Чтение онлайн

Четыре года ожидания стоили каждой секунды.

Сэйдж без колебаний опускается на меня, и все мое тело оживает и одновременно замирает. Эти два ощущения, пульсирующие под моей кожей, — невозможное сочетание. Сэйдж стонет, и этот звук возвращает меня к реальности. Она так идеально обхватывает меня, что я стону.

— Это слишком, — кричит она. Ее голова опущена, а вьющиеся волосы закрывают лицо. Она смотрит на меня из-под ресниц, нахмурив брови, но опускается только наполовину.

— Не для тебя, — хриплю я. — Ты так хорошо принимаешь мой член. Мы можем сделать так, чтобы он поместился в этой идеальной киске, верно, детка?

Ее глаза загораются от этого вызова. Я медленно рисую круги на ее набухшем клиторе и смотрю, как ее возбуждение покрывает мои пальцы. Она легко скользит вниз по моему члену, пока я не погружаюсь в нее до конца. В тот момент, когда пирсинг у основания моего члена касается ее клитора, она ахает и сжимает пальцы на моей груди.

Сэйдж прижимается лбом к моему лбу, а я держу ее за бедра, чтобы покачивать ими. Мы смотрим друг на друга, и когда она гладит мое лицо, что-то интенсивное и чуждое сжимается у меня в груди.

— Ты в порядке? — шепчет она.

От этих слов у меня перехватывает дыхание. Я и не ожидал ничего другого. Но в тот момент, когда я так много получаю от нее, я не могу допустить, чтобы она еще и беспокоилась обо мне. Даже если это чертовски приятно.

— Не волнуйся за меня, детка, — я провожу пирсингом по ее клитору, и в ее глазах снова загораются огоньки. — Тебе нравится, Сэйдж? Нравится, как он ощущается на твоем клиторе?

Сэйдж быстро кивает.

В туманной дымке, пока она скачет на мне, я позволяю своим рукам блуждать по ее телу. Я с чистым удовлетворением наблюдаю за воплощением своих влажных фантазий.

Мне требуется секунда, чтобы снова поднять взгляд.

— Хорошо. Это только для тебя.

Она скачет на мне еще быстрее, как будто эти слова значат для нее все.

— Тебе нравится быть первой, кто чувствует мой пирсингованый член в своей прелестной киске? — слова даются с трудом, и мне не стоило спрашивать об этом, когда я так близко к оргазму. Я подбираю такой ритм, чтобы заставить ее громко стонать. Ее киска сжимается вокруг меня так сильно, что я стискиваю зубы, чтобы сдержаться.

Она всхлипывает.

— Да.

— Тогда ложись на спину и дай мне посмотреть, как закатываются твои глаза.

Она одним быстрым движением переворачивается на спину. Я не спеша целую ее тело, пока не беру в рот один сморщенный сосок и не отпускаю его с хлюпом.

— Пожалуйста, Элиас, — отчаянно шепчет она. Ее ногти впиваются мне в плечи, а пальцы скользят по моим волосам и притягивают меня к ее губам. Я оказываюсь между ее ног, и это похоже на рай, когда она обхватывает меня за талию, подталкивая вперед. Я проникаю языком в ее рот и играю с ее грудью, пока ее соски не становятся твердыми под моими пальцами. Я отстраняюсь, чтобы поцеловать ее в шею, и от ее ванильного аромата у меня кружится голова.

— Хочешь, чтобы я продолжил? — шепчу я, опуская руки к ее бедрам.

— Я хотела, чтобы ты продолжил, с того самого момента, как встретила тебя. Я чертовски ясно дала это понять, Уэстбрук.

Поцелуи с этой девушкой никогда не смогут мне надоесть. Она никогда мне не надоест.

Поцелуи — единственное, что помогает нам не торопиться и двигаться в необходимом мне темпе. Я знаю, что Сэйдж будет все равно, сколько это продлится, но я намерен сделать так, чтобы ей было хорошо.

— Мы можем не торопиться, — предлагает Сэйдж.

Я целую ее, чтобы она не успела договорить, и запускаю пальцы между ее влажных складочек, играя с клитором, пока она не кончает так сильно, что у нее закатываются глаза.

— Элиас, это слишком. Слишком хорошо, — ее ногти впиваются в напряженные мышцы моей спины, и я уверен, что на моей коже останутся следы. Пока они ее, мне все равно.

— Бери то, что тебе нужно, потому что я собираюсь трахнуть тебя так, как хочу.

Она благодарно вздыхает.

— Это намного лучше, чем просто представлять, как ты прикасаешься ко мне.

Господи. Она хочет, чтобы я не торопился, но, если она продолжит говорить такое, я не смогу сдержаться. Особенно когда ее бедра подаются вперед, а я сжимаю основание своего члена и прижимаю головку к ее влажному входу.

Но я люблю, когда меня наказывают.

— О чем ты обычно думаешь?

Она проводит пальцами по моему прессу, который сейчас напряжен до предела.

— Это чертовски похоже на это, — затем она делает паузу. — Но обычно я стою в душе, а ты передо мной на коленях.

Я сдерживаю стон.

— Мы можем это устроить.

Она выпрямляет свои накаченные, подтянутые ноги и кладет их мне на плечи, демонстрируя свою невероятную гибкость. Я прикусываю внутреннюю сторону ее бедра, заставляя ее вскрикнуть, а затем успокаиваю это место поцелуями.

Сэйдж двигает бедрами, словно отчаянно ищет мой член, чтобы он снова наполнил ее. Я размазываю головкой ее возбуждение по уже влажной киске.

— Посмотри на себя, детка, ты такая красивая. Ты чертовски мокрая для меня, — я раздвигаю ее ноги шире, чтобы получить лучший обзор, и Сэйдж разводит их сильнее, чем это казалось возможным. Она делает это с такой легкостью, очевидно, благодаря годам занятий балетом. Когда я вхожу в нее, она зажмуривается будто от боли. Когда я уже готов остановиться, она открывает глаза, и мне кажется, что взошло солнце.

Я едва сдерживаюсь, пытаясь довести ее до нужного состояния. Я закрываю глаза, чтобы оттянуть оргазм, потому что вид ее раскрасневшегося лица не помогает мне быть медленнее. Она сжимается вокруг меня, и я стараюсь не кончить. Мое сердце бешено колотится, а Сэйдж тяжело дышит.

— Я кончаю, — выдыхает она.

— Слава богу, — ворчу я.

Она обвивает руками мою шею и смотрит, как я вхожу в нее и выхожу, а когда мои пирсинги попадают в нужные места, она выкрикивает мое имя. Мне это чертовски нравится. Затем, когда я прижимаюсь губами к ее уху и говорю, чтобы она кончила еще раз, она слушается, доводя и меня до разрядки. В очередной раз доказывая, что она ошибается, считая себя сложной, и напоминая ей, что со мной она никогда не будет неудовлетворенной.

Мой оргазм слишком сильный. Он сокращает каждую мышцу моего тела и выжимает из меня все до последней капли удовольствия. Моя грудь вздымается, и я содрогаюсь от удовольствия.

Я слезаю с Сэйдж и ложусь на спину. Она утыкается носом в мою шею, когда я притягиваю ее ближе.

— Ты прилипчивый после секса? Кто бы мог подумать? — ее смешок был недолгим, и когда она посмотрела на меня, я понял, о чем она подумала.

— По-настоящему, — говорю я. — Это все по-настоящему.

— И это все ты? — тихо спрашивает она.