Чтение онлайн

– - Я знала, что вы будете добры во мн?, проговорила лэди Гленкора. Говорите, что хотите, я все выслушаю отъ васъ. Но мн? невыносимымъ казалось умалчивать о настоящей причин?, почему я не была у васъ въ Лондон?. Теперь вы будете ко мн? ?здить, не такъ ли, милая?

– - Конечно, а вы ко мн? прі?дете? отв?чала Алиса, давая такимъ образомъ зам?тить, что она не желала бы быть принятой въ дом? мистера Паллизера на той же ног?, на какой хот?ла было принимать ее лэди Мидлотіанъ. Но тотчасъ же она почувствовала, что такого рода предосторожность недостойна ея и не великодушна.-- Но я во всякомъ случа? готова у васъ бывать, хотя бы вы ко мн? и не прі?хали, добавила она.

– - Конечно я буду къ вамъ ?здить, сказала лэди Гленкора. Но вы знаете, что я хот?ла сказать. У насъ будутъ даваться об?ды и вечера, и домъ будетъ полонъ гостей.

– - А у насъ этого ничего не будетъ, отв?чала Алиса улыбаясь.

– - Извиненіемъ больше для васъ ?здить ко мн?, или лучше, причиной больше, потому что я не хочу никакихъ извиненій. Какъ легко у меня сд?лалось на душ?, когда я все разсказала вамъ! Я просто боялась встр?чи съ вами въ Лондон?. У меня не достало бы духу тогда взглянуть вамъ въ глаза; теперь это чувство миновалось.-- И она улыбнулась и поц?луемъ отплатила Алис? за полученный отъ нея поц?луй.

Страннымъ было вид?ть ее, стоящую передъ каминомъ во всей пышности вечерняго наряда, но съ закинутыми за уши кудрями и съ глазами красными отъ слезъ; казалось, что вся эта роскошь, даже сд?лавшись ненужною, все еще лежитъ на ней тяжелымъ гнетомъ.

– - А каково! ужь первый часъ въ исход?. Покойной вамъ ночи, милочка. Не знаю, пришелъ ли онъ на верхъ; но въ такомъ случа? я разслышала бы его шаги; поступь у него такая тяжелая. Онъ р?дко кончаетъ работу раньше часа, а порою сидитъ и до трехъ. Это его единственная страсть. Прощайте, Господь съ вами. Мн? еще много, много нужно вамъ разсказать; и вы тоже, Алиса, нав?рное разскажете мн? что нибудь про себя, не такъ ли, милая? И не дожидаясь отв?та, лэди Гленкора вышла, оставивъ Алису въ какомъ-то чаду. Она едва могла пов?рить, что все слышанное и вид?нное ею произошло въ такой короткій промежутокъ времени. В?дь не дал?е, какъ сегодня утромъ она вы?хала изъ улицы королевы Анны!

ГЛАВА XXII.

ТРИ ПОЛИТИЧЕСКИХЪ Д?ЯТЕЛЯ.

Мистеръ Паллизеръ былъ изъ числа т?хъ политическихъ д?ятелей, которыми Англія по праву можетъ гордиться, и совокупныя усилія которыхъ, обусловливая стройное сліяніе консерватизма и прогрессивности, служатъ основаніемъ ея величія въ настоящемъ и ручательствомъ безопасности въ будущемъ. Паллизеръ обладалъ т?мъ терп?ніемъ, котораго требуетъ изученіе государственной науки и тою степенью таланта, которая д?лаетъ подобное изученіе не безплоднымъ. Окруженный вс?ми соблазнами богатства и высокаго общественнаго положенія, онъ работалъ съ неутомимою энергіею молодаго б?дняка-юриста, который работаетъ изъ за крова и хл?ба для своей безприданной нев?сты. Онъ не обладалъ блестящими способностями и сознавалъ это. Но въ палат? общинъ его слушали, какъ добросов?стнаго труженика, не брезгавшаго въ д?л? собиранія фактовъ никакимъ кропотливымъ трудомъ и достойнаго полнаго дов?рія и вниманія, не смотря на то, что онъ излагаіъ свои труды слишкомъ сухо и скучно. А скучноватъ онъ былъ безспорно; но онъ гордился этимъ свойствомъ, соединеннымъ съ н?которымъ ум?ньемъ подчинять себ? слушающихъ. Въ р?чахъ своихъ онъ никогда не дозволялъ себ? ни мал?йшей шутки и строго изб?галъ всякихъ реторическихъ прикрасъ. Онъ былъ того мн?нія, что ораторское искусство, какъ искусство, есть преступленіе противъ той политической серьезности, которою онъ руководствовался во всей своей д?ятельности.

Если онъ былъ скученъ, какъ государственный челов?къ, то онъ былъ еще скучн?е въ частной жизни. Понятно, что такая женщина, какъ его жена, не могла быть съ нимъ счастлива. Бракъ ихъ, разсматриваемый съ чисто практической точки зр?нія, былъ вполн? удачною операціею; удаченъ онъ былъ и въ другомъ смысл?, если принять въ соображеніе т? опасности, отъ которыхъ онъ оградилъ какъ леди Гленкору, такъ и самого мистера Паллизера. Что касается лэди Гленкоры, то читателю уже изв?стно, какъ она чуть не бросилась вм?ст? съ своимъ богатствомъ въ объятія молодаго челов?ка, усп?вшаго составить себ? репутацію развратника и мота. Близкіе ея посп?шили предупредить это зло, и выдали ее за челов?ка, вполн? надежнаго и им?вшаго впереди блестящую будущность. Что же касается мистера Паллизера, то опасностъ грозила ему со стороны одной замужней женщины, которая усп?ла внушить ему мимолетную привязанность, но которая впрочемъ была слишкомъ благоразумна, чтобы благосклонно принимать не слишкомъ-то страстныя ув?ренія въ любви. Какъ бы то ни было, дядя его перетревожился и т?мъ съ большимъ одобреніемъ отнесся къ отличной партіи, сд?ланной его племянникомъ.

Самого мистера Паллизера вполн? удовлетворяла и семейная его жизнь, и жена, которой онъ себ? не выбиралъ. Чтобы занять то положеніе, къ которому онъ стремился, ему нужно было большое богатство. Собственное его состояніе до женитьбы было уже учень велико, но, для достиженія своихъ ц?лей, онъ нуждался въ колоссальныхъ средствахъ, которыя позволяли бы ему сорить деньгами на-право и на-л?во и распространяли бы слухъ о его богатствахъ въ самые отдаленные пред?лы королевства; только такія средства могли упрочить за нимъ то несокрушимо твердое положеніе, которое необходимо для гоcударственнаго челов?ка въ нашемъ аристократическомъ государств?. Личность его жены тоже вполн? удовлетворяла его. Вообще онъ не былъ слишкомъ ревностнымъ поклонникомъ женской красоты, хотя онъ разъ и забылся до того, что пожелалъ жену ближняго своего. Но самое желаніе это было такого рода, что онъ, пожалуй, остался доволенъ его неосуществленіемъ. Въ то утро, когда онъ былъ отвергнутъ предметомъ своей страсти, онъ пор?шилъ съ самимъ собою, что хорошо, что онъ выпутался изъ этой непріятной исторіи. Онъ женился на лэди Гленкор? и чувствовалъ себя совершенно довольнымъ. Онъ зналъ о ея отношеніяхъ къ Борго Фицджеральду и былъ того мн?нія, что н?тъ д?вушки, у которой не бывало бы передъ свадьбой романа подобнаго рода. Когда она сказала ему со всею выразительностію, какую только могла придать своему голосу: вы должны знать, что я д?йствительно любила его,-- онъ отв?тилъ ей, улыбаясь: -- а теперь вы должны любить меня;-- и т?мъ д?ло докончилось. Онъ былъ вполн? уб?жденъ, что въ семейной его жизни все обстоитъ благополучно. Онъ предоставилъ ей почти неограниченную свободу распоряжаться своими деньгами и р?дко вм?шивался въ ея д?ла. Порою только онъ д?лалъ ей зам?чанія, по поводу т?хъ ребяческихъ выходокъ, которыя нарушали скучную чинность, приличествовавшую его положенію; и тогда голосъ его принималъ, безъ его воли и в?дома, строгую интонацію. Но вообще онъ былъ доволенъ своею женою и любилъ ее, какъ ему казалось, отъ всего сердца, по крайней м?р?, бол?е, ч?мъ кого либо другаго. Одна только забота омрачала его существованіе: онъ было над?ялся въ скоромъ времени узнать, что жена родитъ ему ребенка, но надежда эта пока не сбывалась. Впрочемъ, бракъ ихъ былъ еще слишкомъ недавній, чтобы считать эту надежду погибшей, и забота не усп?ла еще сд?латься печалью.

Но этотъ бракъ, благоразумный во вс?хъ отношеніяхъ, не удовлетворялъ молодую жену въ той степени, въ какой онъ удовлетворялъ мужа. Быть можетъ, она и смогла бы забыть свою первую любовь, если бы новый ея властелинъ выказывалъ въ обращеніи съ ней больше н?жности. Сердце лэди Гленкоры врядъ ли было создано изъ того твердаго металла, который упорно хранитъ сл?ды того, что разъ на немъ отпечатл?лось; но такъ же, какъ и всякое другое сердце, оно требовало пищи. Любовь и ласки были необходимымъ условіемъ ея счастья. Ей нужны были вс? эти маленькія, ежедневныя доказательства въ томъ, что она любима; взглядъ, брошенный мелькомъ и выражающій даже и не любовь, а взаимное пониманіе, какой нибудь шутки, случайный поц?луй, полупритворное участіе въ ея маленькихъ интересахъ, пожатіе руки, даже маленькая любовная ссора. Но мистеръ Паллизеръ ничего не смыслилъ во вс?хъ этихъ тонкостяхъ, а потому образъ Борго Фицджеральда все пл?нительн?е рисовался въ ея воображеніи.

Но все это не м?шало мистеру Паллизеру сознавать себя счастливымъ челов?комъ. Быть можетъ, ему на роду было написано пережить великое домашнее горе, но онъ былъ не изъ т?хъ людей, которыхъ могутъ подавить семейныя невзгоды. Потерять вліяніе въ сред? своей партіи было для него гораздо худшимъ ударомъ, ч?мъ потерять жену; пораженіе на политической арен? было ему страшн?е семейнаго позора.

Кругомъ его поговаривали, что вскор? должны осуществиться самыя задушевныя его желанія. Ему уже случалось занимать второстепенныя государственныя должности, но еще ни разу онъ не былъ членомъ кабинета. Работалъ онъ на своемъ в?ку гораздо бол?е, ч?мъ обыкновенно работаютъ министры, но до сихъ поръ труды его не получали соотв?тствующей награды. Им?ть голосъ въ р?шеніи судебъ народовъ, быть изв?стнымъ своимъ согражданамъ за одного изъ ихъ д?йствительныхъ вождей, вотъ къ чему стремились его честолюбивыя мечты. И точно, начинало казаться, что он? близки къ осуществленію. Было почти оффиціально изв?стно, что старый канцлеръ казначейства выйдетъ изъ кабинета и что мистеръ Паллизеръ займетъ его м?сто. При такихъ обстоятельствахъ онъ могъ помириться съ маленькимъ обыденнымъ несчастіемъ им?ть мену, которая предпочитала ему другого.

Пос?щеніе Мэтчинга герцогомъ Сентъ-Бонгэй казалось в?рнымъ предзнаменованіемъ приближающагося величія мистера Паллизера. Герцогъ былъ государственный челов?къ другаго закала, но совершившій тоже блистательную аристократическую карьеру. Много л?тъ сподрядъ исполнялъ онъ должность министра, и такъ же освоился съ своимъ м?стомъ въ кабинет?, какъ другіе съ своимъ кресломъ у домашняго очага. Но труженикомъ онъ никогда не бывалъ. Поговаривали въ св?т?, что онъ могъ бы сд?латься первымъ министромъ, если бы самъ ее изб?галъ этой хлопотливой должности. За то во многихъ газетахъ намекали, что очень высоко стоящія особы удостоивали сов?товаться съ нимъ въ д?л? назначенія первыхъ министровъ. Онъ почему-то считался надежн?йшимъ оплотомъ либеральной партіи, хотя и очень немногое было изв?стно изъ его кабинетной д?ятельности. Вс? занимаемыя имъ должности были такого рода, что съ ними не было сопряжено особенно утомительныхъ обязанностей. При ожесточенныхъ преніяхъ онъ никогда не выступалъ ораторомъ оппозиціи. Парламентскія его р?чи отличались краткостью и легкимъ пріятнымъ отт?нкомъ безобидной ироніи. За то онъ постоянно являлся воплощеніемъ здраваго смысла. Онъ никогда не терялъ обычной ровности своего характера, никогда не д?лалъ промаховъ. Онъ никогда не горячился, но никогда и не охлаждался въ пресл?дованьи своихъ ц?лей. Въ политик? онъ никогда не д?йствовалъ очертя голову, но никогда и не роб?лъ. Онъ былъ кавалеромъ ордена подвязки и лордомъ нам?стникомъ своего графства. Ему было шестьдесятъ два года отъ роду, а между т?мъ пищевареніе сохранилось у него отличное и им?ніе было въ превосходномъ порядк?. Онъ любилъ покупать картины, въ которыхъ врядъ ли зналъ толкъ, и книги, которыхъ положительно не читалъ. Онъ пользовался всеобщимъ уваженіемъ, и это уваженіе было ему такъ же нужно, какъ воздухъ, которымъ онъ дышалъ.

Но даже у этого баловня судьбы была своя серьезная кручина, хотя и не слишкомъ удручающаго свойства. Герцогъ находился въ постоянномъ страх? за свою жену. Да не подумаетъ читатель, чтобы онъ опасался козней какого нибудь Борго Фицджеральда. Н?тъ, герцогиня всегда была образцомъ приличія въ этомъ отношеніи; никогда злословіе не см?ло касаться ея имени. Нельзя было тоже упрекнуть ее въ расточительности или страсти къ игр?, или въ какихъ бы то ни было предосудительныхъ наклонностяхъ. Она просто-на-просто была глупа, и всл?дствіе этого находилась въ постоянномъ страх? сд?латься предметомъ чьихъ нибудь насм?шекъ. Въ несчастіяхъ подобнаго рода она постоянно обращалась съ жалобами, подчасъ очень гн?вными, къ дорогому своему герцогу и защитнику, а дорогой ея герцогъ положительно не зналъ, какъ ему съ нею быть и какъ ее защищать. Не прилично было ему, кавалеру ордена подвязки и герцогу Сентъ-Бонгэй, просить какую нибудь мистрисъ Конуэй-Спарксъ сжалиться надъ его простушкой женой; и въ то же время не обращаться же ему было по этому поводу съ формальною жалобою къ хозяину и хозяйк? дома.-- Милая, если теб? зд?сь не хорошо, мы можемъ у?хать, сказалъ онъ ей поздно вечеромъ того дня, о которомъ была р?чь въ предыдущей глав?.-- Н?тъ, отв?чала она; у?зжать я не хочу. Я об?щалась пробыть зд?сь до половины декабря, и въ Лонгройстон? ничего не будетъ готово раньше этого времени. Но я думаю, что есть же средство заставить эту женщину молчать.-- И она съ ужасающимъ удареніемъ произнесла слово "женщина".

Герцогъ не зналъ никакого средства заставить замолчать мистрисъ Конуэй-Спарксъ. Основнымъ принципомъ всей его жизни было никогда ни на кого не сердиться.-- Мн? кажется теб? всего лучше будетъ не обращать на нее никакого вниманія, сказалъ онъ жен?.

– - Это такъ легко сказать, герцогъ, отв?чала жена: но живя съ ней подъ одной кровлей, я безпрестанно встр?чаюсь съ нею и не желаю быть посм?шищемъ. Мн? кажется, что лэди Гленкор? не м?шало бы указать ей на ея м?сто.

– - Милая, лэди Гленкора еще такъ молода.