Чтение онлайн

Вечером, когда дети разошлись спать, довольные и уставшие, мы втроём остались у огня — я, Варя и Матвей.

— Это было… невероятно, — тихо сказала Варя. — Один день. Всего один день. И столько всего изменилось.

— Это только начало, — повторил я. — Впереди много работы.

— Но мы справимся, — уверенно сказал Матвей. — Правда?

Я посмотрел на них обоих — на Варю с её усталым, но счастливым лицом, на Матвея с его горящими глазами.

— Справимся, — кивнул я. — Вместе мы справимся с чем угодно.

Мы ещё немного посидели, обсуждая завтрашний день, потом разошлись спать.

Я лёг на свою подстилку у очага, но сон не шёл. В голове крутились мысли, одна за другой.

Сегодня был хороший день. Дети справились, выручка превзошла ожидания.

Но угроза Фомы не давала покоя. «Придут люди… Поломают руки-ноги…»

Я не боялся за себя, но здесь были дети. Варя. Матвей. Если меня изобьют — что будет с ними?

В Ремесленном квартале хорошие деньги. Там можно продавать и зарабатывать вдвое больше, но туда просто так не пустят. Фома — только первый. Будут другие.

Одному не справиться.

И тут меня осенило.

Я приподнялся на локте, глядя в темноту. Мысль была дерзкой. Рискованной. Но чем больше я о ней думал, тем больше она мне нравилась.

«Да… Да, это может сработать».

План складывался быстро, детали вставали на свои места. Я прокручивал каждый шаг, каждое слово, каждое действие.

«Рискованно. Очень рискованно. Но если получится…»

Я лёг обратно, и на лице появилась улыбка.

План был готов. Дерзкий, наглый, но именно поэтому он мог сработать.

Завтра начну.

Засыпая, я всё ещё улыбался.

«Посмотрим, кто кого переиграет».

Утро третьего дня началось так же, как и второго. Я встал затемно, разжёг печь, начал готовить.

Матвей, Варя и Маша помогали — уже слаженнее, увереннее. Руки запомнили движения, каждый знал свою задачу. Мы работали почти молча, только изредка перебрасываясь короткими фразами.

К рассвету корзины были готовы. Сто сорок четыре пирожка, как и вчера.

Дети собрались во дворе. Сегодня волнения было меньше — вчера они справились, сегодня уже знали, что делать.

— Те же маршруты, — сказала Варя, раздавая карты. — Те же правила. Осторожность превыше всего.

Петька с Семкой кивнули. Лёшка уже не так боялся, держался рядом с Варей. Федька переминался с ноги на ногу, нетерпеливый.

Три пары взяли корзины, приготовились выходить.

— Я сегодня с вами не иду, — сказал я. — У меня другие дела. Варя, ты главная. Матвей, ты второй. Справитесь?

— Справимся, — уверенно кивнула Варя, хотя в глазах мелькнуло беспокойство.

— Не волнуйся, — я положил ей руку на плечо. — Вы уже знаете, что делать. Просто будьте осторожны.

— А ты куда? — спросил Матвей.

— Разберусь с одним делом. Потом вернусь готовить. Сегодня вечером у нас важные гости.

— Кто? — хором спросили дети.

— Узнаете вечером, — улыбнулся я. — Всё будет хорошо. Идите, а то опоздаете на лучшие места.

Они ушли — Петька с Семкой первыми, за ними Варя с Лёшкой, следом Матвей с Федькой. Маленькая процессия торговцев, уверенно шагающая по утренним улицам Слободки.

Я проводил их взглядом, затем обернулся к Маше и Грише, оставшимся во дворе:

— Маша, присмотри за Гришей и за домом. Я ненадолго отлучусь, потом вернусь. Хорошо?

— Хорошо, мастер, — кивнула она. — А что за гости?

— Очень важные, поэтому мне нужно всё подготовить правильно.

Я вышел за ворота, но не ушёл далеко. Свернул в узкий переулок между домами, прислонился к стене в тени и замер.

Ждать пришлось недолго.

Через несколько минут я заметил фигуру — худощавый мужчина в тёмном плаще, с острым лицом и быстрыми движениями. Он появился из-за угла, огляделся и двинулся следом за Петькой и Семкой, держась на расстоянии.

«Вот ты и есть», — подумал я.

Человек Угрюмого. Следит, собирает информацию, докладывает шефу.

Я дал ему пройти немного вперёд, потом бесшумно вышел из переулка и двинулся следом. Мужчина был сосредоточен на детях, шёл осторожно, прижимаясь к стенам, но не оглядывался назад.

Идеальная возможность.

Я ускорил шаг, сократил расстояние и негромко сказал прямо за его спиной:

— Доброе утро.

Мужчина вздрогнул всем телом, резко обернулся. Его рука метнулась под плащ — к ножу, судя по движению.

— Не надо, — спокойно сказал я, держа руки на виду. — Просто хочу поговорить.

— Кто ты? — прошипел он, глаза забегали, оценивая ситуацию — расстояние до меня, пути отхода, есть ли у меня оружие.

— Александр. Тот самый, за которым ты и твои товарищи следите.

Мужчина замер. В его взгляде мелькнуло удивление, потом настороженность.

— Не знаю, о чём ты, — буркнул он, но рука всё ещё была под плащом, на рукояти ножа.

— Знаешь, — я улыбнулся. — Ты работаешь на Угрюмого. Следишь за мной, собираешь информацию — сколько зарабатываю, с кем общаюсь, куда хожу. Нормальная работа, ничего личного. У меня к тебе просьба.

— Какая? — недоверчиво спросил он, не убирая руку с ножа.

— Передай Угрюмому, что Александр зовёт его в гости. Сегодня вечером. Посидим по-семейному, познакомимся, дела обсудим.

Несколько секунд мужчина молчал, уставившись на меня, словно я сошёл с ума. Потом расхохотался — коротко, зло:

— Ты чего, совсем охренел? Кто ты такой, чтобы Угрюмого в гости звать? Думаешь, он к таким как ты ходит? К уличным торговцам пирожками?

— Передай, — повторил я спокойно, не меняя выражения лица.

— А если не передам? — мужчина шагнул ближе, пытаясь меня запугать, нависая. — Может, мне стоит прямо сейчас тебя проучить за наглость, а?

Он был быстрым — я понял это сразу по тому, как он двигался, но не настолько быстрым.

Когда его свободная рука потянулась, чтобы схватить меня за ворот, я уже двигался. Перехватил его запястье, развернул, провёл подсечку. Мужчина охнул, потерял равновесие, попытался выхватить нож.

Я не дал. Подхватил его падающее тело, резко развернул лицом к стене и всадил короткий, точный удар в солнечное сплетение.