Чтение онлайн

– Не надо!
– лицо жениха исказилось ужасом.
– Только не это, Вив! Она же опять возьмет ремень и… это, как маленького!
– он густо покраснел – совсем как помидоры, что мы с ним любили воровать из нянюшкиной теплицы – душной, жаркой и очень вонючей. Доставалось за эту отважную вылазку, конечно, Нельсону, ведь девочек пороть нельзя. Но никогда с тех детских пор я не ела таких вкуснющих томатов!

– Вот именно, - удовлетворенно кивнула, представляя расправу над великовозрастным идиотом.
– Заслужил. А теперь идем, - скомандовала, пряча зеркальце.
– Гости заждались.

– Ты на меня не сердишься?
– он умильно улыбнулся, шагая рядом.

– Я на тебя всегда сержусь, Нельсон. Это константа.

– Но ты со мной разговариваешь?

Я остановилась и посмотрела на него.

– Да. Потому что ты единственный жених, который у меня есть, - призналась устало.
– Остальные разбежались из-за долгов моего отца. Иди за мной и хотя бы сегодня не опозорься.

Нельсон расправил плечи и пошел. А я подняла глаза к небу. Две луны почти слились в одну.

– Ну здравствуй, праздник, - шепнула с улыбкой.
– Только без глупостей. Пожалуйста.
– Покосилась на недожениха, который был для меня скорее как еще один брат.
– И смотри, ни шагу в сторону от меня, ни одного глупого слова, и, ради всех демонов, держись подальше от фонтанов в этот раз!

Нельсон послушно закивал, стараясь не смотреть на все еще шипящих фамильяров, что сидели на моих плечах и болтали лапками. Я глубоко вздохнула, расправила плечи и толкнула тяжелую дверь бального зала.

Впереди меня ждал праздник. Или катастрофа. С моей везучестью - скорее второе.

Бальный зал сиял тысячами свечей, отражаясь в зеркалах. На самом деле свечей было сто тридцать семь - я считала, когда помогала украшать. Но в хрустальных подвесках люстры, в бесчисленных отражениях полированного паркета, в искрах, что сыпались от магических светильников по углам, их казалось в десять раз больше.

Золото. Шелк. Кружева. Духи, смешанные в приторный, душный коктейль.

Я остановилась на пороге, вдохнула поглубже и шагнула в этот водоворот.

– Вивьен!
– меня тут же подхватили под руку.
– Ты опоздала! Слияние вот-вот начнется!

Кузина Элизабет. Вечно взволнованная, вечно с веером, которым она обмахивалась с такой скоростью, что ветерок доходил до соседних рядов.

– Задержали, - коротко ответила я.

Не уточнять же, что именно - идиот с мешком в руках.

– Ты видела герцога?
– зашептала Элизабет, сверкая глазами.
– Он приехал! Сам герцог фон Траубе! А с ним племянник, говорят, не женат! Я уронила перед ним платок, представляешь? Специально!

– Представляю.

– Он поднял! И даже не поморщился!

Я слушала вполуха, скользя взглядом по залу.

Гости заполнили пространство до отказа. Кто-то танцевал, кто-то теснился у фуршетных столов, кто-то уже умудрился найти укромные уголки в нишах окон. Воздух густел от смеси дорогих духов, пота и легкого, едва уловимого запаха бедствия. А вот и источник последнего.

Отец сидел в дальнем углу. Я увидела его сразу - слишком знакомой была эта напряженная спина, слишком неестественно прямая осанка.

Он играл в кости.

– …а графиня Штольц привезла всех трех дочерей! Ты представляешь? Трех!
– без умолку продолжала щебетать кузина.
– Как будто мы не знаем, что старшая уже два года как в монастырь Богини собралась, ведь никто не берет…

– Элизабет, - мягко перебила я.
– Дай мне минутку.

Она обиженно захлопнула веер, но отстала.

Я двинулась сквозь толпу.

Стол с игрой стоял в самой дальней нише, укрытый от любопытных глаз тяжелой бархатной портьерой. Но щель оставалась - достаточно широкая, чтобы видеть лица.

Отец. Бледный, с капельками пота на висках. Напротив него - старичок. Экстравагантный. Дорогой камзол, расшитый серебром, но фасон - прошлый век. Седая коса, перетянутая черной лентой. В ухе массивная серьга с рубином, размером с мой ноготь. Он перекатывал кости в ладони с ленивой, кошачьей грацией.

Рядом с ним, чуть поодаль - дама. Ее пальцы обвивали бокал с вином, и я сразу поняла, почему она сидит в тени. Потому что пальцы были… неправильные. Слишком длинные. Слишком узловатые. С когтями, аккуратно подпиленными, но все равно не человеческими. Гарпия.

Я сглотнула и перевела взгляд дальше. И замерла.

ОН.

Его Темнейшество. Дэгир Этардар. Верховный демон.

Он стоял у колонны - расслабленно, почти лениво - и при этом занимал собой половину зала. Не фигурально. Буквально. Куда бы я ни посмотрела, взгляд цеплялся за него. Черный камзол с вышивкой серебром. Черные волосы, собранные в низкий хвост. Черная рубашка с серебристыми кружевными манжетами - единственное светлое пятно.

И лицо. Дьявольски красивое. Неправильное. То, от которого невозможно оторваться.

Я смотрела на него секунду. Две. Три. Он повернул голову. Наши взгляды встретились. И по коже побежали мурашки. Тысячи мелких иголочек, от затылка до пят. Кулон на груди дернулся словно живой.

– …семь, - сказал старичок с серьгой, выбрасывая кости.

Отец побледнел еще сильнее.

Я заставила себя оторвать взгляд от демона и шагнуть к столу.

– Папа.

Он вздрогнул. Поднял на меня глаза - растерянные, виноватые.

– Вивьен… ты здесь… Я думал, ты с гостями…

– Я с гостями.
– Положила руку ему на плечо.
– А ты играешь.

– Так, немного…

– Сколько?

Он промолчал. Старичок усмехнулся в усы.

– Ваш батюшка сегодня в ударе, мадемуазель, - промурлыкал он.
– Очень щедром ударе.

Я сжала пальцы.

– Сколько?
– повторила шепотом.

– Пятьсот, - еле слышно выдохнул отец.

У меня внутри что-то оборвалось. Пятьсот луидоров. Пятьсот. Это весь наш годовой доход. Плюс следующий. Плюс бабушкина брошь с драконьими камнями, которую он уже заложил сегодня утром. Я едва не ахнула, прозрев. Так вот зачем он созвал сюда все сливки дворянства. Надеялся сорвать куш – выиграть баснословную сумму, что покроет расходы и принесет прибыль. Подавила горестный вздох. Ох, отец!