Чтение онлайн

Его рука скользнула под простыню и сжала... Стиснув зубы, он зажмурил глаза, словно отгоняя от себя образ Анны. Боже, помоги, но всё бесполезно. Саймон ничего не мог с собой поделать. Не мог побороть вожделение. Анна, без сомнения, сказала бы, что это невежливо. Грубо. Но, видит Бог, он всё ещё был мужчиной. С мужскими желаниями, о чём ему настойчиво напоминало его тело.

«Анна, – подумал он. – Моя прекрасная Анна. Что ты со мной делаешь? Из-за тебя я теряю самообладание. Из-за тебя схожу с ума. Из-за тебя прячусь в тени, как лиса, скрывающаяся в кустах».

Движения его руки ускорились. Его тело напряглось. Затем он задрожал, задыхаясь, страстно желая разрядки.

И когда наконец она пришла, Саймон лёг ничком и мрачно усмехнулся. Он никогда не получит истинного удовольствия. Ни сегодня, ни в любую другую ночь.

Без Анны.

Моё сердце в опасности. Я знаю... но ничего не могу поделать.

Саймон Блэквел.

Рано утром Анна осторожно заглянула в покои Саймона. Обычно он просыпался задолго до неё. Иногда она слышала, как он ворочается, потом скрипят половицы и хлопает дверь.

Он всё ещё спал, лёжа на здоровом боку, повязка была аккуратно закреплена на животе. Анна тихо вошла и подошла к его кровати.

Что бы сказал Саймон, если бы узнал, что она за ним наблюдает? У неё появился ком в горле. При виде его таким уязвимым на Анну накатила волна эмоций, настолько сильных, что внутри всё сжалось. У неё появилась возможность не спеша его рассмотреть – редкая удача! У Анны замерло сердце. Не нужно сдерживаться. Не нужно гадать или беспокоиться, что у него на уме. Ни напряжения, ни неловкости, ни сомнений, ни сопротивления.

Кончиком пальца она дотронулась до его квадратных бакенбард, провела ногтем вверх и вниз, с любовью прикасаясь к слегка колючей щетине.

С любовью прикасаясь к нему.

У неё перехватило дыхание. Она сама не поняла, как подняла кулак и приложила к сердцу.

Она любила его. Она любила Саймона.

Анна покачала головой со смешанным чувством удивления и замешательства. Она не могла точно сказать, когда именно к ней пришла любовь. По правде говоря, она и не знала!

Потому что всё случилось так, как сказала Каро в ночь перед свадьбой.

«Иногда она просто есть, и невозможно объяснить, где, как, почему и даже когда она возникла. Она просто есть».

Улыбка исчезла с лица Анны. Она с тоской подумала, что их брак мог бы стать чем-то большим, если бы только Саймон не был так настроен против этого. Его жизнь могла бы стать гораздо лучше. Анна не сомневалась, что он снова будет счастлив, хотя бы в какой-то мере! Но на его плечах всё ещё лежала тяжесть вины, которую никто не должен нести! И Анна понятия не имела, как облегчить его бремя.

Да и могла ли она это сделать.

Если Саймон настоит на своём, то по прошествии года они расстанутся навсегда. Но Анна никогда его не забудет.

Она будет любить его вечно.

Но как ему об этом сказать? Ибо это могло только ещё больше его ранить.

Он и так уже настрадался.

Но, возможно, в этом не было необходимости.

Возможно, найдётся другой способ...

К девяти часам утра Саймон уже был на ногах. Анна направлялась к дому с корзиной, полной цветов, когда заметила его вместе с Даффи. Они шли по коридору, Саймон положил свою большую руку на плечо Даффи. Анна остановилась, потому что не хотела подслушивать их разговор, но увидела, что Даффи кивнул. Лицо Саймона было серьёзным, но не мрачным. А когда старик поднял голову в сторону Саймона, он широко улыбался.

Анна лёгкой походкой и с таким же лёгким сердцем вошла в дом.

Её сердце станет для неё проводником. Она любила этого мужчину и не собиралась отпускать его без борьбы. Если Саймон не видит происходящее с её точки зрения, что ж... увидит. Внезапно в прихожей раздался взрыв смеха. Одна из служанок испуганно на неё взглянула. Анна искоса улыбнулась ей и продолжила свой путь, высоко размахивая корзинкой.

Она решила, что упрямство сослужит ей хорошую службу, ибо Анна была полна решимости. Она сделает всё, что должна, чего бы это ни стоило. Будет уговаривать и обхаживать. Заверять и настаивать. Она напомнила себе: у неё есть почти год, чтобы убедить Саймона, что они созданы друг для друга.

Нужно только набраться терпения.

Её сердце не дрогнет. Она знает, чего хочет.

А хотела она своего мужа.

Но прежде – да, прежде! – нужно сделать так, чтобы и он её захотел.

С самого начала Анна не могла смотреть на него, не испытывая какого-то странного трепета в душе. Даже когда не понимала, что это такое, оно было. В каждом взгляде, в каждом ударе сердца. Чувствовал ли Саймон то же самое? И что ещё сложнее – как заставить его чувствовать то же самое?

Следующие несколько дней Анна долго и упорно обдумывала свой подход.

Интуиция подсказывала, что, когда дело касается Саймона, дерзость мало что даст. Кроме того, она никогда не любила дразнить и кокетничать. Как же ей хотелось, чтобы Каро оказалась рядом и дала совет! Анна решила, что нужно быть утончённой и в то же время смелой. Но как можно быть смелой и дерзкой, не показывая этого?

Как обычно, Анна удалилась в свои покои раньше Саймона. Но вскоре она услышала, что он пришёл к себе. Собравшись с духом, Анна остановилась перед дверью в смежную комнату, заверив себя, что жена имеет полное право заходить в спальню мужа. В этом нет ничего плохого и, конечно, ничего странного.

Тем не менее, ей потребовалось вся смелость, чтобы поднять руку, постучать, широко распахнуть дверь и шагнуть в комнату, как будто она делала это уже бесчисленное количество раз!

Саймон сидел за столом и что-то писал в дневнике. При её появлении он обернулся, держа перо в руке.

Её сердце, казалось, вот-вот остановится, но, слава богу, этого не произошло. Рубашка Саймона была сверху расстёгнута, обнажая треугольник мужественной груди, отчего Анна чуть не бросилась обратно за порог.

– Боюсь, я вынуждена вас побеспокоить, прошу мне помочь. Я мучаюсь с застёжкой ожерелья. С вашего позволения... – Слава богу, её голос дрожал не так сильно, как она опасалась. Ей даже удалось рассмеяться, когда она повернулась к Саймону спиной.

Позади себя она услышала скрип отодвигаемого стула. Анна точно уловила момент, когда Саймон приблизился. Всё её тело затрепетало в предвкушении.

– Что вы, никакого беспокойства, Анна.

Стоя рядом с бритвенным столиком, она слегка повернула голову и взглянула в зеркало. Саймон смотрел на Анну, на его лице читалось лёгкое замешательство.