Чтение онлайн

«Так Митя ради этого хотел выиграть? – удивилась Соня. – Так странно потратил желание. Видимо, не знал, что, если Полине что-то запретить, она сделает ровно наоборот».

– А этот твой новый знакомый, как его зовут? Чем он занимается?

– Его зовут Владимир, и он совершенно ошеломительный, я таких ещё не встречала. Он купил мою картину, и я была у него в студии. Потрясающее место, такая энергетика. Он абсолютно одержимый. В хорошем смысле, конечно. С богатой фантазией. Не падает мне в ноги и не носится как с хрустальной вазой.

– Он, видимо, тебе очень нравится.

– Не то слово, подруга.

– А вы целовались?

– Ох, Соня, какая же ты всё-таки маленькая… Держи. – Полина протянула почти пустую бутылку. – Тебе самой-то нравится кто-нибудь?

– Возможно, – уклончиво ответила Соня и глотнула шампанского.

– Главное – замуж не торопись. Иначе однажды проснёшься и обнаружишь себя толстой, старой и с тремя детьми.

– И с таким же толстым мужем…

– Ага, вроде Башмакова. Ему двадцать два, а он уже пожилой. Вот от таких точно надо держаться подальше. Ладно, давай спать уже.

– Спокойной ночи, Лина.

– Спокойной ночи.

«Это всё тёти Сашины дамские романы виноваты, – подумала Соня, засыпая. – Начиталась про любовь, теперь лезет в голову всякая романтика. А этот Владимир, наверное, очень красивый, раз Полина в него влюбилась».

Софья мысленно попыталась представить себе мужчину мечты, который бы мог так вскружить голову сумасбродной подруге. Но вместо него почему-то упорно появлялся Митя с расстёгнутой рубашке, который раз за разом замахивался ракеткой, а потом поворачивался к Соне и улыбался.

Фотографии, обнаруженные в семейном альбоме Мамонтовых, навели Митю на интересную мысль: «А не попробовать ли убить двух зайцев разом?» Немного посомневавшись, он всё же набрал первый номер:

– Василий Иванович? Здравствуйте, это Самарин из сыскной полиции. Мне бы хотелось осмотреть одну картину в доме вашего клиента, месье Франка. Нет, не обыск. Просто осмотр. Это полотно фигурирует в деле, я бы хотел лишь взглянуть и задать пару вопросов о нём супругам Франкам. Разумеется, в вашем присутствии. Благодарю за содействие.

Так, один готов. Теперь второй. Митя снова снял трубку телефона:

– Орест Максимович, добрый день. Это Самарин из полиции. Спасибо, у меня всё хорошо. Мне бы не помешала ваша помощь в качестве эксперта по живописи. Ну что вы, не скромничайте, вы отлично разбираетесь в искусстве. Нужно лишь взглянуть на одну картину в частном доме. Благодарю, вы очень любезны. До встречи.

Второй готов. Интересно, что из этого выйдет?

– Вы меня заинтриговали, Дмитрий Александрович. – Ганеман выбрался из пролётки и подошёл к ожидающему у входа сыщику. – Чей это дом? И что за картину мы будем смотреть?

– Сейчас узнаете. Прошу.

Жюль, Натали и адвокат Левко уже ждали их. Мужчины были в чёрном, и мадам в лёгком голубом платье выгодно оттеняла этот похоронный дуэт. Лица, правда, у всех были насторожённые, но дежурные улыбки – на месте.

– Здравствуйте, господа, – радостно поздоровался Дмитрий. – Заранее примите благодарность за помощь. Наш визит не займёт много времени. Я пригласил консультанта по живописи. Надеюсь, вы не против? Это Орест Максимович Ганеман, преподаватель художественного училища.

Жюль Франк слегка дёрнул бровью, но всё же протянул руку. Ганеман пожал её и вгляделся в лицо модельера:

– Евгений… Андреевич, если не ошибаюсь? Мне кажется, мы с вами были знакомы когда-то. Очень давно, на даче у Мамонтовых, не помните?

– Боюсь, что нет. Не припоминаю. И зовите меня месье Франк, так привычнее. Какую картину вы хотели посмотреть?

– «Купчиху», разумеется, – сказал сыщик, отметив про себя первое противоречие. – Видите ли, она намечена следующей жертвой, и мне бы крайне помогло изучение прототипа. Репродукция не передаёт всех подробностей. А оригинал мог бы нам подсказать идею, заметить скрытые нюансы, помочь предотвратить очередное убийство. Вы ведь не откажетесь помочь спасти чью-то невинную жизнь?

Левко иронически усмехнулся, но промолчал. А Франк ответил: «Я уже дал своё согласие. Пойдёмте». Очевидно, что эти двое заранее обсудили каждое слово и каждый жест. Лишнего никто не скажет. Да это и не нужно.

Вместе они поднялись по золочёной лестнице на второй этаж, прошли мимо бронированной двери в хранилище и остановились у следующей.

– Картина в моём кабинете с тех пор, как я приобрёл её на аукционе Московского художественного общества.

– Когда это было?

– В марте. Прошу.

«Значит, Соня не ошиблась, – подумал Митя. – Картина та самая».

В кабинете Ганеман сразу отправился изучать полотно вблизи. Митя не мешал, лишь бегло осмотрелся, отметив в комнате некоторое запустение. Как будто сюда заходят нечасто. На большом столе лёгкий слой пыли, и ткань на манекене выглядит слегка полинявшей. Прислуга тут нерадивая, что ли? Сыщик решил задать несколько вопросов хозяину.

– Чем вас привлекла эта картина, месье Франк?

Модельер переглянулся с адвокатом. Тот кивнул. Значит, и это обсудили.

– Мне нравится творчество Кустодиева. Считаю его перспективным мастером. Я приобрёл уже три его картины. Думаю, это хорошая инвестиция.

– Если не секрет, сколько вы за неё отдали?

– Это публичная информация. Двадцать тысяч рублей.

– Немало за не столь знаменитого художника.

– Он прикован к инвалидному креслу. С таким диагнозом, как у него, долго не живут. Ещё несколько лет и…

– Жюль… – вмешался Левко и покачал головой.

Ага. Вышел за рамки, значит.

– А вы циничный человек, месье Франк.

– Я предприниматель. Ещё вопросы?

– Кто-нибудь интересовался картиной до меня?

– После покупки я дал небольшой приём для узкого круга друзей. Василий Иванович предоставит вам список, если это необходимо. Но, прошу отметить, все они состоятельные и благонамеренные люди. До сих пор частного интереса к этому полотну никто не проявлял.

– От списка не откажусь, Василий Иванович. Просто для понимания. Тревожить этих персон я не буду. Ну что там, Орест Максимович, вы всё рассмотрели?