Таверна на прокачку. Трилогия
Шрифт:
– Ну что, мужики! – воскликнул Яков, остановившись посреди двора и с азартом озираясь. – Пойдём охотников валить? Я с вами! Ух, мы им наваляем! На всю жизнь запомнят!
– Короткая эта жизнь будет, – с угрозой сказал Виктор. Он оглядел всех и сурово уронил: – Выходим.
– Стой, Виктор.
Из-за широких спин мужиков вышел Антоний. А я и не заметил, когда он пришёл. В руках у Антония был посох из светлого дерева с резным набалдашником.
Когда Антоний заговорил, все почтительно умолкли и повернулись к нему.
– Ты не можешь быть командиром группы, – сказал старик. – У тебя голова кипит от ярости, ты дров наломаешь. Я бы тебе вообще посоветовал тут остаться, за таверной и за поселением присматривать.
– Даже не проси о таком! – оборвал его Виктор. – При всём уважении к тебе я не останусь. У этих охотников мой сын!
– Понимаю, – сказал Антоний и обвёл всех взглядом. – Назар, тогда остаёшься ты. – Старый плотник кивнул. Антоний высмотрел в толпе Анатолия и позвал: – Анатолий, ты среди нас единственный, кто до сих пор на воинской службе. Да и опыта тебе не занимать. Поведёшь отряд?
Анатолий выпрямился. Коротко кивнул.
– Почту за честь.
– И не лезьте на рожон, – добавил Антоний, бросив выразительный взгляд на Виктора.
– Я прослежу за этим, – сказал Анатолий и тоже взглянул на тавернщика.
Тот ответил тяжелым взглядом исподлобья, в котором явственно читалась непокорность и вызов. Но Анатолий глаз не отвёл.
Вдруг за спинами собравшихся послышался тонкий голос, готовый сорваться в истерику:
– Виктор! Ты куда?
Воины оглянулись и расступились. На пороге таверны стояла Мария.
Она вцепилась в обгоревший дверной косяк обеими руками. Казалось, что с прошлой нашей встречи она побледнела ещё сильнее, почти до синевы. Рубаха на боку, там, где швы, снова потемнела. Я видел, каких усилий ей стоит оставаться на ногах.
– Ты меня бросить решил? – Голос у неё звенел. – Оставить одну? Виктор! Ну, что ты молчишь!
Виктор стоял, опустив голову. Не глядя на жену, сказал:
– Я вернусь. Пойми, я должен сейчас пойти туда. – Он всё-таки поднял голову и посмотрел ей в глаза. Я с удивлением увидел на его суровом лице нежность к жене. – Мария…
– Тебя там убьют! Я совсем одна останусь. Кто меня защитит? Кто вернёт Леонида?
– Послушай, Мария…
– Нет! Не ходи! Я прошу тебя! Пожалуйста! – она зарыдала, сотрясаясь и хватаясь за дверной косяк, будто за последнюю надежду.
Антоний незаметно оказался рядом. Он подошёл к крыльцу и коснулся слабой руки женщины.
– Мария, – мягко сказал он. – Иди в дом. Тебе надо лежать, иначе ты не поправишься. С Виктором всё будет в порядке, я обещаю.
Мария всхлипнула, кивнула и, шаркая ногами, побрела обратно в полумрак таверны.
Я решил воспользоваться паузой и громко сказал:
– Я вам тут в дорогу поесть приготовил.
Все повернулись ко мне.
Я стоял у рабочего стола с подносом, на котором горкой лежали завёрнутые конверты с пловом.
– Это походный паёк, – сказал я. – Плов в лаваше. Ну, то есть в лепёшке. Горячий, сытный, придаёт силу и выносливость. Не знаю, хватит ли на всех, но…
– Ай молодец парень! – воскликнул Сыч.
Антоний одобрительно улыбнулся и кивнул мне.
– Возьмут те, кто не успел пообедать, – перехватил инициативу Анатолий. Он оглянулся на свой отряд и скомандовал: – Подходим по одному.
Бойцы зашевелились, по очереди подходили и брали с подноса мои походные пайки.
Антоний тоже подошёл. Но не для того, чтобы взять лаваш с пловом. Он остановился, посмотрел на меня и улыбнулся в усы:
– Травы добавил?
Я кивнул и отрапортовал:
– Сделано в лучшем виде!
Антоний одобрительно хлопнул меня по плечу.
Тем временем Анатолий уже командовал. Я слышал его голос краем уха.
– Авангард: я, Виктор, Глеб, Николай и Ермолай. Идём напрямик к стоянке, вступаем первыми. Левое звено: Коготь, Гром, Павел и двое кузнецов. Заходите со стороны ручья, отрезаете путь к лесу. Правое звено: Сыч, ты берёшь своих. Прижимаете к оврагу. Тыловое прикрытие – лучники. У кого есть луки?
Поднялись четыре руки. Глеб добавил:
– У меня арбалет.
– Годится. Пятеро на дистанции. Задача – не дать уйти. Стрелять на поражение, только если побегут.
Яков метнулся к Анатолию.
– Меня в авангард! Я с мечом умею, ну, то есть топор есть! Я им покажу, они мне намедни рожу начистили, я в долгу не останусь!
Назар протолкался вперёд и попытался оттащить Якова. Анатолий тоже посмотрел с сомнением.
– Я не обуза, – Яков набычился. – Я плотник, у меня руки крепкие, топором махать привычные. Дайте мне хоть шанс!
– На левое звено, – решил Анатолий. – К Когтю.
– Да хоть на правое, хоть на верхнее! – просиял Яков.
– Яков! – рявкнул Назар. – Под удар не лезь! Слышал?
– Слышал, слышал…
Коготь, хмуро кивнув, забрал у меня поднос и принялся разносить воинам оставшиеся конверты с пловом. И даже не думал возмущаться, что приходится делать не свою работу.
Тем временем Сыч подошёл ко мне.
– Макс, – сказал он вполголоса. – Те мечи, трофейные. Два клинка, которые ты взял у охотников. Они бы сейчас очень пригодились. У троих мужиков вообще ничего, кроме кольев.
Я, не задумываясь, кивнул. Конечно, какой смысл в мечах, если они лежат без дела, а людям идти в бой с палками?
Вот только мечи лежали в комнате Виктора и Марии с тех пор, как я сложил там все трофеи.
– Они в спальне, – сказал я. – Под кроватью.
Сыч понял всё без дополнительных объяснений. Подошёл к Виктору и негромко сказал ему что-то. Виктор бросил на меня хмурый взгляд и так же тихо ответил Сычу. Тот кивнул и пошёл в таверну.
Похоже, Виктор не захотел лишний раз расстраивать Марию. Долгие проводы – лишние слёзы.
Сыч вернулся со свёртком ткани, в который я завернул мечи, протянул свёрок мне. Словно признавая моё право распоряжаться этим трофеем. Я вытащил оба меча, поразмыслил пару секунд и протянул Сычу лёгкий меч Шныря.
– Отдай этот, кому нужно, – сказал я, и Сыч кивнул.
Второй меч нельзя было отдать, кому попало. Меч Змея требовал от владельца как минимум десятый уровень Холодного оружия.
Я посмотрел через двор на Павла. Тот стоял у дальнего стола, скрестив руки на груди. Отсюда было не заметно, но я был уверен, что пальцы его едва заметно подрагивают. Он не сможет удержать клинок в бою. Однако меч Змея сам вёл руку, я почувствовал это, когда тренировался с ним. Опытного воина второго ранга такой клинок не подведёт, даже если руки дрожат.