Чтение онлайн

С такого расстояния я не могу разглядеть выражение ее лица. Невозможно понять, кусает ли она нижнюю губу, как делает, когда волнуется, или хмурит брови от гнева, или ее штормовые глаза блестят, как бывает, когда она пытается сдержать улыбку. Но я все равно вижу, что внутри нее бушует конфликт. Она поворачивается и делает несколько шагов в сторону коттеджа. Затем резко останавливается. Разворачивается и идет в направлении поместья. Снова останавливается. Поворачивается к коттеджу и топает ногой. Я едва сдерживаю улыбку, видя ее растерянность. Она качает головой и, в последний раз повернувшись к особняку, уходит прочь, исчезая из виду.

Внутри у меня все сжимается от горького разочарования.

Если быть честным с собой — а в последние дни я искренне ненавижу это делать — я надеялся, что она вернется в коттедж. Каждый раз, когда она смотрела в мою сторону, в груди разливалось предвкушение и надежда. Но стоило ей отвернуться, как все мои надежды рушились, словно восковые крылья, расплавленные солнцем.

Я провожу руками по лицу, слыша, как вдалеке хлопает дверь — звук эхом разносится с холма, ставя точку на моих надеждах, что Харпер хочет меня видеть. Как будто одноразового стаканчика с кофе было недостаточно, чтобы сказать: «Вали из моего дома».

— Ты должен искать эту чертову книгу, идиот, — говорю я себе, поворачивая ручку, чтобы закрыть окно. — Ты должен вернуться к своим гребаным планам, а не беспокоиться о том, почему она не хочет тебя видеть.

Окно почти закрыто, когда я слышу жужжание. Звук, который застилает мое зрение красной пеленой.

Я знаю этот чертов звук.

Выбегаю из ванной, хватаю ключи, оставляю чай нетронутым, и выскакиваю через заднюю дверь. Дрон парит над садом, описывая плавную дугу в сторону поместья. Слава богу, Харпер в главном доме. Но он мог наблюдать за ней, когда она еще была снаружи и даже не догадывалась бы. И он нигде не должен находиться рядом с ней.

— Ебучий Сэм, — шиплю я, рванув через задние ворота. Не свожу глаз с дрона, который направляется к особняку. Сворачиваю влево, прячась от камеры, перебегаю газон к проему в густых кустах и перепрыгиваю через каменную стену. Приземлившись на тротуар, отряхиваюсь, делаю глубокий вдох и начинаю пробираться обратно к воротам коттеджа.

На противоположной стороне пустынной улицы, возле арендованной машины, стоит незнакомец. Он смотрит в экран планшета, полностью поглощенный управлением. Между нами стоит мой внедорожник, припаркованный у входа в дом Харпер.

Я слежу за ним, обдумывая следующие шаги, когда со стороны коттеджа раздается карканье. Поднимаю глаза — ворон сидит на ветвях дерева, склонившегося над каменной стеной, и наблюдает за мной. Просто замечательно. Только не хватало, чтобы эта чертова птица начала орать «красивая птица-убийца» на оператора дрона, который явно работает на Сэма. Он ищет что угодно, что свяжет Артура Ланкастера с «Ла Плюмом». И чем дольше это продолжается, тем опаснее для Харпер.

Глотаю ком ярости, подступающий к горлу, перехожу дорогу, засовываю руки в карманы, чтобы не вырвать планшет и не запихнуть этому типу в глотку.

— Эй, чувак, — нарочито растягиваю слова, усиливая южный акцент.

Он коротко ухмыляется, кивает один раз — ясно дает понять: «Отвали».

— Крутой дом, да?

— Ну, наверное, — усмехается он.

— Его что, продают? Снимаешь для риелтора?

— Не-а, — он сжимает губы, молчаливо посылая меня.

Раздражение клокочет в крови, жужжание дрона вдалеке будто подливает масла в огонь. Каждый звук этой штуки раскаляет ярость, пульсирующую в жилах.

— Ладно… Круто… — я все равно не отступаю. — Если ищешь здания с историей, на Ортолан-Драйв есть старый викторианский гостевой домик. Какой-то дед в кофейне болтал, что там лет тридцать назад жил знаменитый маньяк. Ла Флюм? Ла Глум? Ла что-то там…

— «Ла Плюм»? — переспрашивает парень, сразу интересуясь, наконец смотря на меня.

— Да, точно, «Ла Плюм». Приятель говорил, что этот «Ла Плюм» жил там до того, как убил девушку и исчез. Говорил, что он был жутким типом, не знаю. Там была какая-то странная история про блины или что-то в этом роде, — пожимаю плечами и крепче сжимаю браслет в кармане, чувствуя боль от металлических звеньев впивающихся в ладонь. — В любом случае, удачи тебе со… всем этим.

Кивнув, продолжаю идти. Я ни хрена не знаю про этот гостевой дом на Ортолан Драйв — только то, что он старый и находится на другом конце города. Подальше от Харпер.

Требуется вся выдержка, чтобы не поднять голову и не обернуться, не вырвать этому уроду глотку голыми руками. Дойдя до конца квартала, бросая взгляд через плечо. Уголок губ дергается в мрачной усмешке, когда я вижу, как дрон возвращается от дома Харпер. Он клюнул.

Едва скрывшись из виду, я ныряю за широкий ствол вяза и замираю, пока не слышу рев двигателя и шум удаляющейся машины. Убедившись, что меня не видно, возвращаюсь к своему внедорожнику, завожу мотор. Руки так впиваются в руль, что пальцы немеют. Чем ближе Сэм подбирается к Артуру, тем сильнее Харпер рискует оказаться под ударом. Если она покрывала его преступления — а похоже, так и есть, судя по эксгумациям, в которые она меня втянула, — рано или поздно и она сама запутается в этой паутине.

Я этого допустить не могу, даже несмотря на то, что в одну секунду хочется придушить ее, а в другую притянуть к себе.

С яростным рычанием бью кулаком по рулю. Это даже близко не сравнится с удовлетворением, если бы я сломал Сэму челюсть, но сойдет. Глубоко вдыхаю, заполняя легкие, и отъезжаю от обочины, направляясь к окраине.

Десять минут — и я паркуюсь у места, куда никогда бы не явился добровольно. Особенно ради Харпер Старлинг.

Бросаю последний взгляд в зеркало. Глаза красные, с синяками под ними. Волосы — будто после урагана. Нужны кофе и душ, но пока придется потерпеть. Это бредовая идея. Не в моем стиле. Но надо вставить Сэму палки в колеса. Чем-то официальным. Чем-то, что сожрет его время и заставит десять раз подумать, прежде чем совать нос в жизнь Харпер.

Тренирую свою самую невинную улыбку «я примерный гражданин и точно не убийца» и выхожу из машины, направляясь ко входу в офис шерифа Кейп Карнажа.

Мужчина лет сорока за стойкой поднимает глаза, поправляет очки в черной оправе.

— Чем-то помочь?

— Возможно, — отвечаю, сохраняя улыбку, в которой стараюсь смешать беспокойство и готовность творить добрые дела. — Я заметил кое-что подозрительное. Решил, что стоит сообщить.

— Хм, — он щелкает мышкой, открывая что-то на компьютере, и бросает на меня равнодушный взгляд. — Ваше имя?..

— Я не занят, Том, — слышится мужской голос. Шериф выходит из кабинета, позади него мелькают бежевые пластиковые жалюзи, скрывающие интерьер. Он высокий, а в рабочей форме выглядит еще и внушительно, на вид ему лет пятьдесят, хотя точный возраст угадать сложно. Волосы и короткая щетина — седые, лишь несколько темных прядей сохранили былой цвет. Но он явно старается держать тело в тонусе: мышцы рук и ног видно даже под одеждой. Он улыбается мне, глаза у него бесцветно-голубого оттенка, который сливается с окружающей средой. — Проходи, сынок. У меня есть время.