ЖАНРЫ

Сердце Эфира. Сопряженные
Шрифт:

Аэлия почувствовала ступнями слабую вибрацию. Совсем не сильную — такую легко принять за работу старого механизма.

Схема в голове, люди за спиной, уже ушедшая передовая группа — всё тянуло вперёд. Приказ остановиться застрял в горле: ошибиться сейчас она не имела права, но тело уже стыдилось этого шага.

— Передовой уже ушёл, — напомнил Гюнтер, нарушая молчание. — Если будем вставать всякий раз, когда Кайросу что-то мерещится, дойдём не все.

Тео был ближе всех к повороту.

— Я гляну, что впереди, — сказал он. — Вернусь, махну вам.

Не вздумай биться башкой о камень, — пробормотала Ирэн, прижимая к груди винтовку.

— Там дальше боковой ход, — тихо сказал Адриан, обращаясь к Аэлии.

Она кивнула, почти не заметив этого движения. Но приказа отходить так и не отдала.

Передовая группа исчезла за поворотом. Лампы под потолком будто наполнились мутью. Свет стал грязнее, и лица в нём словно стали посыпаны пеплом.

Робб дёрнулся первым. Амулет в его кулаке нагрелся так резко, что он зашипел и едва не выронил его.

Стены дрогнули. Воздух вспорол истошный крик, сразу сбившийся на рваный кашель.

— Газ!

Слово ударилось о поворот и вернулось уже чужими, сорванными глотками.

Аэлия увидела, как вдоль стыка пола раскрылась узкая щель, и оттуда поползла бледная полоса. Она распласталась по металлу и пошла шире, цепляясь за сапоги, облизывая носки ботинок, поднимаясь выше.

Впереди люди уже захлёбывались кашлем. Кто-то падал на колени так внезапно, будто ему отрубили ноги; кто-то хватался за горло и ловил ртом воздух, которого здесь больше не было. На коже, пойманной жёлтым светом, проступали резкие красные пятна.

— Назад! — крикнула Аэлия.

Те, кто стоял ближе, рванулись развернуться и сразу упёрлись друг в друга. Газ шёл ровно, без суеты, и от этого паника казалась ещё беспомощнее. У поворота кто-то уже скрёб пальцами по стене, не удержавшись на ногах.

Тео развернулся, закинул руку одного из повстанцев себе на плечо, но тут увидел Робба. Мальчишку согнуло, из-за роста газ накрыл его раньше. Амулет выскользнул из пальцев и ударился об пол с тонким звоном.

— Твою мать, — выдохнул Тео.

Он отшвырнул взрослого, уже висевшего мёртвым весом, и рванул к Роббу. Схватил его за шиворот, дёрнул на себя, потом подхватил обеими руками. Робб закашлялся ему в плечо, цепляясь за куртку судорожными пальцами, будто злился даже сейчас.

Гюнтер одним резким шагом оказался рядом с Аэлией. Его широкая ладонь легла ей на плечо и подтолкнула к выходу.

— Уходим! — бросил он ей в лицо.

— Влево, — сказал Адриан уже громче. — Тут. За решёткой будет проход.

Аэлия вдохнула слишком резко и тут же почувствовала сладковатый ожог в горле. На секунду мир сузился до жёлтого света и чужого кашля, уже стоявшего у неё в горле. Она качнула головой, вырвалась из этого сужения и указала рукой:

— Все влево! Живо!

Попытка вдохнуть оборвалась. Во рту сразу до тошноты сладко, будто ей силой влили сироп. Нет. От одной этой сладости уже стало страшно вдохнуть снова.

Она успела только опустить глаза на свои ботинки, когда её вывернуло прямо на них. Тёплая жидкость брызнула по коже сапог и тут же остыла в сыром воздухе.

Чьи-то ботинки. Грязь под ладонью. Чужой крик впился в виски. Её согнуло пополам, пальцы вцепились в стену. Ногти тонко заскрежетали по металлу. Всё, что держало её снаружи — выправка, осанка, — исчезло сразу.

— Дыши через ткань, — Гюнтер удерживал её собой, не давая рухнуть вперёд. — Принцесса, рот прикрой.

Она попыталась прижать рукав к лицу, но руки дрожали и не слушались. Глаза жгло. Рядом захлёбывался кашлем Кайрос, но всё равно пытался говорить:

— В бок… Есть… лаз… заслон…

Его рука дёрнулась к левой стене. Там, в тени, прятался прямоугольник металла, ниже уровня трубы. На схеме этот ход был почти стёрт.

— Тео! Ирэн! — Гюнтер крикнул так, будто газа не существовало. — Отход! Брось его!

Ирэн всё ещё держала мальчишку, которого тащила на себе. Лицо у него стало меловым, губы стали синими. Рука, перекинутая через её плечо, медленно сползала вниз.

— Быстро! — рявкнул Гюнтер. — Туда!

Ирэн всхлипнула. Пальцы разжались. Мальчишка сполз по стене, оставив на металле грязную, почти чёрную полосу.

Кайрос рванул ручку на себя. Заслон не поддался. Металл держал, как заклинивший сустав. Кашель согнул Кайроса пополам, но пальцы не разжались. Гюнтер встал рядом, вцепился заслон. Газ уже подбирался под одежду липким холодком.

Она почувствовала чью-то ладонь на локте. Это был Адриан.

— Держитесь.

Аэлия почти не видела его лица — только бледную щёку, влажную прядь у виска и то, как крепко он стиснул челюсть.

Заслон поддался с глухим ударом.

— Внутрь! — Гюнтер протащил Аэлию через проём, и Адриан вместе с ним втолкнул её внутрь.

Она ударилась плечом о косяк. Боль вспыхнула в этом месте. В глазах засверкали белые вспышки.

Стены были ниже, приходилось сгибаться. Газ сюда ещё не дошёл. Воздух был сухим, но лёгкие приняли его так жадно, что ей стало стыдно.

Аэлию снова скрутило кашлем. Кто-то из выживших тихо стонал. Кто-то сидел, уткнувшись лбом в колени, и не двигался.

Робб оказался у стены почти напротив неё. Его худое тело трясло мелко, хотя он, кажется, пытался это спрятать. На щеке размазалась копоть или ржавчина, глаза покраснели. Он всё ещё сжимал амулет так, будто боялся, что тот сейчас исчезнет.

Последним ввалился Кайрос. Гюнтер что-то сказал — губы шевельнулись, но звука не было. Потом слух вернулся рывком: стук. Ещё стук. Чей-то крик за люком.

Выжившие разом повернулись к заслону.

Аэлия рванулась вперёд, но Гюнтер успел схватить её за плечи. Адриан тут же оказался рядом, упёрся ладонью ей в предплечье, не давая сорваться дальше. По ту сторону кто-то бил в створки ладонями, кулаками, чем придётся.

Нет. Только не это.

— Откройте! — голос сорвался на визг, и на миг ей показалось, что это кричит кто-то другой. — Там наши!

За люком скреблись. В воздух снова пополз знакомый сладковатый дух. Яд уже искал щели. Тео прижал к носу рукав. Ирэн отступила к стене и ухватилась за поручень так, что побелели пальцы.

Поделиться с друзьями: