Чтение онлайн

Его пальцы скользнули выше, к ребрам, и она замерла в ожидании. Он не торопился. Его ладони двигались по ее телу, как вода – обволакивая, заполняя каждую впадину, каждый изгиб.

И наконец накрыли ее грудь – они не сжимали, но лежали всем весом, не давая возможности перевести дыхание.

Это были те же пальцы, которые вчера давили на ее диафрагму, растягивали межреберные мышцы, случайно почти касались сосков. Только теперь ничего случайного не было.

Он обвел большим пальцем правый сосок. Медленно, сконцентрированно, как будто считывал рельеф. Она слегка прогнула спину, стараясь еще сильнее толкнуться грудью в его ладони.

Он продолжил обеими руками, поглаживая, сжимая, изучая. Его прикосновения не были ласковыми. Они были точными, без лишнего, как и все, что он делал в реальности. Она чувствовала каждую фалангу, каждый сустав, каждый миллиметр его ладоней на своей коже. И под этими руками ее тело отвечало так, как никогда не отвечало на ласки ни одного мужчины – мгновенно, жадно, без стыда.

Когда его пальцы скользнули ниже, по животу, и замерли у края белья, она проснулась.

Сердце колотилось где-то в горле. Между ног было влажно и горячо. Она лежала, глядя в потолок, и чувствовала, как пульсирует кровь в кончиках пальцев, в сосках, глубоко в тазу – там, где во сне его рука так и не решилась продолжить.

Она медленно выдохнула и прижала ладонь к груди. Сердце стремительно билось о ребра. Тело помнило прикосновения, которых не было.

Или были? Грань между сеансом и сном, между реальностью и желанием окончательно стерлась.

Она не знала, хочет ли проснуться по-настоящему. Впервые за долгое время ей снились не призраки прошлого и не работа. Ей снилось будущее, в котором она не контролировала ничего. И не хотела контролировать.

На этот раз она не стала сопротивляться порыву. Она коснулась рукой левой груди, легонько провела по соску дразнящими движениями. Затем опустила руку вниз между бедрами, туда, где было влажно и тепло. Ей не потребовалось ни фантазии, ни усилий, чтобы испытать оргазм – ощущения и воспоминания после сна все еще были очень яркими. Тяжесть его ладоней на ребрах, случайное скольжение костяшек по соскам, сжатая в сильных ладонях грудь, давление пальцев там, где бедро встречается с тазом. Она быстро почувствовала, как нарастает внутри знакомая, давно не испытанная волна наслаждения. Ритмично двигала пальцами, сильно сжимая одной рукой грудь. Три движения. Четыре. Волна поднялась до самого пика…и замерла на миг. Анна сладко вскрикнула и выгнула спину. Пальцы ног скукожились, по телу бежал ток. На редкость долгий.

– С ума сойти, – прошептала она в пустоту, и ее тело резко расслабилось и рухнуло обратно на постель, чувствуя опустошение.

Осознав, что только что произошло, она резко распахнула глаза и, не дав себе времени восстановить дыхание, рванула в душ. Грудь и кожа между ног все еще пульсировали и были очень чувствительными. Понадобился прохладный душ, чтобы окончательно выбросить эти странные образы из головы.

Когда она вернулась в спальню, окончательно придя в себя, телефон лежал на подушке.

Экран светился от только что доставленного сообщения.

«Вы не спите?»

Анна смотрела на сообщение пару минут, не зная, что ответить. Еще большей неловкости прибавлял тот факт, что она только что в своих фантазиях представляла его руки на своей груди.

– Кхм, – она активировала режим «деловой Анны» и начала печатать ответ.

«Добрый вечер, Марк. Еще нет. Что-то случилось?»

Она вытянулась на кровати и безостановочно таращилась в свое сообщение. Он не читал. Было изначально странно, что он написал ей так поздно. Хоть она и легла сегодня рано, после короткого сна на часах уже было около полуночи. Ее просто распирало от любопытства. Единственный раз, когда Марк написал ей сам, был в тот день, когда он решил закончить лечение.

«Надеюсь, он не надумал снова это сделать», – подумала Анна и в эту же секунду телефон снова завибрировал.

«Хотел узнать, как вы себя чувствуете после приема. Стало легче дышать?»

– О-о-о. Так хотел узнать, как у меня дела? Странно, я четко помню его правило «не ждать от него заботы и внимания вне кабинета». И что же теперь? Сам же его нарушает?

Анна по-детски хихикнула. Она явно не была против этого нарушения.

«Да, благодарю. Мне стало гораздо лучше!»

Он прочитал и ничего не ответил.

– Ну, здесь и отвечать особо нечего, согласна, – успокаивала она сама себя вслух. – Может, стоит тоже что-то спросить, раз уж подвернулась такая возможность?... Вот только, что?

Ничего интересного в голову не приходило. Лишь какие-то банальные и глупые вопросы, на которые он, вероятно, даже не станет отвечать. Пока она судорожно пыталась придумать что-то умное, экран телефона загорелся. Это снова было сообщение от него.

Анна молниеносно схватила мобильный и в ту же секунду остановилась.

– Почему я веду себя как подросток? Он явно не следит сейчас за своим телефоном так, как я. Нужно выждать хотя бы минуту-две.

Анна красноречиво отвернулась, решив пока поразмышлять о работе или еще о чем-то, что создавало бы перед самой собой видимость занятости. Она действительно вела себя как подросток, но лишь потому, что у нее никогда не было возможности испытать это в детстве или ранней юности.

Когда Анна была подростком, она всегда была бульдозером в отношениях. Старалась заполнить собой каждый сантиметр пространства своей второй половинки.

Позже, когда она училась в институте и в мире появились мобильные телефоны и аська, ей вообще не попадались парни, которые любили переписки. Они всегда только звонили. И лишь тогда, когда им было удобно.

В более взрослом возрасте приоритетом стала работа. И тем, кто не любит переписки, стала она сама. Мобильник большую часть времени лежал в сумке. Потому что все самые важные звонки совершались по рабочему телефону в ее офисе.

– Минута уже прошла, да? – бормотала она, поворачиваясь обратно к телефону.

Она застыла, прочитав его сообщение.

«Что потрясло вас сегодня так сильно?»

Анна вспомнила, что говорила ему вечером в лифте «Одно событие выбило меня сегодня из колеи. Дышать тяжело».

– Должно быть, он спрашивает именно об этом?... Да быть не может, чтобы он написал мне, да еще и так поздно ночью, чтобы полюбопытствовать… Не может же? Разве это не противоречит нашему договору?

Она вскочила с постели, пытаясь решить, ответить ли ему честно или все же съехать с темы? Она чувствовала, что если сейчас ответит не откровенно, то потеряет что-то важное. Возможность?

– И все же, как это сформулировать прилично? Не могу же я просто сказать, что узнала о свадьбе бывшего и впала в истерику?

Ей вообще не хотелось говорить ему о бывшем, но другого варианта ответить и при этом быть честной не было.

Пока она раздумывала, следом пришло новое сообщение. Должно быть, она надолго ушла в свои внутренние противоречия.

«Прошу прощения, что перешел черту своим вопросом. Доброй ночи».

– Нет-нет-нет-нет-нет, стой! – кричала Анна в телефон. – Я хочу ответить!