Чтение онлайн

Осознав это, я застонала. И сидящая напротив меня дама испуганно спросила, нее нужна ли мне помощь.

Я решила, что сообщу родным о том, что меня вызвали в суд, на следующее утро. К чему было расстраивать их на ночь? Но когда карета подвезла меня к дому, и Лозены вышли встречать меня на крыльцо, я поняла по их лицам, что они уже всё знали и без меня.

В глазах барона я увидела гнев, матушка то и дело подносила к носу флакончик с нюхательной солью, а губы Барбары были обиженно поджаты.

Мы вошли в дом, и отец прорычал:

— Ты хоть понимаешь, что ты наделала?

Но я так устала в дороге, что мне хотелось поскорей добраться до кровати и хоть немного поспать.

— Простите, папенька, но я считаю, что поступила правильно. Это был единственный способ вытащить Мансфилд из долговой ямы. И он вполне мог сработать, если бы вокруг не было злобных и завистливых людей. И если вы не против, то давайте поговорим об этом утром.

Барон, кажется, оторопел от моей наглости, потому что стоял напротив меня и беззвучно открывал и закрывал рот. Я воспользовалась этим, чтобы скрыться в своей комнате. И как ни странно, но в этот вечер меня уже никто не побеспокоил.

А утром я проснулась раньше остальных. Я привыкла в Мансфилде вставать с рассветом. Так что я попросила горничную принести завтрак мне в комнату. А поев и приведя себя в порядок, я решила поговорить с секретарем суда.

Да, было довольно рано, но я решила, что простые служащие в это время уже наверняка начинают работу. Я отправилась на конюшню и велела заложить экипаж. Я надеялась, что успею выехать в город до того, как барон проснется. И когда мы выехали за пределы поместья, я вздохнула с облегчением.

Здание суда находилось на Ратушной площади. Это было одно из самых старых и монументальных строений Ридинга. Я попросила кучера остановиться чуть поодаль. Мне нужно было собраться с мыслями и набраться храбрости для разговора.

Через пять минут я уже намеревалась выйти из кареты, как вдруг увидела в окно, что по ступеням крыльца нужно мне здания спускался не кто иной, как барон Колдуэлл. Я тут же сжала кулаки.

Сейчас я скажу этому мерзавцу всё, что я о нём думаю!

Но я сдержала свой порыв. Если я устрою скандал прямо перед зданием суда, это только осложнит мое положение. Судье уж точно это не понравится, и при вынесении решения он сознательно или подсознательно это учтет.

Да и совсем ни к чему, чтобы сам барон знал о моем воинственном настрое. Он наверняка думает, что полученная мною повестка привела меня в ужас, и я сейчас реву в своей спальне. Ведь барышням непривычно участвовать в таких мероприятиях, как заседание суда.

Так что я дождалась, пока Колдуэлл скрылся из вида, и только тогда вышла из экипажа и направилась к зданию суда.

Внутри было людно и шумно, и я сначала растерялась, не зная, куда идти и к кому обратиться. Но потом заглянула в первый же попавшийся кабинет и у сидевшего там клерка получила на все свои вопросы один ответ — что до заседания я ничего не смогу узнать. Никакие детали сторонам дела заблаговременно не сообщаются.

— Могу посоветовать вам лишь одно, мадемуазель — не вздумайте опоздать на заседание. Господин судья очень этого не любит. А еще — наймите хорошего адвоката.

Я поблагодарила его и вышла на улицу растерянная и разочарованная. Из двух этих советов воспользоваться я могла только первым. На адвоката денег у меня не было. Да и никакой адвокат не смог бы черное сделать белым. Нарушение закона было настолько очевидным, что было бы бессмысленно его отрицать.

Поэтому я решила сделать ставку на то, что мне удастся убедить суд в том, что это нарушение было вызвано весьма серьезными причинами. Целая провинция, прежде обеспечивавшая зерном всю страну, оказалась на грани разорения. А Иллария вынуждена была закупать пшеницу и рожь за границей. Так что я всего лишь хотела помочь родной стране в вопросе обеспечения продовольственной безопасности.

Но я понимала, что этот план с большой долей вероятности не сработает. Судья будет руководствоваться исключительно законом и всё равно признает меня виновной. Но если мне удастся вызвать у него сочувствие, быть может, при выборе наказания он проявит снисхождение и не станет лишать меня Мансфилда, а ограничится штрафом.

К тому же в нужный момент я собиралась вынуть из рукава козырь. Я выдвину против Колдуэлла встречное обвинение! Он же точно так же нарушил закон! И отбирать землю у меня и передавать ее другому нарушителю будет глупо. И это тоже наверняка склонит судью к выбору штрафа.

Да, то, что мне придется заплатить в казну крупную сумму, тоже было весьма неприятно. Но это было лучше, чем лишиться Мансфилда.

Когда я вернулась домой, родные уже ожидали меня в гостиной. И стоило мне войти, как они набросились на меня с упреками.

— Никогда еще Лозены не обвинялись в нарушении закона публично! — рычал папенька. — Это бросает тень не только на тебя саму, но и на твоего брата! Ты должна была вести себя благоразумно!

— Тебе следовало посоветоваться с нами, дорогая! — вздыхала матушка. — Мы, женщины, не должны принимать такие серьезные решения самостоятельно.

— Боюсь, Даниэла, теперь тебе уже нельзя рассчитывать на хорошую партию, — вторила ей тетушка. — Девицу со скандальной репутацией никто не захочет видеть своей женой.

Мне пришлось запереться в своей комнате, чтобы эти разговоры не свели меня с ума еще до заседания суда. Но они продолжились и на следующее утро.

— Ты должна признать свою вину, Дани, и воззвать к милосердию господина судьи! — сказала Барбара.

— Именно так! — поддержал ее барон. — И я сделаю заявление, что всё то, что ты сделала, ты сделала по своей девичьей неразумности, будучи в расстроенных чувствах из-за разрыва помолвки с графо Ла-Гийоном.

— Не вздумайте этого делать, папенька! — воскликнула я. — Я уже продумала линию защиты, и ваше вмешательство может всё испортить!

Он посмотрел на меня, нахмурившись, но ничего не сказал. А вот тетушка промолчать не смогла.

— А я вам говорила! — она перевела взгляд с сестры на зятя. — Не нужно было вовсе отправлять Даниэлу в Сорону! Девицам вполне достаточно домашнего образования, а все эти академии идут им только во вред!

Наверняка теперь Лозены были с ней в этом согласны. Я же только фыркнула в ответ на ее слова и удалилась к себе, чтобы еще раз повторить ту речь, которую я намеревалась сказать в зале суда.