Чтение онлайн

— Так ты специалист по поисково-спасательным операциям? — спрашивает Сэм, когда мы сворачиваем на Бикон-роуд. Я киваю. — Не каждый день встречаешь таких. Что привело тебя в эту профессию?

Словно по команде, в локте вспыхивает боль, напоминая, что мне никогда не забыть о травмах, что преследуют меня, даже когда удается отодвинуть их на задний план.

— Я был пожарным. Со мной произошел несчастный случай. Просто не смог вернуться к работе после больницы, — пожимаю плечом, прикрывая ладонью шрам там, где в кости вставлены штифты и пластины. — Поисково-спасательная служба стала хорошим вариантом. Устроился в Национальный парк Грейт-Смоки-Маунтинс и не жалею. Много работаю с дронами, — киваю я в сторону его черного кейса. — Не только поиски, но и картографирование опасных участков троп, предотвращение инцидентов, все такое.

Сэм тихо смеется, сдвигая козырек кепки ниже, защищаясь от солнца.

— Ты, наверное, куда опытнее, чем тот парень, которого я планировал нанять. Видимо, это судьба.

— Ирэн сказала, ты снимаешь документальный фильм? — спрашиваю я. Он не смотрит в мою сторону, но по его лицу расползается сдержанная улыбка. — О чем?

Его прозрачно-голубые глаза мечутся в мою сторону. Он почти что кусает себе губы, чтобы не выболтать все свои секреты первому встречному.

— Что-то вроде тру-крайма, — он снова смотрит на меня, оценивая реакцию. Похоже, увидев, что мне любопытно, он улыбается шире. — Может показаться, что это просто милый городок, который нашел способ заработать на своем названии. Но давай скажем так: не все мрачные истории здесь — просто для показухи.

— В каком смысле?

— Ты когда-нибудь слышал о серийном убийце по прозвищу «Ла Плюм7»? — имя кажется смутно знакомым, но я качаю головой, и, похоже, Сэма это только радует — теперь он может просветить меня. Он достает телефон, открывает веб-страницу и ищет информацию о «Ла Плюме», протягивая мне устройство, чтобы показать фоторобот мужчины.

У него короткие волосы, зачесанные набок, очки в черной оправе обрамляют бездушные глаза.

— У него был очень специфический метод, — говорит Сэм, убирая телефон в карман. Он кивает в сторону тропинки, отходящей от тротуара, на которой висит вывеска «ТРОПА ВДОВЫ» из потертого дерева. — Он обездвиживал своих жертв и выцарапывал текст на их коже гусиным пером. Все тело было покрыто надписями. А когда заканчивал, убивал их. Почти тридцать лет назад он убил здесь молодую женщину, а потом просто… исчез. Но я не думаю, что убийства в Кейп Карнаже прекращались. С тех пор время от времени люди, проезжающие мимо, пропадают. Иногда они исчезают из соседних городков после визита сюда. Иногда кажется, что они пропадают прямо в самом городе.

Я оглядываюсь, словно на бурых скалах перед нами может проступить какая-нибудь подсказка.

— И что... их так и не нашли?

Сэм качает головой.

— Нет. Они просто испарились. Ни следов, ни доказательств. Больше о них никто не слышал. А полиция, понимаешь, не слишком-то хочет глубоко копать. Одно убийство и исчезнувший серийный убийца — не лучшая реклама для туристического бизнеса. Городу нравятся мрачные легенды, связанные с названием, но они не хотят, чтобы кто-то думал, что это реальность.

Наше внимание отвлекает туристический автобус, который с грохотом проезжает по дороге рядом с нами, направляясь к маяку и музею. Несмотря на то, что сезон только начался, автобус кажется забитым под завязку; за тонированными стеклами виднеются силуэты, занимающие большинство сидений.

— Городские легенды полезны для бизнеса, но только до тех пор, пока остаются просто легендами.

Мы останавливаемся на скалистом выступе на полпути к утесу. Вдалеке я слышу размеренный грохот моря о камни — нескончаемую битву воды и суши.

— Но именно легенда привела меня сюда, — говорит Сэм, опуская свой кейс. Темный и решительный взгляд, которым он окидывает меня, напоминает тот, что я иногда вижу в зеркале. — Я считаю, что в Кейп Карнаже пропала очень особенная для меня женщина. Думаю, «Ла Плюм» убил ее. И я хочу раскрыть всю правду об этом месте.

Я не спрашиваю, что он имеет в виду. Уже понимаю — он все равно не расскажет. Эта натянутая улыбка, будто он дал мне лишь крохи информации, чтобы раздразнить любопытство, но не насытить его. Если я хочу узнать его секреты, придется подождать. Он из тех людей, которых отталкивает излишнее рвение. Если покажусь слишком заинтересованным, спугну его, и он замкнется. Поэтому я молчу, пока он настраивает дрон и рассказывает о технических характеристиках и нужных кадрах.

Я беру на себя управление дроном, поднимая его над центром города.

Едва сдерживаю всплеск триумфа, который разливается по венам, когда камера выхватывает Харпер Старлинг, идущую по боковой улочке недалеко от кофейни, где мы встретились. На одном плече у нее спортивная сумка, в ушах наушники, а огромная толстовка почти достигает подола черных велосипедок. Кажется, она направляется в спортзал, и как раз в тот момент, когда она сворачивает к входу, из здания выходит мужчина. Какой-то самодовольный качок, который сразу направляется к ней. Как только она его видит, снимает наушники и улыбается, останавливаясь.

Но в тот момент, когда он заключает ее в объятия, триумф, который я только что ощущал, рассыпается в прах.

— Давай снимем южную часть, там есть огромный особняк на окраине города, — говорит Сэм, хотя его слова едва доходят до моего сознания. Мое сердце подкатывает к горлу, пытаясь перехватить каждое дыхание, пока я наблюдаю, как Харпер и мужчина расходятся после объятий. Он все еще держит ее за руки.

Я хочу оторвать их, одну кость за другой, и запихнуть в его самодовольную рожу, когда он улыбается ей. Хочу…

— Нолан…? Южная часть?

— Да, извини. Видимо, задумался, — говорю я с ноткой смущения в голосе. Сэм кивает и начинает рассказывать о какой-то любительской следственной группе, в которой состоит, словно хочет рассказать больше, но еще не готов. Бросив последний взгляд на Харпер и ее спутника, ощутив очередную вспышку ярости, я направляю дрон прочь.

Мы снимаем остальную часть города. Обширные сады и величественный каменный особняк Ланкастер — историческое поместье, нависающее над городом подобно зловещему замку. Маленький коттедж на южной границе, большая часть которого скрыта дубами и вязами. Утесы, обрывающиеся в море. Когда заряд дрона начинает садиться, я возвращаю его на наш скалистый выступ.

Хотя я и пытаюсь поддерживать беседу с Сэмом, это ощущается именно как попытка. Напряженная. К тому времени, как мы возвращаемся в отель, я измотан и взбешен, и остаток дня пытаюсь заставить свою ярость остыть.

Но не получается.

Есть лишь одно, что способно облегчить это мучение: найти свою добычу.

И благодаря информации от Ирэн о саде Харпер в Поместье Ланкастер, я понимаю, что это, вероятно, лучшее место для начала.

Уже стемнело, и в воздухе чувствуется прохлада, когда я выхожу из «Кейпсайда» с рюкзаком, полным инструментов и оружия. Направляюсь на юг, держась тускло освещенных боковых улиц, а не главной дороги через центр города. Я достаточно хорошо запомнил карту, чтобы точно знать, куда иду, и снимки участка, сделанные дроном, определенно пригодились.

Приближаясь к каменной стене, которая следует по периметру обширных владений, я натягиваю капюшон, замедляя шаг возле главных ворот — кованой ограды, преграждающей подъездную дорожку к особняку. Продолжаю идти, сворачивая за угол в конце квартала, направляясь к второму входу на юго-западе. Ворота на подъездной дорожке заперты цепью с замком, но перед ними есть небольшая тропинка, ведущая к уютному каменному коттеджу. Маленькие ворота открыты. И в доме горит свет.

На секунду останавливаюсь и пальцами сжимаю лямки рюкзака.