Чтение онлайн

Трезубец. Сакральный, как и двузубец, знак. В нем заложен смысл не только священного числа три, но также принцип единства трех. Это может быть единством трех самостоятельных областей, входящих в состав Русского государства - Киевской, Новгородской и Тмутороканской. Но не только. Так, например, исследователь В. И. Кулаков отмечает, что распространение многоугольных подвесок с изображением «парадных» трезубцев Владимира, имевших сакральное значение, «в массе начинается с конца Х в., после крещения Руси» (Кулаков, 1988. С. 106 и след.). По этому поводу существует предположение, что «парадный» знак Владимира - это церковнохристианская эмблема (христограмма), представляющая собой альфу и омегу (А. Л. Хорошевич). Трезубец действовал, как и двузубец, в определенной зоне времени как знак верховных правителей Руси, с 980 г. по 1054 г., со времени киевского княжения Владимира Святославича, с 980 по 1014 г. Затем этот знак действовал во время новгородского и киевского княжений Ярослава Владимировича Мудрого, до 1054 г.

Знамя. Имеет сакральное значение, связанное, возможно, с двойным смыслом этого слова - «знак» и «знать» (ст.
– слав. знати), которые связаны с «рождать(ся)». Одно из знамен в Арконском храме было символом Святовита и называлось Станица, оно отличалось от других знамен величиной и цветом и представляло собой, по словам Саксона Грамматика, «небольшой кусок полотна», но власть его была сильнее княжеской. Если ватага народу - что станица волков (Даль) - несет это знамя перед собой, тогда, говорит Саксон Грамматик, «они считали себя вправе грабить все человеческое и божеское, и все считали себе позволенным. С ним они могли опустошать города, разрушать алтари, неправое делать правым, всех пенатов руянских разрушать и сжигать» (Фаминцын, 1995. С. 28).

Хоть не по делу, но я отмечу: бедный Ницше! Знал ли он о повадках своих кровных предков, балтийских славян, предшественников его учения о Сверхчеловеке?!
– «Не зияет ли здесь бездна для вас? Не лает ли здесь адский пес на вас? Ну что ж! вперед! высшие люди!» («Так говорил Заратустра»).

Похожее знамя - «небольшой кусок полотна» прямоугольной формы, немного вытянутый к верхнему правому углу, натянутый на простое древко без украшений и навершия, от стороны напротив древка отходят четыре линии бахромы или кистей - изображено на реверсе куфической монеты, в виде граффити, нанесенного на территории Древней Руси. Монета чеканена в 866 г., входит в состав клада неизвестного происхождения, датируемого первой половиной Х в. (Добровольский, Дубов, Кузьменко, 1981. С. 526, рис. 8). Это знамя если не идентично, то вполне сопоставимо со знаменем красного цвета, прямоугольной формы на древке с навершием, которое держит один из всадников, откликнувшихся на «призвание» славянских послов, и едущих «владеть» ими - изображено на миниатюре Радзивиловской летописи «Посольство к варягам» (Радзивиловская летопись, в лето 6370. Миниатюра). Но эти знамена не сопоставимы со скандинавскими, полотнища которых имели трапециевидную или полукруглую форму, украшались орнаментами (Кулаков, 1989. С. 61 и след.).

5. Принципы наследования личнородовых знаков Рюриковичей

Исследователями иногда ставится вопрос об эволюции знака - то ли от простого к сложному, то ли, наоборот, от сложного трезубца к простому двузубцу. Интересует исследователей и принцип наследования знаков в ранний период. Так, А. А. Молчанов в своей работе «Еще раз о таманском бронзовом «брактеате», касаясь вопроса происхождения и начальной эволюции этих знаков, отметил, что «закономерности эволюции личнородовых знаков князей Рюриковичей и принципы их наследования, в частности, в ранний период, остаются до сих пор малоизученными и недостаточно ясными» (Молчанов, 1982. С. 226). Первый вопрос, о начальной эволюции знака, решается, как нам кажется, сам собой. Начнем с предположения исследователей о том, что двузубец принадлежал не только Святославу Игоревичу, Ярополку Святославичу, Мстиславу Владимировичу и Святополку Окаянному, но и отцу Святослава - Игорю, а также «легендарному» Рюрику. При этом учитывают, что знак Святослава Игоревича, их наследника, имел предельно простую форму - двузубец.

Активная жизнь трезубца на Руси началась со времени Святого Владимира, точнее, с принятием христианства. «Трезубец Владимира» унаследовал его сын Ярослав Мудрый. В то же время другой его сын, Мстислав Владимирович Тмутороканский, не будучи верховным правителем Руси, унаследовал двузубец - знак языческих предков, правда, с крестиком на правом зубце. Однако на этот знак он имел право после договора с Ярославом в 1026 г. о разделе Русской земли по Днепру, когда под властью Мстислава оказались две области - Тмутороканское княжество и Левобережная Русь вместе с Черниговом. Под властью его предков, верховных правителей Русской земли, также находились две области - Киевская Русь и Верхняя, Новгородская Русь, Новгород со Смоленском.

При этом обращает на себя внимание тот факт, что оба знака - двузубец Мстислава и трезубец Ярослава - действовали в одной зоне времени. Никакой «закономерности эволюции личнородовых знаков князей Рюриковичей» не наблюдается. Не укрепляют идею об эволюции знака и находки деревянных цилиндровзамков с надписями и княжескими знаками, сделанные в начале 80х годов XX в. Новгородской археологической экспедицией. На одном цилиндре изображены «трезубец Владимира» и меч, а также вырезана древнерусская надпись. На втором - двузубец Ярополка, брата Владимира Святославича, и надпись. Цилиндр со знаком Владимира Святославича и цилиндр со знаком Ярополка Святославича отнесены В. Л. Яниным ко времени их новгородских княжений - Владимира (970-980) и Ярополка (977-980 гг.) (Медынцева, 1984. С. 53, рис. 1). Но в этом случае срабатывает ясная и простая идея, высказанная А. А. Молчановым в его указанной ранее работе, что в период от Х - первой половины Х1 в. княжеские знаки принадлежали на Руси лишь правителям стольного Киева - исключительно верховным государям всех Русских земель (Молчанов, 1982. С. 226). Из этого следует: если княжеские знаки принадлежали лишь правителям стольного Киева, то и трезубец принадлежал исключительно верховным государям всех Русских земель. Возражение по этому поводу, что личнородовые знаки Святополка и Ярослава, соответственно двузубец и трезубец, были у них еще до киевского их княжения, отводится доводами исследователей, что эти факты были связаны с их претензиями на этот стол (Молчанов, 1982. С. 226).

В период 970-980 гг. Ярополк Святославич являлся великим князем киевским, поэтому он имел прямое отношение к новгородским доходам, и сборщики дани ставили его знак (двузубец) на цилиндрахзамках, которые маркировали мешки с долей доходов с верви. А с 977 по 980 г., когда Владимир бежал от Ярополка «за море», в Новгороде находились посадники Ярополка, забирая, конечно, при этом и долю Владимира с доходов.

Статус Владимира был другой - он являлся новгородским князем, а по существу наместником верховного государя всех Русских земель - киевского князя, и своего личнородового знака иметь не мог. Поэтому надежнее, по нашему мнению, для датировки «знака Владимира» на цилиндре воспользоваться не историческими данными, как для датировки цилиндра со знаком Ярополка, а стратиграфической датой по данным дендрохронологии, в соответствии с которой знак и меч могли быть изображены на цилиндре в период с 973 по 991 г. Охватывается, таким образом, и киевское княжение Владимира, когда он имел личнородовой знак в виде трезубца, являясь государем трех русских областей - Киевской, Новгородской и Тмутороканской Руси.

После смерти Владимира Туровский князь Святополк при содействии своих сторонников вокняжается в Киеве. При этом он наследует знак своего фактического отца - двузубец Ярополка, убитого Владимиром, который усыновил Святополка. Но еще и потому, возможно, что третья область Русской земли - Тмутороканское княжество, куда Владимир в 995 г. отправил своего сына Мстислава на княжение, не входила в сферу интересов Святополка. Но Ярослав в тот же период наследует знак своего законного отца - «трезубец Владимира». Как видим, закономерности эволюции этих знаков и в этом случае не усматривается. Каждый вид знака существует сам по себе. В то же время каждый знак несет в себе и отражает значение другого - это личнородовые знаки князей Рюриковичей. Однако эти знаки содержат в себе и определенный принцип наследования их.

В свете идеи, высказанной А. А. Молчановым, что знак в форме двузубца мог принадлежать уже Рюрику, проясняется принцип наследования княжеских знаков. По сообщению Патриаршей или Никоновской летописи о посольстве к варягам с целью призвания князя на Русь, племенные старейшины поочередно предлагали послать к хазарам, к полянам, к дунайцам или к варягам (ПСРЛ. 1965. Т. 9, 10. С. 3, 9). Однако сведений о том, что Ильменская Русь имела какието связи с этими племенами, которые переходили бы во взаимозависимые отношения, не обнаружено. Только после прихода Рюрика, когда он послал своих бояр, а точнее, воевод Аскольда и Дира, на захват Киева, установились отношения между Новгородом и Киевом, о которых знает Летопись. Под властью Рюрика оказались две области - Новгородская и Киевская Русь. Поэтому его личным княжеским знаком на самом деле мог стать двузубец.

Вскоре Аскольд напал на Константинополь. Византийские историки, не называя его по имени, говорят о нем как о «воеводе прегордого кагана». Титул каган мог носить Рюрик после того, как он принял новгородское княжение.

В качестве примечания следует отметить, что под «Ильменской Русью», возможно, следует подразумеваем народ Рос, царя которого называли Каган по рассказу Бертинских анналов о посольстве этого Кагана в 838-839 гг. в Константинополь. Возможно, это была Русь Гостомысла, а «царский» титул каган, как символ величайшей власти, мог быть заимствован в славянский язык у аваров - с VI в. они размещались в Центральной Европе, и славяне принимали участие в их боевых действиях до разгрома их в 796 г. сыном Карла Великого, франкским королем Пипином. Согласно сведениям Людовика Немецкого о Восточной Европе, изложенным в письме к Василию Македонянину в 871 г., в то время сосуществовали четыре каганата: Аварский, Норманнский, Хазарский и Болгарский (на Дунае) (Гумилев, 1989. С. 152). Перечисление идет по кругу: запад, северозапад, юговосток, югозапад, замыкаясь на исходной точке, на Аварском каганате.

Норманнами франки называли датчан, как пишет об этом упоминавшийся ранее Эйнхард, автор жизнеописания Карла Великого. Но Датского каганата не было, предпочтительнее под норманнами в этом случае понимать восточных соседей датчан, ославяненных руговрусов, расселившихся к тому времени до озера Ильмень (А. Г. Кузьмин). В пяти летописях против двух имеются свидетельства о руси, которые на первый взгляд противоречат смыслу текста о «призвании»: «И идоша за море к варягом, к руси… Реша русь, чудь, словене и кривичи вся: «Земля наша велика и обильна, а наряда в неи нету…» Выходит, что к варягам обратились с призывом идти княжить в их землю русь, чудь, словене и кривичи. Таково содержание этого текста с точки зрения Лаврентьевской, Ипатьевской, Хлебниковской, Троицкой летописей и Летописца Переяславля Суздальского. И только в Радзивиловской и МосковскоАкадемической летописях представлена форма «реша руси». Поэтому А. А. Шахматов реконструировал текст, по замечаию Л. Мюллера, «не по свидетельствам, а «по смыслу» (Мюллер, 2004. С. 52):: «Реша руси чудь, словене, кривичи и весь…» (ПСРЛ, 1977. Т. 33. С. 141, 142). При этом «и кривичи вся» исправлено на «кривичи и вьсь» также «по смыслу», что вошло в последующие издания Повести временных лет, в том числе в текст, подготовленный О. В. Твороговым и переведенный Д. С. Лихачевым, в издании Памятников литературы Древней Руси XI - начала XII века (ПЛДР. XI - нач. XII, 1978. С. 36). Новейшие исследования показывают, что «древнее ядро Новгородской волости сложилось на базе союза словен, псковских кривичей и чуди» (Некрасов, Мельникова, 1982. С. 99, № 6) - весь, как видим, не участвует.