Чтение онлайн

Анна взяла том в руки — «Травник и свойства растений». Она раскрыла книгу и увидела подробные иллюстрации: корни, цветы, листья, а рядом — расписанные заметки об их применении.

«Как он догадался?» — Анна почувствовала разливающуюся в груди благодарность.

Книга выглядела настоящим сокровищем и даже предположить было невозможно о ее стоимости.

— Она прекрасна… — прошептала она, и впервые за этот день у нее вспыхнул настоящий, живой интерес. — Есть ли в Шантосе сад?

Николь кивнула, и в ее строгих глазах промелькнуло одобрение.

— Огромный, мадемуазель. И не просто сад — там растут редкие травы со всего света. Герцог часто проводит там часы.

Анна невольно улыбнулась. Если бы не память о смертях всех жен герцога, она бы почувствовала себя счастливой.

Служанки удалились, оставив ее одну с книгой и едой. Анна отломила кусочек сыра, отпила вина — оно было сладким, с медовыми нотами — и углубилась в чтение.

Страницы «Травника» шелестели под пальцами Анны, а за окном золотистый свет медленно угасал, сменяясь сизыми сумерками. Она даже не заметила, как время пролетело — так глубоко она погрузилась в изучение свойств мандрагоры [Мандрагора — европейское название женьшеня. Прим. автора] и чертополоха.

Тихий стук в дверь заставил ее вздрогнуть.

— Мадемуазель, вас ждут к ужину, — раздался спокойный голос Николь.

Анна оторвалась от книги, сердце неожиданно сжалось. Герцог. Он там?

— Сейчас, — ответила она, стараясь, чтобы голос не дрогнул.

Дверь приоткрылась, и в комнату вошла Николь, держа в руках серебряный подсвечник.

— Слуги уберут чан, а я разберу вам постель, пока вы будете на ужине, — сказала она, внимательно глядя на Анну. — Вы… волнуетесь?

Анна сжала пальцы.

— Немного.

Николь тепло и почти по-матерински улыбнулась.

— Не бойтесь, мадемуазель. Вы прекрасно выглядите. Герцог будет доволен.

«Вот именно этого я и боюсь», — промелькнуло в голове у Анны, но она лишь кивнула.

Николь повела ее длинными коридорами, но теперь они казались иными. Вместо факелов на стенах горели странные лампы — стеклянные шары, внутри которых танцевало голубоватое пламя, ровное и бездымное.

— Что это? — Анна невольно остановилась, пораженная.

— Газовые светильники, — ответила Николь и в ее голосе прозвучала сдержанная опаска— Изобретение последних лет. Говорят, где-то под замком есть… механизмы. Но я простолюдинка, мадемуазель, мне не понять этих чудес.

Анна пристально посмотрела на пламя. Оно было холодным и неестественно ровным, без привычного живого трепета.

«Колдовство?»— мелькнула мысль, но она тут же отогнала ее.

— В Шантосе много необычного, — добавила Николь. — Но герцог не обсуждает это со слугами.

Они подошли к высоким дубовым дверям, украшенным резными узорами. Два рослых стражника безмолвно распахнули створки, и Анна замерла на пороге.

Покои герцога Де Лаваля

Зал был огромным, словно тронный чертог короля. Сводчатый потолок терялся в полумраке, а по стенам, между гобеленами с батальными сценами, мерцали те же таинственные газовые лампы, отбрасывая голубоватые блики на позолоченные подставки. Длинный стол, покрытый скатертью из тончайшего фламандского льна, ломился от яств, и на противоположном его конце, в резном кресле сидел Жиль де Лаваль.

Анна сделала шаг вперед, чувствуя бешеный ритм сердца. Когда она подняла глаза и встретила взгляд герцога, время будто остановилось.

Он не был похож на чудовище из слухов.

Анна ожидала увидеть безумие или холодную жестокость. Или, быть может, развращенную усмешку человека, привыкшего ломать жизни.

Но этот высокий мужчина с благородными чертами лица, совершенно не походил на колдуна и развратника. Его иссиня-черные волосы слегка сверкали серебристыми нитями ранней седины, а в золотисто-карих глазах горел странный, почти научный интерес. Во взгляде не оказалось ни похоти, ни угрозы. Только внимание.

Когда Анна приблизилась к столу, герцог медленно поднялся.

— Добро пожаловать в Шантосе, мадемуазель де Монсерра. Надеюсь, дорога не слишком вас утомила? — голос герцога оказался низким и бархатистым.

Анна сделала низкий реверанс.

— Благодарю вас, монсеньор. Ваш замок… поразителен.

Герцог слегка наклонил голову, и в уголках его губ дрогнула улыбка.

— Вы очень дипломатичны, мадемуазель. Мой замок и вправду может показаться… мрачным. Но надеюсь, со временем вы рассмотрите и его более приветливые стороны. И, прошу вас, не опасайтесь — здесь вам не причинят вреда.

В это Анна не была готова поверить. Герцог указал на место рядом с собой.

— Прошу. Давайте познакомимся ближе.

Герцог взглянул, как Анна устраивается на непривычно высоком для себя резном стуле.

— Вы боитесь меня, — произнес он утвердительно.

Анна в который раз ощутила бегущий по спине озноб.

— Я не знаю вас, монсеньор, — просто ответила она.

Герцог снова согласно склонил голову, и свет ламп дрогнул на его резных скулах.

— Справедливо для такой юной и неопытной девы, как вы. Но страх — плохой советчик, особенно здесь, в Шантосе.

Его длинные изящные пальцы коснулись края кубка. Анна невольно проследила за герцогом взглядом. Не руки воина. Руки ученого.

— Вы полистали мою книгу? — спросил он неожиданно.

Анна кивнула, не в силах отвести взгляд от пальцев герцога.

— Я читала ее почти весь день до ужина, монсеньор. Удивительный труд… вы знаете о растениях больше, чем я могла предположить.

В глазах герцога мелькнуло удовлетворение.

— Знания — единственная власть, которая не развращает, — произнес он негромко. — Я покажу вам позже свой сад, если желаете.

И в этот момент Анна осознала самое страшное:

Он был обаятелен.

Герцог не выглядел грубым или напыщенным. Его притягательность была тонкой, как запах яда, который сначала ощущается ароматом дорогих духов, и Анна не могла отвести взгляд. Потому что сквозь страх пробивалось любопытство, и это могло привести ее к гибели.

— Меня очень заинтересовала ваша книга. Особенно глава о мандрагоре. Я… — она запнулась, но потом решилась, — я всегда любила разбираться в травах. В Монсерра у меня был свой небольшой садик.