Чтение онлайн

И тут выражение лица Миши стало угрожающим.

– А, кажется, я догадался, - тихо произнес он. – Вы хотите разбить этот брак. Вы неравнодушны к Василию, и таким образом хотите избавиться от соперницы… Это недостойно, Женя.

“Он уже в который раз назвал меня Женей”, - изумленно подумала девушка.

Кажется, выявились некоторые скрытые мотивы Миши Кацмана – помимо стремления всех, за кем он это замечал, отвратить от веры в сверхъестественное и даже видения сверхъестественных фактов…

– Извините, что отняла у вас время, Миша, - устало сказала Женя, поднимаясь из-за стола и вытягивая кошелек из сумочки. – Я сейчас только расплачусь…

– Женя, сядьте! Не надо!

Она изумилась такой перемене и села. Миша Кацман снял свои очки, потер покрасневшую переносицу. На лице его была обида и досада.

– Я не знаю, когда Василий Морозов женится. И это чистая правда, - сказал Миша, взглянув на нее поверх очков, которые снова надел. – Но я как-то видел его с невестой здесь, в кафе “Parisien”. Если этот… чудотворец… - лицо Кацмана дернулось, - так вам нужен, можете попытаться подстеречь его тут.

Женя глотнула остывшего кофе.

– Спасибо, - с чувством сказала она.

Миша кивнул, тонко и горько улыбнувшись.

– Жаль, жаль, - сказал он. – Я думал, вы необыкновенная женщина. Но вас в конце концов тоже одолела общая для вашего пола слабость – стремление к иллюзиям. Люди когда-нибудь начнут жить разумом, но произойдет это не сейчас… и начнется не с прекрасной половины человечества.

Женя предпочла промолчать.

Кажется, Миша не пытался оскорбить ее намеренно – но разговор дальше не клеился. И поэтому вскоре они распрощались. После ухода еврея Женя вдруг поняла, что Миша действительно надеялся на большее.

Но теперь ей следует о нем забыть. Сейчас еще яснее стало, что они могут быть только противниками. Женщины, сходясь с мужчинами, часто забывают о расхождении во взглядах в угоду взглядам мужчин – но Женя была не из таких. Хотя бы потому, что мало женщин имеет определенные взгляды.

Она последовала совету Миши и, когда у нее высвобождалось время, захаживала в кафе. Женя выбирала вечерние часы в будние дни - до воскресенья оставалось еще два дня; а в воскресенье Женя пришла в кафе днем.

В эти часы, как она рассудила, была наибольшая вероятность встретить здесь Василия и Лидию – хотя Женя не представляла, как будет говорить с ними обоими, несмотря на то, что долго составляла в голове сценарий их разговора. Но Жене в конце концов повезло гораздо больше.

В воскресенье днем она встретила Лидию без Василия.

***

Женя каким-то чутьем поняла, что эта девушка – та, кто ей нужен. Вернее говоря, инстинкт заставил ее поднять голову, когда в кафе вошли две смеющиеся барышни в ротондах* и шляпках.

Женя, сидевшая за крайним столиком для конспирации, отодвинулась в угол. Слух ее обострился; и, казалось, обострилось даже зрение. Она поправила очки.

– Мариночка, непременно приходи к нам в будущее воскресенье, - донесся до Жени звонкий, легкий голос первой барышни. Она была хорошенькая, голубоглазая, с пышными русыми волосами.

– И Василий придет? – лукаво спросила ее темноволосая приятельница.

Женя прикусила губу и сжала руки, сложенные на коленях.

– Непременно, - сказала первая девушка. – Мы сейчас почти неразлучны.

“Ей-то нечего бояться соперничества”, - подумала Женя, разглядывавшая барышню так пристально, точно была художником, готовившимся ее писать. И это была бы прекрасная модель. Не то что сама Женя.

– Лидочка, я так тебе завидую, - вдруг вздохнула Марина. – Твой Василий так нежен к тебе, так предан. Я и не думала, что в России еще остались столь галантные мужчины.

– Вася мой жених, - ответила Лидия с уверенностью королевы бала. – Когда же еще ухаживать за женщиной, как не перед свадьбой? А вдруг я раздумаю и откажу ему?

Лидия и Марина уставились друг на друга с веселым лукавством союзниц, обдумывающих пикантный заговор.

“Дура ты, Лидочка, - подумала Женя. Она ощущала злорадство и азарт, как перед сражением. – В таких делах у женщин не бывает союзниц”.

Подруги заняли столик.

К ним подошел официант, и Лидия с улыбкой сделала заказ. Она выглядела совершенно счастливой. Женя знала, как легко отнять у женщины эту уверенность, какой бы сильной она ни была.

Лидия сняла шляпку, и уложенные локонами русые волосы красиво заблестели в свете ламп. При мысли, что эта особа осмелилась звать ее Василия “Вася”, Женя почувствовала, что готова разорвать ее в клочки. Лидия не имела никакого понятия о том, что из себя представляет ее жених, что он любит в отношении себя. Эта девица относилась к нему как к выгодному приобретению.

Саша, конечно, во многом вела себя так же. Но разве можно сравнивать ее таракана с Василием Морозовым!

Подруги еще некоторое время щебетали о вещах, Жене неизвестных и неинтересных. Сейчас Женя только выгадывала момент для нападения. Подойти к этим девицам сейчас? Или подождать?..

Чего? Лидия и Марина, конечно, и уйдут вместе, как и пришли.

Вдруг Женя увидела в этих подружках себя и Сашу, и глаза ее на миг заволокло слезами.

– Ну, я пойду, Лидочка, - вдруг сказала Марина, и Женя тотчас же позабыла обо всем остальном. Она выпрямилась. Будь Женя кошкой, она сейчас вздыбила бы шерсть и выгнула спину…

Ничего не подозревающая Лидия ласково улыбнулась вставшей из-за стола подруге и пожала ей руку. Девушки поцеловались.

– Передавай привет маменьке и Кате, - сказала Лидия.

– Передам, Лидочка. Скоро увидимся, - отозвалась Марина.

“Сомневаюсь”, - почему-то подумала Женя.

Марина покинула кафе. Лидия поднесла к губам чашку с чаем. Скоро она допьет его, и тогда…

Женя встала; от резкого движения легкий плетеный стул чуть не опрокинулся. Лидия почти сразу заметила ее приближение, и в голубых глазах Жениной жертвы появился испуг.

– Кто вы?

Женя улыбалась. Она тяжело дышала, но заставила себя двигаться спокойнее.

– Мое имя Евгения Прозорова. Евгения Романовна, - закончила она, отодвигая стул и медленно садясь напротив Лидии. – А вас, Лидия, как по отчеству?

– Что вам нужно? – спросила Лидия, отклоняясь назад. В глазах ее были испуг и возмущение. – Зачем вам знать мое отчество?

– Чтобы вести беседу вежливо, - с улыбкой ответила Женя.

Чем больше уверенности вытекало из Лидии, тем большею уверенностью наполнялась она.