал разрушенный мост, чьи обломки вздымались горбами, горящая надвратная башня и испещрённая чёрными зевами проломов стена.

Кто-то тронул Дорэана за рукав, обернувшись, тот увидел сына, который вопросил пронзительно и громко:

— Чего мы ждём?! Приказывайте, ударим пока не поздно!

— Юный Элизий прав, Кервит. Пусть план чародея и осыпался прахом, но мы ещё в силах разбить Seliri и помочь выжившим, — заметил Фисс, а находящийся подле него белобородый Куорос Эфмэ согласно кивнул.

— По коням! Поднять знамёна! — без лишних раздумий отдал приказ Дорэан, и затрепетали на ветру пёстрые стяги, протяжно взвыли рога и забили копытами в ожидании битвы грозные боевые кони.

Тактика боя была уже давно определена и продумана, верховое войско строилось подобно мечу, разделяясь на три части: «клинок» — основную ударную силу конницы, «гарду» — войска, стягивающие противника боем, «рукоять» — запас, до последнего не принимающий участия в сражении.

Ведущие роли также были распределены: во главе «клинка» встал самый знатный и опытный в ратном деле энхэт, а именно Кервит Дорэан, тонхэт Аэдвиля; «гардой» предводительствовали ксэхэты+ Эфмэ и Саркрист, ну а запас вёл сладкоречивый Вильмар из Кальмэйна.

Рыцари проверяли легко ли выходят из ножен мечи и крепко ли держатся сёдла на спинах дюжих скакунов. Никто не переговаривался, среди воинов царила мрачная решимость. Многим из них сегодня предстояло умереть, но дёшево расстаться с жизнью не желал ни один.

Большим уважением пользовался в Амонии тонхэт Дорэан, сам щуплый, невысокий, веснушчатый, но оседлав жеребца, казался истинным великаном. С острым мечом и в пластинчатых латах гордо восседал он на буланом скакуне, а подле него оруженосец поднимал бурое знамя с пламенеющей лисицей.

— Вперёд! — приказал фаир Кервит, и всадники пустили коней шагом, направляясь к стенам горящего города.

Двигались осторожно, путь таил немало опасностей. Мало того, что закованным в броню лошадям, несущим на себе латных рыцарей, нужно было переправиться через студёную воду, так ещё и суметь не сломать себе ног, запнувшись о камень или изувеченный труп.

С плеском рассекали тёмную гладь тяжёлые копыта, и бесшумно вылетали из ножен юсфитовые мечи. Едва не распавшись у городских стен, рыцарский клин вновь объединился и смертоносным остриём пронесся по опустевшей Торговой улице. Впереди явственно слышались отзвуки нещадного боя и мелькали за домами вспышки Ivey.