Чтение онлайн

Сосредоточившись на том, чтобы не дрожала рука, я вставил ключ в замок и медленно повернул его, поморщившись, когда тот звякнул.

Громкий кашель в кухне заглушил этот звук, и я, резко вскинув голову, увидел, что мать Шаннон в упор смотрит на меня.

Срань господня...

Сердце остановилось на несколько пугающих мгновений, я ждал, что она сделает.

Она кивнула.

Я колебался.

Она снова кивнула.

Не сводя с нее глаз, я медленно повернул ручку и приоткрыл дверь. Она снова громко закашляла, заглушая скрип петель, когда я толкнул Тайга и Олли в узкий проход.

С Шоном на руках я уже повернулся, чтобы выйти, но оглянулся на нее, тревожно застыв на пороге.

— Уходи! — одними губами произнесла она, глядя мне прямо в глаза. — Скорее!

— А как же вы? — тоже одними губами спросил я, буквально разрываясь от сомнений.

— Я с тобой выпью, — спокойно произнесла миссис Линч, глядя на меня. — Прощальная выпивка.

— Умница, — пробормотал ее муж, едва держась на стуле.

— Только закрою дверь, — добавила она. — Мы же не хотим их разбудить.

— Точно, — согласился он, кивая. — Пусть лучше будут в это время спать.

Встав, миссис Линч не спеша подошла к кухонной двери; на ее лице ничего не отражалось, она смотрела мне в глаза.

— Выведи их, — медленно выговорила она одними губами. — Забери их отсюда.

Ошеломленный и растерянный, я стоял в дверях с ее ребенком на руках.

— Идемте со мной, — беззвучно попросил я, побуждая ее просто сбежать. — Идемте!

Она покачала головой:

— Нет.

— Почему?

— Просто уходи.

— Я не могу!

— Уходи скорее!

— Я вернусь за вами. — Ничего не понимая, я нервно вздохнул. — Обещаю.

— Не возвращайся. — Она качнула головой. — Просто спаси моих детей. — Ее взгляд скользнул к Шону, уткнувшемуся мне в шею, и по ее щеке сползла слеза. — Передай им, что я прошу прощения, — все так же беззвучно сказала она и закрыла дверь на кухню.

Молча повернувшись и все так же прижимая к себе младшего мальчика, я осторожно вышел из дома, тихо закрыл за собой дверь и побежал к машине.

65

ОХ, ДЕРЬМО

ШАННОН

Похолодев до костей, я сидела в «ауди» Джонни, его рука на моей, а трое моих младших братьев устроились сзади. Мальчики были босыми, в пижамах, и Джонни включил обогреватель на всю мощность, чтобы они не замерзли.

— Как насчет этого, ребята? — спросил он, включая песню «Why Don’t You Get а Job» группы The Offspring. И поставил одну за другой все откровенные песни с диска Гибси, пока мы уезжали из Элк-Террас. И чем больше ругательств было в песне, тем тише становились рыдания моих братьев, и наконец всхлипы превратились в смех. Джонни старался их отвлечь, и это сработало. Распевая во все горло, он дергал головой как ненормальный, поощряя мальчиков ругаться и петь вместе с ним.

К тому времени, когда очередь дошла до Эминема с его «Just Lose It» и Джонни стал изображать энергичный рэп, даже Шон уже хихикал. Его мокрые от слез щеки растянулись в широкой улыбке, он восхищенно таращился на моего парня.

— Ты уж лучше держись за регби, — хихикнул Тайг. — Рэпер из тебя ужасный, чел.

— Рэпер из тебя ужасный, чел, — передразнил его Джонни, изображая выговор графства Корк и повышая голос на пару октав. — По крайней мере, когда я говорю, не кажется, что я пою.

— Да, — усмехнулся Тайг. — Потому что поешь ты дерьмово.

— Тайг... — Я тяжело вздохнула. — Не ругайся.

— А он сказал, что можно, — возразил Тайг, показывая на затылок Джонни.

— Это потому, что у него смешной выговор, — засмеялся Олли. — Он говорит «дюрьмо» вместо «дерьмо».

— Олли! — выбранила его я. — Не надо так говорить!

— Но это правда! — не согласился со мной Олли. — Джонни, произнеси «дерьмо», покажи ей!

— Не надо, Джонни, — предупредила я.

— Дюрьмо, — отчетливо повторил Шон с заднего сиденья.

Олли и Тайг покатились от смеха.

— Ох, дюрьмо, — пробормотал Джонни, весело подмигивая мне.

— Дюрьмо, — повторил Шон, хлопая в ладоши. — Дюрьмо.

— Конечно, — простонала я. — Именно это слово он повторяет.

— Но это свобода только на одну ночь, ребята, — провозгласил Джонни. — И вам лучше не ругаться в присутствии взрослых.

— А что с мамой? — тут же спросил Тайг.

Джонни мгновенно ответил, не запнувшись:

— Я говорил с вашей мамой перед тем, как уехать. Она сказала, что вы можете переночевать у меня.

Олли вытаращил глаза:

— Она так сказала?

Джонни кивнул, но я заметила, как задрожала его рука — и как он попытался с ней совладать. Он лгал.

— Так что все в порядке, ребята, — добавил он, въезжая в открытые ворота своих владений. — Считайте это приключением.

— Мне нравятся приключения, — согласился Олли.

Когда мы подъехали к дому, во всех окнах горел свет и здание выглядело еще внушительнее, чем днем. Стараясь, насколько возможно, успокоиться, я принялась считать окна (получилось восемнадцать на фасаде), а потом стала гадать, сколько раз в месяц миссис Кавана вызывает мойщиков. Все окна выглядели идеально чистыми и сияющими.

Как только Джонни заглушил мотор, парадная дверь открылась и наружу выбежала его мать, в халате, с вытаращенными глазами и с безумным видом.

— Куда ты ездил? — требовательно спросила она, прижимая руку к груди. — Мы тебе звонили!

— Ох, дерьмо, — пробормотал Джонни, отстегивая ремень безопасности. — Вы подождите здесь секунду... я ее успокою. — Выйдя из машины, он быстро подошел к матери, погладил ее по спине, когда она обняла его. — Со мной все в порядке, мам... лучше не бывает, я просто оставил телефон в машине.

— Я не понимала, что происходит, — выдохнула она, не отпуская сына. — Я слышала, как взвизгнули шины, заглянула в твою комнату — а тебя не было! — Качая головой, она подняла руки, обхватила ладонями его лицо. — Ты не можешь вот так со мной поступать, Джонни. — Повернувшись к дому, она крикнула: — Джон, все в порядке. Позвони еще раз Сайв, милый. Скажи ей, чтобы Джерард больше его не искал. Он дома!

Потянувшись через сиденья, я нажала кнопку на дверце водителя, подняв стекло, — я не хотела, чтобы братья услышали их разговор.