Чтение онлайн

По меркам городских модниц — нищая провинциалка.

Я вздохнула, надела платье, подошла к тусклому медному зеркалу и долго смотрела на свое отражение. Обычное лицо, обычные волосы, обычная девушка, каких тысячи на этом празднике.

— Ну уж нет, — сказала я своему отражению. — Я не обычная.

Я распустила волосы, взяла гребень и принялась за прическу. Пальцы сами вспомнили то, чему учила меня мать много столетий назад. Я заплела высокий пучок, оставив несколько прядей свободно ниспадать вдоль лица, и закрепила все шпилькой с жасмином, которую подарил Наставник Сяо.

Серебро мягко блеснуло в свете свечи. Жемчужины в сердцевине цветов переливались розоватым, как утренняя заря.

— Ну вот, — прошептала я, касаясь шпильки. — Теперь я почти невеста.

А потом я закрыла глаза и позволила магии тонкой струйкой пройтись по ткани.

Ничего сложного, просто легкое мерцание, будто в шелк вплели лунный свет. При каждом движении платье переливалось, отливало серебром, но не кричало о волшебстве. Только намек, маленькое обещание.

Я посмотрела в зеркало и улыбнулась. Теперь я была готова. Но не мне одной сегодня красоваться.

Дверь в комнату Лань Чжэ оказалась рядом. Я постучала тихо, боясь, что они с Суань Куном уже устроили войну за территорию.

— Кто? — раздался напряженный голос воительницы.

— Линь Юэ. Открывай.

Дверь приоткрылась ровно настолько, чтобы Лань Чжэ могла меня увидеть. Она была в том же, в чем ходила днем — простые штаны, куртка, волосы кое—как стянуты в пучок. Лицо хмурое, но в глазах мелькнуло удивление.

— Ты... — она окинула меня взглядом. — Красиво.

Я улыбнулась:

— Пустишь?

Она посторонилась, впуская меня. Явно очень этого не хотела.

В комнате царил идеальный порядок. Суань Кун поступил также, как и Вэнь Чжэнь, сбежал вниз.

— Линь Юэ, зачем пришла? Я очень устала. У нас одна-две ночи, чтобы выспаться.

Я оглядела воительницу с ног до головы, потом покачала головой.

— Так не пойдет.

— Что не пойдет?

— Ты можешь долго уверять меня, что не планируешь на праздник фонарей, Лань Чжэ, но ты на него пойдешь. Если тебе не хватает сна, прости, тебе придется потерпеть.

Лань Чжэ нахмурилась:

— Может, я и собиралась?

— В этом? — замерла я.

— А что не так? Одежда чистая и удобная.

— Лань Чжэ, — я взяла ее за руку и усадила на табурет. — Мы не на войну идем. Ты же когда-то была девочкой? Помнишь об этом?

Она замерла. В ее глазах что-то мелькнуло.

— Помню, — тихо сказала она. — Это было глупо.

— Глупо или не глупо, дай мне помочь.

Я развернула узел, который принесла с собой. Внутри лежало платье, которое Наставник Сяо отдал мне, расказывая о дочери. Это был красивый, нежнейший розовый шелк, с вышитыми серебряной нитью облаками и журавлями. Широкий пояс, расшитый мелким жемчугом. Он мечтал, чтобы его дочь такое одела. Но дочери он не имел. Потом он подарил его мне, но мне подобные одеяния не шли. Я не нежная, не розовая, не милая. А вот Лань Чжэ о себе многое не подозревала.

Лань Чжэ смотрела на это великолепие так, будто я достала живого дракона.

— Это... это мне?

— Наставник Сяо просил передать. Сказал, что такой воительнице нужно достойное одеяние. И что розовый тебе пойдет.

— Я не ношу розовое, — машинально ответила она, но взгляд не отрывала от платья.

— Сегодня наденешь.

Я распустила ее пучок. Волосы у Лань Чжэ оказались удивительно мягкими, темными, с легкой рыжинкой в глубине, видимо, от постоянного солнца. Я взяла гребень и начала заплетать. Она сидела неподвижно, напряженная, как струна.

— Расслабься, — шепнула я. — Я не кусаюсь.

— Я не привыкла, чтобы меня трогали.

— Знаю. Но сегодня праздник.

Я заплела ей высокую прическу, открывающую шею, оставив несколько прядей свободно падать на плечи. Вплела тонкую серебряную нить, которая нашлась в моих запасах. Когда я закончила, Лань Чжэ посмотрела в медное зеркало и замерла.

— Это... я?

— Ты, — улыбнулась я. — Только чуточку другая.

Я помогла ей надеть платье. Шелк лег идеально, подчеркнул сильные плечи, но добавил женственности, смягчил линии. Пояс перехватил талию. Когда Лань Чжэ встала, облака и журавли на подоле словно ожили, задвигались в свете свечей.

— Красиво, — изумилась я.— Сегодня ты всех затмишь. Пойдем. Нас ждут фонари.

У двери Лань Чжэ вдруг остановилась, взяла меня за руку. Посмотрела в глаза, в них даже не было ее обычной колючести.

— Линь Юэ, — сказала она тихо. — Я... хочу извиниться.

— За что?

— За то, как я к тебе относилась. С самого начала. За "демоницу", за "тварь", за все. Ты... ты не заслужила этого.

Я молчала, давая ей выговориться. Сжала ее ладонь.

— Лань Чжэ, я принимаю твои извинения. И этого хватит. Я так стараюсь сегодня, потому что ты мне нравишься. Не ищи в моих поступках скрытого смысла.

Она шмыгнула носом, но слезы сдержала. Только кивнула.

— Идем, — сказала я. — А то твой "муж" заскучает.

— Он не мой муж, — фыркнула Лань Чжэ, но в голосе уже слышалась улыбка.

— Сегодня-то твой.

Мы вышли в коридор, и я в последний раз оглянулась на наши двери. Даже занятно, как к нам отнесутся наши спутники.

Внизу, у лестницы, нас ждал Вэнь Чжэнь.

Он стоял, прислонившись к стене, и смотрел в сторону. Услышав шаги, поднял голову и замер.

Его взгляд скользнул по мне, по моему платью, по шпильке с жасмином в волосах. Остановился на мгновение, потом переметнулся на Лань Чжэ. И еще раз вернулся ко мне.

В его глазах было что-то, от чего у меня внутри все перевернулось.

— Вы... — начал он и замолчал, подбирая слова.

— Мы готовы, — улыбнулась я. — Веди, муж. Это же праздник. Нам столько мест нужно посетить.

Лань Чжэ фыркнула, пряча улыбку. А Вэнь Чжэнь, кажется, забыл, как дышать.

Глава 12. Линь Юэ

Мы вышли из дверей "Спящего дракона", и праздник накрыл нас с головой. Где-то вдалеке били барабаны, им вторили цитры, и вся эта какофония звуков почему-то не раздражала, а казалась единым, живым дыханием города.

Лань Чжэ шла рядом со мной, непривычно прямая в своем розовом шелке. Каждый шаг давался ей с усилием. Я замечала, как она то и дело поправляет подол, словно это не платье, а доспехи, надетые задом наперед.

— Расслабься, — шепнула я. — Ты идешь так, будто в разведку.

— Я не люблю платья, — огрызнулась она. — Так неудобно.

Вэнь Чжэнь стоял рядом, и я чувствовала его присутствие каждой клеткой. Он смотрел куда-то вдаль, на фонари, но я знала, краем глаза он следит за мной. Сложно признаться, но мне было лестно.