Чтение онлайн

– Я дышу.

– Нет.
– Легкое, едва заметное давление пальцев на поясницу заставило меня прогнуться.
– Вы задерживаете воздух. Как перед прыжком в воду.

Я выдохнула. Шумно, судорожно, выпуская весь воздух разом.

– Так лучше, - одобрил он.
– А теперь - доверьтесь.

И мы сорвались в танец.

Это был не вальс. Это было падение с горы, когда земля уходит из-под ног, а ветер бьет в лицо, не давая вздохнуть. Мы кружились так быстро, что паркет под ногами превратился в мутную рябь, свечи по краям зала слились в сплошную огненную линию - горящий обруч, в центре которого остались только мы двое. Гости, стены, люстры - все размылось в цветные пятна, в акварельные кляксы, которым не было до нас дела. Я перестала понимать, где пол, где потолок, где мои руки, где его.

Каждое движение отзывалось во мне толчком. Его бедро касалось моего, и по коже бежали мурашки. Его пальцы сжимались сильнее, и я проваливалась в этот жесткий захват, в эту абсолютную власть, которую он имел надо мной прямо сейчас. Я чувствовала каждый шов его перчаток, каждую линию его ладони, каждый удар пульса - хотя, может, это мой пульс бился так бешено, что вибрация отдавалась в его грудь.

Между нами искрило. Буквально.

В какой-то момент, когда он резко развернул меня и притянул обратно, почти вплотную, я увидела вспышку. Мелкие голубоватые разряды пробежали по моему плечу, перекинулись на его скулу, очертили линию челюсти и исчезли в воротнике. Я дернулась, но он не отпустил. Искры вспыхивали снова и снова - там, где наши тела оказывались слишком близко. Между моей грудью и его камзолом. Между моей шеей и его дыханием. Между моими губами и его — хотя до них оставался еще целый мир.

Я чувствовала их кожей. Покалывание, щекотку, острое сладкое жало, от которого хотелось выгнуться и прижаться сильнее, чтобы повторить это ощущение. Что-то во мне откликалось на эти разряды - не страхом, не удивлением, а тем самым голодным и нетерпеливым, что поселилось внутри с его первым прикосновением.

– Что это?
– выдохнула я. Не столько от любопытства, сколько от невозможности молчать, не разделить это с кем-то. С ним.

– Магия, - ответил демон. Его глаза блеснули в полумраке темным золотом, без огня, но с глубиной, в которую страшно было смотреть.
– Ваша.

– Моя так не выглядит.
– Я мотнула головой, пытаясь вернуть себе опору, но очередное падение в повороте сбило дыхание.

– Вы просто не пробовали, - его голос стал ниже, гуще.
– Не позволяли себе хотеть по-настоящему. Не теряли голову настолько, чтобы выпустить зверя.

Я подняла глаза. В упор. Он смотрел на меня. Без улыбки, без насмешки, без той ленивой снисходительности, которой от демонов ждешь по умолчанию. Он просто смотрел. И не отпускал.

В его взгляде не было иронии. Не было игры. Там была обнаженная, ничем не прикрытая жажда - и направлена она была на меня. На ту, что стояла сейчас в его руках, тяжело дыша, сбившаяся с ритма, потерявшая все свои маски и защиты.

Я видела в его глазах отражение свечей. Я видела в них отражение себя - раскрасневшуюся, с припухшими от собственного дыхания губами, с расширенными зрачками, с волосами, выбившимися из прически и упавшими на плечо. Я видела в них девушку, которую не знала. Которая была готова упасть.

Танец закончился.

Оркестр умолк так внезапно, что тишина ударила по ушам. Пары замерли вокруг, превратившись в соляные столбы. Кто-то захлопал, кто-то зааплодировал громче - кажется, нашему дуэту. Но звуки доносились будто сквозь толщу воды - далекие, неважные, не имеющие к нам отношения.

Демон не убирал руку с моей талии. Пальцы все так же жгли ткань, все так же сжимались, удерживая меня в плену. Я не могла сделать шаг назад. Я не хотела делать шаг назад.

Секунда. Две. Три.

Его грудь поднималась и опускалась так же часто, как моя. Его дыхание сбилось - я слышала это, потому что мы стояли слишком близко. Потому что между нами не осталось расстояния. Потому что искры все еще потрескивали где-то в воздухе, невидимые, но ощутимые - электричеством, предчувствием, обещанием.

Он смотрел на мой рот. Всего миг. Долю секунды, которую я бы ни за что не заметила, если бы не ждала этого взгляда всем телом.

– У вас кулон, - вдруг сказал демон.
– Где вы его взяли?

Голос стал ровным. Спокойным. Но я вдруг поняла - он ждет ответа так, как ждут приговора.

– Это материнский, - сказала я.
– А что?

Пауза.

– Красивый, - сказал он.

Рука на моей талии разжалась. Мужчина отступил на шаг. Поклонился - церемонно, коротко, как кланяются чужим.

– Благодарю за танец, мадемуазель Луувиль.

– Благодарю вас, Ваше Темнейшество.

Он ушел. Черный камзол растворился в толпе гостей, и я вдруг поняла, что даже не заметила, в какую сторону он направился.

Я осталась стоять посреди паркета. Одна.

– Вивьен!
– Элизабет подлетела ко мне, хватая за руку.
– Ты танцевала с ним! С самим! Что он сказал? Ты ему понравилась? Вы будете встречаться? Ты станешь герцогиней? Императрицей? Владычицей мира?

– Он сказал, что у меня красивый кулон, - ответила я.

– О-о-о!
– Элизабет прижала руки к груди.
– Это почти признание в любви!

– Это комплимент украшению, Элизабет.

– Нет! Это метафора! Ты - кулон! Драгоценная, редкая, сияющая! А он - тот, кто хочет носить тебя у сердца!

– Ты читаешь слишком много любовных романов.

– Ты читаешь слишком мало! Там все так начинается!

Я не стала спорить. Просто смотрела на свою ладонь, которая все еще помнила жар его пальцев.

– Вивьен!

Я обернулась. Нельсон бежал ко мне, расталкивая гостей локтями.

– Вивьен, ты видела? Я танцевал с ней! С Клео! Она такая… такая… У нее глаза! И волосы! И…

– Иди проспись, Нельсон.

– Я не пьян! Я влюблен!

– Ты влюблен каждую неделю. В прошлый раз это была дочка булочника.

– У нее были очень красивые булочки!

Я закрыла глаза.

– Нельсон.

– Да?

– Ты идиот.

– Знаю, - вздохнул он.
– Но она сказала, у меня хороший ритм.

– У тебя ритм хромого кузнечика.

– Это творческая интерпретация!

Я открыла глаза и посмотрела на него. Растрепанный, раскрасневшийся, счастливый.

– Ты правда в нее влюбился?
– спросила я.

Нельсон замер. Помялся.

– Не знаю, - сказал честно.
– Но мне с ней интересно. Она не смотрит на меня как на… ну…

– Как на идиота?

– Как на пустое место.

Я вздохнула.

– Иди, - сказала ему.
– Пока она не упорхнула.

– Правда? Можно?