Чтение онлайн

Пока мы ели, Гэ Линъи рассказала, что новая кухарка учит ее готовить европейские блюда.

– А что из этого вы уже умеете готовить? – спросила я.

– Рецепты я все знаю, но затрудняюсь сказать, получится ли у меня приготовить все так же вкусно.

Цыпленок по-португальски в сливках на деле оказался очень вкусным, и я попросила Гэ Линъи поделиться секретами приготовления. Она ответила, что рецепт простой: нужно нарезать курицу на кусочки, обвалять в пшеничной муке, посыпать черным перцем, выложить на сковороду и обжарить в масле до золотистого цвета; добавить репчатый лук, томатный соус, соль, сахар, карри, немного вина и потушить все в курином бульоне; в конце добавить сливки и запекать до хрустящей корочки в течение часа, вот и все.

– Я как бабушка Лю, которую угостили баклажанами с вяленым мясом [326] .

– Почти! Только вы еще не бабушка, и я пригласила вас на цыпленка, а не на баклажаны, – рассмеялась Гэ Линъи. – Забавно, когда я читала «Сон в красном тереме», мне больше всего не нравилась Ван Сифэн, а вот глядите, я ответила совсем как она. Но это вы виноваты, спросили меня, как готовить цыпленка.

– А больше всего в романе вам, наверное, нравилась Ши Сянъюнь?

– Почему же?

– Ши Сянъюнь все любят, и, даже если она не любимая героиня, такое предположение обычно никого не обижает.

– Вначале она и правда была мне симпатична, но потом больше стала нравиться Цзя Таньчунь.

– Тоже мечтаете выйти замуж и уехать далеко-далеко, как она?

– Можно и замуж, конечно, но я подумываю поехать за границу учиться. – На ее лице появилось торжественное выражение. – Я пригласила вас в гости сегодня как раз для того, чтобы об этом поговорить, госпожа Лю.

– Поехать повидать мир – дело хорошее для девушки из приличной семьи. Тем более у вашего дяди есть деньги, заграничная учеба ему вполне по карману.

– Слышала, что госпожа Бай закончила Барнардский колледж, не знаете, сложно туда поступить?

– Спросите лучше Кэрол, она вам все расскажет.

– Спрошу при случае. – Тут Гэ Линъи отвела взгляд и продолжила, не глядя на меня: – На самом деле главное – не куда ехать, а с кем.

– Разве не вместе с вашей двоюродной сестрой?

– Ей придется остаться с дядей, таков ее дочерний долг. Вот я и подумала, хорошо бы нанять на работу надежного человека, который мог бы возить меня на машине и в ответственные моменты всегда был бы рядом.

– У вас есть на примете подходящая кандидатура?

– Госпожа Лю, что вы, право, делаете вид, что не понимаете?

– Просто мне кажется, такой работе не позавидуешь, – сказала я. – Оставить все и поехать вслед за вами за границу – это огромная жертва. А все для того, чтобы через несколько лет, когда вы закончите учебу и выйдете замуж, наперсницу выбросили, словно рваный башмак.

– Я, может, и не выйду замуж.

– Но все равно повзрослеете.

– А если я буду платить большие деньги, достаточные для того, чтобы через несколько лет наперсница могла открыть свое дело, начать жизнь даже более успешную, чем у нее была до этого? Тогда игра стоила бы свеч?

– Заманчиво, не спорю. И вам правда будут высылать так много денег?

– Буду экономить, я не особо-то люблю сорить деньгами. – По ее лицу проскользнула горькая, мучительная улыбка, и она продолжила, по-прежнему не глядя на меня: – Все равно я не требую от вас ответа прямо сейчас, госпожа Лю, еще многое предстоит решить, прежде чем я уеду.

– Вы уже обсуждали это с дядей?

– Еще нет, но он меня поддержит. С учетом того, как сейчас обстоят дела, у него нет никаких причин держать меня подле себя. Я переживаю только, что матушка будет против. Хотя платить ведь будет не она, и переубедить меня у нее не выйдет.

Служанки унесли пустую посуду и принесли красный чай. Мы с Гэ Линъи посидели еще немного, пока чайник не опустел, после чего она повела меня на неторопливую прогулку по саду.

Когда мы вернулись в гостиную, было три часа дня. За сегодняшний день Гэ Линъи продемонстрировала мне свои таланты в каллиграфии и глубокие познания в классической литературе, к тому же (пусть и косвенно) похвасталась кулинарным мастерством, поэтому я не удивилась, что следующим пунктом программы стала игра на фортепиано.

Она снова сыграла «Экспромты» Шуберта, и, по сравнению с прошлым разом, музыка в ее исполнении звучала намного лучше. Оказалось, это произведение ей вполне под силу, стоит только попрактиковаться. Следом она заиграла «Интермеццо» Брамса, которое, похоже, еще не успела выучить, потому что во второй половине совершенно сбилась с такта. Еще Гэ Линъи исполнила «Баркаролу» Шопена – коронный музыкальный номер Ли Шуньянь, о чем ей наверняка было известно, поэтому она играла с особым усердием. Но со стороны казалось, будто грузовой пароход рассекает воды Атлантического океана.

В заключение этого маленького концерта, аккомпанируя сама себе на рояле, она спела песню на английском языке. Ее нежный, еще не окрепший голос оказался как нельзя более подходящим для стихотворения из поэмы «Принцесса» Альфреда Теннисона:

Мне хотелось уехать до того, как вернутся остальные обитатели поместья Гэ, и, когда солнце начало клониться к закату, я стала прощаться.

Гэ Линъи проводила меня до ворот и шла следом, пока я катила свой велосипед. Дул прохладный вечерний ветер, принося с собой какой-то сладкий аромат.

– Госпожа Лю! – вдруг окликнула она меня.

Я повернула голову, и она быстро поцеловала меня в щеку, потом развернулась и поспешила прочь, скрывшись за воротами поместья Гэ.

В ту же секунду я поняла две вещи. Первое – так же она когда-то целовала Цэнь Шусюань. Второе – никогда она так не поцелует Гэ Линшу. Когда ворота с грохотом закрылись, мне на ум пришла третья мысль, единственная, непосредственно связанная с моей персоной: в ближайшее время Гэ Линъи навряд ли снова захочет со мной встретиться.

Но я ошиблась: Гэ Линъи позвонила мне в понедельник вечером.

– Госпожа Лю, вы не заняты? – Она понизила голос, словно не хотела, чтобы ее услышали. – Кое-что случилось, нам безотлагательно нужно с вами поговорить.

– Не занята. Поговорить по телефону?

– Нет, мы пришлем за вами машину. Встретимся в беседке, где вчера обедали.

– Хорошо.

– До встречи. – Она с облегчением вздохнула и повесила трубку.

Через десять минут я услышала сигнал клаксона и спустилась вниз. Перед домом стоял черный с зеленым отливом «Форд» семьи Гэ. Но водитель сегодня выглядел не свирепым, а просто очень усталым. Казалось, что он в любой момент может заснуть за рулем.