Чтение онлайн

Я кивнула, мол, всё нормально, и нахмурилась, пытаясь вспомнить и понять, что именно я чувствовала.

– Мне кажется отдельные, – спустя несколько секунд ответила я. – Как корни дерева, но…

– Как корни дерева? – в свою очередь нахмурившись, переспросил ученый. – То есть, корневая система глубоко уходит в почву?

Я снова задумалась, вспоминая ощущения, но в конце концов неопределенно пожала плечами и развела руками.

– Не знаю.

– Вы начали говорить «но»? – напомнил Грейв.

Я смущенно улыбнулась.

– Я хотела добавить, что хотя корни вроде как отдельно были, они словно бы общались между собой, но я не уверена, что мне это не показалось.

– Нет, вам не показалось, – отрицательно покачал головой. – Я потому и обратил внимание на ваше «но». Не сообщающиеся между собой организмы не способны действовать столь слаженно.

– Грибница! – выдохнул Вейлан с таким благоговением, с каким, наверное, верующие произносят имена своих богов. – Микоризная сеть в качестве нервной системы колонии. Это… это…

– Чудовищно? – подсказал Тарвин.

– Чудовищно гениально, – поправил ученый. – Вы просто не понимаете что такое четырехкомпонентная химера! Стабильная самоподдерживающаяся, самовоспроизводящаяся четырехкомпонентная химера! Точнее, даже не химера, а система химер! Это… – он запнулся, очевидно не в силах подобрать одновременно и достойных, и достаточно нейтральных слов, – да, это чудовищно! Но и… – он сокрушенно покачал головой, – вы просто не понимаете… Просто не по-ни-ма-ете!

– Зато мы понимаем, – негромко, но веско произнёс Дэмиан Эйрхарт – в голосе его, несмотря на слабость, звякнула сталь, заставившая ученого, судя по тому как изменился его взгляд, мгновенно забыть о гениальности химеры и сосредоточиться на её чудовищности, – что кто-то эту систему химер собрал по кусочкам и синтезировал в единый организм. Кто-то её вырастил. И кто-то за ней присматривает. – Он сделал паузу, давая словам повиснуть в воздухе. – И сделал всё это этот кто-то явно не из научного интереса.

– Именно, – скрестив руки на груди, кивнула Делия. – Контролируемая плантация хищных, кем-то специально созданных, химер глубоко в горах, да ещё и с вооружённой охраной… За этим, во-первых, стоят большие деньги и долгие годы в закрытой, хорошо оборудованной лаборатории. Во-вторых, огромное влияние и связи, которые обеспечили этому кому-то доступ к ресурсам – к редким и запрещенным ингредиентам, к таким же редким и запрещенным трактатам по химерологии и прочим наукам, которых, насколько я понимаю, нет в свободной продаже… – она вопросительно посмотрела на Вейлана.

С лица которого после этих слов окончательно схлынул научный восторг, сменившись тревожной мрачностью.

Он отрицательно покачал головой. Мол, нет, конечно же, всего этого нет в свободной продаже.

– Как по мне, то вложенные усилия и затраченные средства говорят лишь об одном…

– Это оружие, – не дослушав её, констатировал Тарвин. – Хотя и довольно странное… – он на миг задумался, отведя взгляд в сторону, вслед за чем вновь перевел взгляд на коллег и высказал предположение: – Или… может… это испытательный полигон?

Все присутствующие переглянулись и пожали плечами, кроме Грейва – он, наоборот, глубоко задумался и нахмурился.

– Как вариант, – часто, закивав как болванчик, озвучил общее мнение Рорик.

– Н-да, – согласился с ним Грейв и вдруг глаза его распахнулись. – Погодите…

Похоже, что зацепившаяся за слово «испытательный полигон» мысль, которая вертелась на краю его сознания последние несколько минут, оформилась.

Он повернулся к Дэмиану Эйрхарту.

– Шеф, – медленно проговорил он, – ещё до того, как всё завертелось. Ты что-то почувствовал, помнишь? Ты ещё сказал, что у тебя, словно бы чувство дежавю. И я тоже это почувствовал. Через тебя… твои чувства, я имею в виду. Ты и в самом деле испытал чувство дежавю. И также ты испытал инстинктивный страх. Ты мгновенно подавил его, но я почувствовал, как ты содрогнулся. Что это было? Точнее, о чем ты в тот момент вспомнил? Что тебя насторожило настолько, что по твоему позвоночнику пробежал холодок?

Восемь пар глаз обратились к задумчиво нахмурившемуся «шефу.

– Нет, – отрицательно покачал он головой. – Я не вспомнил. Это было… – Он замолчал. Потом заговорил снова, и каждое слово давалось ему с видимым усилием – как будто он не говорил, а выдирал из себя что-то острое и ржавое. – Просто ощущение… Такое же как… – Он снова замолчал, уставившись прямо перед собой. Лицо его было спокойным – тем особенным, страшным спокойствием человека, который держит себя в руках ценой такого усилия, что дрожат не мышцы, а воздух вокруг. – Как в ту ночь.

Последняя фраза упала как камень в колодец и наступила… тишина. Тяжелая. Душная. Давящая. Делия, судорожно вздохнув, прижала к губам ладонь. Разминавший кулаки Тарвин уронил руки на колени. Грейв и Торн отвели взгляд в сторону. Сова облизала губы и судорожно сглотнула.

Я и мальчишки, разумеется, ничего не знали о той ночи, но ни мне, ни им даже в голову не пришло попросить просветить и нас. И без слов было ясно, что в ту ночь произошло что-то страшное.

Минуту молчания первой прервала Делия.

– Это могли быть эти же твари? – кивнув на плантацию, перевела она взгляд на Вейлана.

Последний сначала часто заморгал, затем уставился на неё так, словно она спросила, не могла ли вчерашняя гроза быть вызвана чиханием козы.

– Что? – он даже слегка отшатнулся. – С чего вы вообще… – Он снял очки и принялся нервно протирать их, глядя куда-то в свои ментальные таблицы и схемы.

– С того! – огрызнулась Делия. – Думай, Аркан! Думай!

Она не повысила голос и в её тоне не было угрожающих ноток – только усталость и раздражение, но Вейлан вдруг словно стал меньше ростом. Он сутулился, вжал голову в плечи, торопливо водрузил очки обратно на переносицу – пальцы его при этом заметно подрагивали – и заговорил. Быстро, сбивчиво, как человек, который либо боится говорящего, либо… по уши, до не помню и не контролирую себя, влюблен.

Определенно влюблен и определённо безнадежно, или думает, что безнадежно, подумала я, вспомнив как скрипел зубами, рычал и изображал «когти» всемогущий единственный и неповторимый Карающий клинок самого Императора, а Вейлан лишь играл в испуг, отшучивался и намеренно растягивал удовольствие.

– Я… я не могу сказать, – Он вскинул ладони, словно выставляя щит между собой и её раздражением. – В ту ночь мы столкнулись с последствиями, а не с самим источником… Мы прибыли на место спустя почти пять часов. Почти пять часов! И от тел ничего не осталось. Совсем ничего! – Он сделал ударение на последних двух словах, словно бы говоря – и вот как? Как, по-вашему, при таких вводных данных, я могу что-то утверждать? – Магический фон был искажён. Датчики зафиксировали лишь остаточный всплеск некротики – смерть, холод, разложение… короче, полный спектр маркеров некротического воздействия. – Он снова снял очки, покрутил их в руках, надел. – Там просто не с чем было работать. Просто земля. Ощущение было такое, что ребят либо земля поглотила, либо они… – скривившись и закусив нижнюю губу, он щёлкнул пальцами обеими рук – …просто испарились. – Он нервно облизнул губы и бросил быстрый, почти умоляющий взгляд на Делию. – Ты же помнишь мой отчёт? И отчёт Совы? Там не с чем было работать! Поэтому, я не могу… просто не могу… у меня просто нет данных связать это с чем-то подобным, – он мотнул головой в сторону плантации.