Сладкое господство
Шрифт:
Джо подняла голову, уставилась на люстру и присвистнула:
– Мони, это безумие. Тут как во дворце.
Хлоя услышала ее слова и хихикнула:
– Да, Джо. У меня такое чувство, будто мне надо надеть бальное платье. Это место просто невероятное!
Тетя Сьюзи захлопала в ладоши где-то в стороне:
– О, отлично, Хлоя! Мы купили несколько бальных платьев, так что можешь надеть одно на барбекю.
Хлоя скривилась в глупенькой улыбке:
– Ну, ты и шутница.
Тетя Сьюзи моргнула:
– А что я такого смешного сказала?
Хлоя широко распахнула глаза и посмотрела на меня:
– О... э-э...
Я кивнула:
– Она действительно всерьез про бальные платья.
Тетя Сьюзи энергично закивала:
– Я никогда не шучу, когда речь идет о хороших бальных платьях. Сегодня, Хлоя, будет один из твоих многих моментов Золушки.
Джо прыснула.
– Оу. – Хлоя усмехнулась. – Эээ… ну, ладно. Наверное.
– Прекрасно. – Тетя Сьюзи поднялась по лестнице вместе с тетей Мин. – Надо найти сумки с платьями и все подготовить!
Хлоя оглянулась на меня:
– Это место… оно какое-то... другое.
– Это мягко сказано, но... мы привыкнем. Надеюсь.
Роуз уже собиралась войти в дом, но зазвонил ее телефон. Она посмотрела на экран и отступила назад.
– Прости, мне нужно ответить.
– Без проблем.
Она осталась на крыльце.
А вот Эйнштейн зашел внутрь, внимательно рассматривая каждую деталь вокруг.
Пока мы шли к дому, он вежливо попросил меня больше не называть его Умником. Похоже, как и Ганнер, он тоже решил начать с чистого листа.
По крайней мере, мне нравилось его новое прозвище. Оно идеально ему подходило. Когда мы были детьми, Эйнштейн вечно сидел с книжкой и почти никогда с нами не играл. Неважно, во что мы звали его, в прятки, в салки или, блин, даже в классики, Эйнштейн либо торчал на ступеньках своего дома, либо сидел на веранде у Марсело и читал весь гребаный день, пока солнце не садилось.
Джо выдернула меня из мыслей и подтолкнула локтем.
– Девочка, тебе срочно надо научить меня, как надо давать, чтобы получить дом.
Я нахмурилась.
– Да ну, ну давай. – Джо подмигнула. – Ну, хоть один советик.
– Я сейчас наваляю тебе, Джо. Я не трахалась за этот дом.
Джо с деланным видом изобразила Диму: достала невидимый блокнот, взяла воображаемую ручку, посмотрела на меня и произнесла:
– Но если бы ты все-таки знала, как трахаться за дом… как бы ты это сделала?
– Девочка, я тебя сейчас просто проигнорирую.
– А что там? – Хлоя взяла Тин-Тин за руку, и они вместе направились в гостиную. Обе задрали головы и уставились на еще одну огромную люстру, свисающую над бархатными диванами и мраморным кофейным столом.
Мы с Эйнштейном и Джо пошли следом.
Хлоя покачала головой:
– Это не может быть правдой.
Я почувствовала, как в груди расправилась гордость.
«Цветок Лотоса» был настолько далек от всего, что мы знали раньше, что их изумление перед этой красотой дало мне ощущение, будто я действительно поступила правильно, приведя их сюда.
Пока мы продвигались дальше по дому, Джо все продолжала качать головой, не веря в происходящее, а Хлоя, казалось, уже в уме составляла каталог каждой детали, планируя, где будет проводить больше всего времени.
Когда мы дошли до лестницы с перилами в виде драконов, глаза Тин-Тин распахнулись от восторга.
Джо подняла руки, будто сдавалась:
– Я даже не знаю, что на это сказать. Это что, дракон? Такое ощущение, что Восток реально пытается заставить меня его полюбить.
Я кивнула:
– Это дракон.
Тин-Тин расплылась в широкой улыбке:
– У нас теперь есть дракон дома.
Мне так понравилось, как она сказала у нас дома.
– Он немного криповый, если честно. – Хлоя дотронулась до головы дракона. – Такое чувство, будто надо говорить тише, чтобы он не проснулся.
– Ага. – Я кивнула. – У меня было такое же ощущение. Еще одна вещь, к которой придется привыкнуть.
Хлоя нервно усмехнулась.
Тин-Тин ухмыльнулась:
– Нам надо дать дракону имя. Он будет нашим питомцем.
Я кивнула:
– Почему бы и нет.
Эйнштейн подошел ближе:
– Он одновременно красивый и пугающий.
– Да, ну. – Джо сделала шаг вперед. – Это вообще какой-то другой уровень. Тот, кто придумал этот интерьер, явно был с очень буйным воображением.
Я улыбнулась:
– Всего так много, чтобы переварить, но я рада, что вам всем нравится.
– Нравится? – Хлоя аж задохнулась от восторга. – Да я в восторге! Такое ощущение, будто я попала в фильм или что-то вроде того.
– Ну так… – Я развела руками. – Вы трое не против, если мы переедем сюда уже сегодня? Правда ведь?
Хлоя закивала:
– Девочка, я сейчас влезу в бальное платье, возьму ребрышек и завалюсь в нашем новом гнездышке. Я отсюда ни ногой.
Тин-Тин бросила взгляд на дверь:
– А я смогу принести внутрь свои пазлы?
– Конечно. Мы даже можем поставить столик в твоей комнате, чтобы ты могла собирать их там.
Тин-Тин с шумом выдохнула, будто до этого всерьез переживала, что я могу отказать.
Только Джо до сих пор молчала.
Я старалась не показать, как расстроилась, когда обернулась к ней:
– Ну… а ты что скажешь?
– Тебе не кажется, что ты слишком торопишься с этим парнем?
– Да, я двигаюсь безумно быстро, но это вообще не связано с этим домом. Он официально принадлежит мне. Буду я с ним или нет – это наш дом.
Эйнштейн наблюдал за нашим разговором.
– Бэнкс не доверяет всей этой истории с Лэйем. – Джо сунула руки в карманы.
– Джо, Бэнкс вообще никому не доверяет, – вздохнула я. – И он здесь не живет. Все это – только для нас.
– Но…
– А что, если так? – Я сглотнула. – Попробуй пожить тут месяц, а если в итоге тебе здесь не понравится, тогда мы поговорим. Ты уже достаточно взрослая, чтобы жить отдельно.
Джо нахмурилась.
Я старалась говорить спокойно, хотя сердце у меня в тот момент просто разрывалось: