Шеф с системой. Империя вкусов
Шрифт:
— Всё продали! — выпалил Петька.
— Отлично, — кивнул я. — Варя, Матвей, подсчитайте выручку. Остальные — обедать. Маша, похлебку разливай.
Мы пообедали вместе — простая, но вкусная похлебка, томленая в печи, хлеб. Обсудили день, посчитали деньги. Выручка снова хорошая.
— Что дальше будем делать? — спросил Петька.
— Дальше у нас гости вечером, — сказал я. — Важные. Поэтому днём отдыхаете, а к вечеру все умоетесь, оденетесь в чистое. Будем ужинать вместе.
— Кто придёт? — спросила Маша.
— Узнаете, когда придут, а пока — отдыхайте.
День прошёл спокойно. Дети играли во дворе, Варя штопала одежду, Матвей записывал что-то в свою тетрадь.
Я проверял еду, пробовал соус, добавлял специи. К вечеру блюдо достигло совершенства.
Когда солнце начало садиться, я позвал всех:
— Собирайтесь. Умойтесь, причешитесь. Скоро гости.
Дети засуетились. Через полчаса все были готовы — чистые, причёсанные, в лучшей одежде, какая у них была.
Я начал сервировать стол.
Достал наши глиняные миски — простые, но чем богаты, как говориться. Их было достаточно для всех. Расставил на столе. Разложил деревянные ложки.
Открыл котелок. Аромат наполнил кухню так, что дети ахнули.
Я начал раскладывать. В каждую миску — горка картофельного пюре. Рядом — кусок мяса, распадающийся от прикосновения. Карамелизированный лук и грибы. Густой, тёмный соус сверху.
Последний штрих — немножко шафрана на каждую порцию.
Простая сервировка, но блюдо выглядело достойно.
— Ух ты, — прошептал Гриша, глядя на миски.
— Пока не трогать, — предупредил я. — Подождём гостей.
Налил вино в кувшины, поставил на стол. Зажёг свечи — не много, но достаточно.
Всё готово. За окном раздались шаги.
— Пришли, — сказал я, вставая.
Пошёл открывать дверь.
Угрюмый
Волк ворвался в комнату так резко, что дверь ударилась о стену. Он был взволнованный, взъерошенный, с горящими глазами.
Угрюмый оторвался от счетов, нахмурился:
— Волк? Что случилось? Кто-то умер?
— Шеф, — Волк остановился перед столом, переводя дыхание. — Этот новенький… Александр… Он…
— Что он? — терпеливо переспросил Угрюмый, откладывая перо.
— Он тебя в гости зовёт! — выпалил Волк. — Сегодня вечером! Сказал — посидим по-семейному, познакомимся, дела обсудим!
Несколько секунд в комнате стояла абсолютная тишина. Даже уличный шум за окном словно затих.
Угрюмый медленно откинулся на спинку кресла. Его лицо ничего не выражало — ни удивления, ни гнева, ни любопытства. Просто каменная маска.
— Повтори, — попросил он очень спокойно, слишком спокойно.
— Он зовёт тебя в гости, шеф. Вечером, после захода солнца. К себе домой. Сказал — угощение будет достойное.
Угрюмый смотрел на Волка так долго и пристально, что тот начал ёрзать, переминаться с ноги на ногу.
Потом он рассмеялся.
Негромко сначала — коротким выдохом. Потом всё громче, от души. Смеялся так, что вытер выступившие слёзы из уголков глаз.
— Вот это… — он покачал головой, всё ещё посмеиваясь. — Вот это наглость. Я такого не ожидал. Совсем не ожидал.
— Шеф, я думал, ты разозлишься, — осторожно сказал Волк, явно не понимая реакции.
— Злиться? — Угрюмый усмехнулся, вытирая глаза. — За что? Парень дерзкий. Умный. Он понял, что рано или поздно мы встретимся и решил задать тон сам. Не пришёл на поклон, не спрятался, не побежал. Пригласил меня. Как хозяин приглашает гостя. Это… — он снова хмыкнул, — это интересно. Очень интересно.
— Так что, пойдёшь? — недоверчиво спросил Волк, словно не веря своим ушам.
Угрюмый встал, подошёл к окну, сложил руки за спиной. Постоял, глядя на вечерние огни Слободки.
— А почему бы и нет? — произнёс он задумчиво. — Раз в гости зовут, грех не сходить. Хочу посмотреть на этого Александра вблизи. Понять, кто он такой на самом деле. Дурак, который не знает правил и сам себе могилу роет, или игрок, который играет в свою игру.
— Но босс, это же… это может быть ловушка! — Волк шагнул вперёд. — Он может подготовить засаду, позвать стражу, всё что угодно!
Угрюмый обернулся, посмотрел на своего разведчика с лёгкой усмешкой:
— Волк, ты забываешь, кто я. Он один, в доме с детьми. Я приду с тобой, Серым и Быком. Трое моих лучших бойцов. Если что-то пойдёт не так — мы просто уйдём или решим вопрос по-другому, если совсем припрёт.
Он вернулся к столу, налил себе вина из кувшина:
— Но я думаю что все нормально будет. Этот Александр хочет поговорить. Предложить что-то. Иначе зачем звать? Просто чтобы умереть красиво? Глупо. Нет, у него есть план.
— Может, он правда дурак? — предположил Волк. — Или сумасшедший?
— Нет, — твёрдо покачал головой Угрюмый. — Дураки и сумасшедшие так себя не ведут. Расскажи мне всё. С самого начала. Как он тебя нашёл? Что сказал? Как себя вёл?
Волк замялся, потёр затылок:
— Я следил за детьми вместо Серого. Он вышел из-за угла, подошёл сзади. Я его вообще не услышал, представляешь? А я не новичок.
— Дальше, — кивнул Угрюмый, слушая внимательно.
— Сказал, что знает, что я за ним слежу. Попросил передать приглашение. Я… — Волк замялся ещё больше, — я попытался наехать на него. Схватить его. Думал, припугну немного.
— И?
— И он меня отоварил, — признался Волк, потирая живот. — Быстро и точно. В солнечное сплетение. Я даже нож выхватить не успел. Рука у него тяжёлая, шеф. Бил умело. Я спросил — из наших ты, что ли? Он сказал — не из ваших, но и не чужой.
Угрюмый задумчиво потёр шрам на брови — старая привычка, когда он о чём-то размышлял:
— Значит, не просто повар. Умеет драться. Может, был солдатом? Или наёмником? Интересно… Что ещё?
— Нож мне вернул, — добавил Волк. — После того, как отобрал.
— Вернул нож, — повторил Угрюмый, и в его голосе прозвучало нечто вроде одобрения. — Умный ход. Показал силу, но не унизил. Оставил дверь для переговоров открытой.
Он допил вино, поставил кубок на стол:
— Всё интереснее и интереснее. Повар с тяжёлой рукой, который умеет готовить пирожки так, что люди в очередь выстраиваются. Который не боится и не пресмыкается, и зовёт меня в гости, как равный.