Чтение онлайн

Она крепко сжала брови. «Я скучаю по ним.»

Люкас мгновенно оказался рядом, его рука нежно легла на её плечи, и она прильнула к нему. «Я тоже.»

Печаль и вина поглотили её почти настолько, что она уже собиралась перевернуть страницу — пока что-то не привлекло её внимание. Тория перечитала страницу, её хмурое выражение сменилось на растерянное, когда она пыталась понять смысл. Она отстранилась от Люкаса.

«Лэйклария», — пробормотала она. Даты, события — всё было расплывчато, но на её память... «Мой отец говорил мне, что никогда там не был.» Она повернулась, чтобы оценить его реакцию.

Он казался невозмутимым, пожимая плечами, читая у неё через плечо. «Вероятно, это было по какому-то политическому делу. Короткая поездка, не стоящая рассказа.»

«И всё же кто-то счёл, что стоит, раз поместил это сюда.»

«Писцы и учёные документируют всякую бесполезную информацию.»

«Ничто задокументированное никогда не бывает бесполезным, Люкас.» Она перевернула страницу.

«Должна же быть причина.» Тория прервала чтение, чтобы вспомнить: «Я помню, как изучала королевства, когда была младше, и Лэйклария казалась мне особенно завораживающей. После занятий, однажды ночью, отец укладывал меня спать, и я спросила, есть ли у него истории о земле льда и снега. Я спрашивала о королеве, могущественной и эфемерной на изображениях, но он ничего не хотел рассказывать. На самом деле, тогда я не придала этому значения, но было такое чувство, что тема его беспокоила».

Люкас уселся на край стола. «Возможно, во время его визита был конфликт.»

«Звучит правдоподобно, но почему не говорить об этом?» Тория жалела, что не догадалась спросить мать. Она отметила даты, указанные рядом с визитом её отца, подтвердив, что это было после его женитьбы на матери, но почти за пятьдесят лет до рождения Тории. И всё же её мать нигде не упоминалась в связи с визитом короля в Лэйкларию. Это не имело смысла. Пальцы Тории забегали по страницам, пытаясь найти что-то, объясняющее, чего он достиг во время своего одинокого путешествия. То, что она обнаружила, начало покрывать её кожу необъяснимым ужасом. «Он часто бывал в Лэйкларии, — прошептала она, потому что не хотела в это верить, зная, что ничего хорошего никогда не исходит от столь тщательно охраняемой тайны. — До моего рождения», — заключила она, обнаружив, что именно тогда прекратились его задокументированные визиты каждое десятилетие.

Её ум бешено работал от этого открытия. Её охватила тошнота, и ей пришлось отойти от текста, не в силах продолжать поиски.

«Хочешь, чтобы я посмотрел?» — тихо спросил Люкас.

Её дыхание было тяжёлым, но она встретилась с ним взглядом. Ей не нужно было отвечать, поскольку он уже переместился к книге, пробегая и перелистывая ещё несколько страниц. Тория не могла этого вынести. Она начала ходить взад-вперёд, её ум уже строил расчёты без необходимости читать дальше.

«Всегда в замок, — продумала она вслух. Всё складывалось воедино. — Всегда один.» Она провела руками по лицу, остановилась, качая головой. «Всегда, чтобы увидеть Королеву Лэйкларии.»

«Я не думаю, что это как-то связано—»

«Что, если они были парой?» — выдохнула она.

Его нахмуренное лицо выражало недоумение, пока он продолжал просматривать книгу. Люкас покачал головой. «Нигде такого не сказано. Это просто хроника королевских передвижений за века.»

«В этом есть смысл, — продолжила она всё равно. — С какой ещё стати он был так увлечён поездками туда? Но он уже был женат на моей матери и знал о важности долга. Но что, если его сердце потянулось к другой, когда было уже слишком поздно?»

«Разве это что-то меняет?»

Тория не могла быть уверена. Было что-то незыблемое в воспоминании о том, как он закрылся от темы Королевства Водяного Дракона. Ей нужно было узнать больше о Лэйкларии, королеве...

«Вас просят вернуться в замок к ужину, Ваше Величество». Леннокс подошёл к ним с этим объявлением. Тория даже не заметила, как он выскользнул, чтобы его услышать.

Уже это открытие стало огромным отвлечением от всего, с чем она пыталась просто удержаться на плаву в Олмстоуне. Тория решила проигнорировать своё желание погрузиться в громкие мысли об обнаруженном. Это могло не значить ровным счётом ничего, и пока ей приходилось в это верить. Погоня за тайнами прошлого должна отойти на второй план перед битвой с растущей тьмой её настоящего.

ГЛАВА 25

Тория

Тория была одета и закутана в плащ, вооружена своим компактным посохом, пока она кралась на балкон и поднималась на крыши. Устойчивый ночной воздух обволакивал её тело и успокаивал разум. Задача прыгать и карабкаться требовала её полной концентрации, и она была рада этому, безмерно наслаждаясь свободой и адреналином, которые пробегали по ней, пока она танцевала в ночи.

На одном конкретном балконе — двумя этажами выше и четырьмя пролётами в сторону — она добавила дополнительный слой высокомерия своим навыкам, когда шла на цыпочках по каменному выступу, добавляя изюминку в виде прыжков и вращений, даже не зная, проснулся ли принц, чтобы это увидеть. Тория усмехнулась от забавы, когда добралась до конца и продолжила своё путешествие по крыше. У неё не было пункта назначения или даже намерения найти способ спуститься. Возможно, всё, что она сделает этой ночью, — это насладится ветром, хлещущим вокруг на высоте и славной открытости, свободной от любых глаз, пока она осторожна и не подходит слишком близко к месту, откуда периметральная охрана могла бы поднять взгляд.

Поднявшись по крыше ещё выше, Тория вышла на участок архитектуры, где было достаточно плоское место на стыке скатов, чтобы на нём можно было устроиться. Там она наблюдала за великолепной луной в окружении мерцающих звёзд и позволила своему разуму отвлечься. Она думала только о том, каково это — быть ничем. Совсем никем. Она думала о том, каково это — иметь бесконечные дни и ночи этого, без того, чтобы кто-то заботился, упрекал или осуждал. Это было освобождающее представление, но также... одинокое.

Именно в этот момент Тория осознала, что не ненавидит то, кем является. Ни своё положение, ни жизнь, в которую она была рождена. Она любила своих друзей. Она любила свои воспоминания о Фэнстэде. Всё, чего она жаждала, — это вернуть всё обратно. Мысль, которая так ужасно скручивала её внутренности, заключалась в том, что сколько бы сил и стойкости она ни собрала, всегда оставался дразнящий шёпот, что она никогда больше не увидит своих земель.

Тория ощутила присутствие Тарли за мгновения до того, как он сел, так что его осторожный, приглушённый голос не стал неожиданностью, когда донёсся до неё.

«Спасибо, что заверила меня, что я не собираюсь преследовать настоящего ночного бандита по крышам.» Он устроился рядом с ней, и она была рада, что он не отчитывал её, как она виновато приготовилась.

Она повернулась к нему с озорной усмешкой, и было обнадёживающе видеть её отражённой на его собственном лице.

«Добавленные пируэты были милым штрихом.»

«Кто сказал, что ночные воры не танцуют?»

«Может, они и начнут. Это определённо было заманчивым приглашением.»

Тория ухмыльнулась, и это было неожиданное чувство. Возможно, поразительно, что Тарли принёс юмор в ночь вместо своей обычной мрачности. Её улыбка исчезла, немедленно ощутив вину за эту мысль. Тарли несёт больше бремени, чем она могла себе представить. Потеря матери, затем пары, и жестокий отец, связанный с обоими. Она обнаружила, что понимает его, хочет заставить его открыться ей и знать, что она не выносит никаких суждений.

«Не могла уснуть?» — спросил он, уставившись на луну.