Восхождение Морна. Том 3
Шрифт:
Они не пытались меня убить, приказ Щербатого держал их на поводке, но это не мешало им ломать мне кости.
Кулак прилетел в скулу с такой силой, что искры посыпались из глаз. Мир качнулся, во рту стало солоно от крови. Я сплюнул её под ноги тому, кто ударил, и улыбнулся ему в лицо. Он замер на секунду, и этой секунды хватило. Короткий удар в кадык, он захрипел, руки взлетели к горлу, и я схватил его за уши и дважды впечатал лицом в колено, пока он не обмяк.
— Вот это месть! — Сизый аж подпрыгнул на месте. — Запомни, урод, это тебе урок на будущее! Если будет будущее! В чём я… Братан, маги!
Голос Сизого резанул сквозь красный туман. Двое в задних рядах, руки светятся грязным тусклым светом. Один уже формировал что-то в ладонях, второй шептал, и воздух вокруг него начал дрожать от жара.
Кинжал ушёл с руки раньше, чем я успел подумать. Лезвие вошло ближнему магу в плечо, он дёрнулся, заорал, и заклинание расплылось дымным облаком.
Сизый уже был рядом со вторым. Возник из ниоткуда, врезался в него всем весом, и они покатились по камням.
— Сюрприз, колдунишка! — орал Сизый, молотя крыльями по голове. — Фокус не удался!
Огонь, который маг собирался выпустить, плеснул в сторону и лизнул стену соседнего дома, оставив на штукатурке чёрный след.
Я добивал оставшихся, и тело работало на автомате, как машина, которую запустили и забыли выключить. Рёбра горели при каждом движении, рука онемела, скула пульсировала тупой болью, но это было неважно. Боль можно терпеть и игнорировать, а главное, боль означает, что ты ещё жив.
Последний стоял и смотрел на меня с опущенным мечом и лицом белым как мел. Он видел всё: как его товарищи корчатся на земле, как их главарь булькает кровью, как мальчишка аристократ прошёл сквозь двенадцать человек и даже не запыхался. Ну почти…
Я шагнул к нему, и он развернулся и побежал.
— Куда?! — заорал Сизый вслед. — А как же честь?! А как же «Щербатый велел»?! Трус! Предатель! Позор профессии!
Улица опустела. Остались только стонущие тела, дым от догорающей лавки и запах крови, пота и страха.
Я стоял посреди стонущих тел, тяжело дыша, и сплюнул на камни густую тёмную кровь с чем-то, что могло быть осколком зуба.
— Братан, ты как? — Сизый подковылял ближе, взъерошенный, с чужой кровью на клюве. — Слушай, ты реально крут, я даже не ожидал. Вот это было мясо! Вот это драка! Надо было билеты продавать, честное слово!
— Жить буду.
Рёбра ныли, рука кровоточила, во рту было солоно и железно. Но я стоял, а они лежали. В прошлой жизни это был бы неплохой спарринг.
Я подошёл к магу с кинжалом в плече. Он скулил и пытался отползти, волоча за собой кровавый след по камням. Наклонился, выдернул лезвие одним рывком, и он взвыл, дёрнулся, глаза закатились от боли. Вытер кинжал о его же рубашку и присел рядом на корточки, чтобы он хорошо видел моё лицо.
— Слушай внимательно, потому что повторять я не буду.
Он часто закивал, глядя на меня мокрыми от слёз глазами.
— Если твой хозяин хотел поговорить, он мог прийти и попросить. Вежливо, по-человечески, как делают нормальные люди. Вместо этого он прислал вас, сжёг лавку и думал, что я испугаюсь и прибегу на поклон. Это было… ошибочное решение.
Я похлопал его по щеке, легонько, почти ласково.
— Так что теперь я приду сам. Через час. И к этому моменту Щербатому лучше иметь наготове предложение о компенсации. Щедрое предложение. Потому что если мне не понравится то, что я услышу, разговор станет совсем скверным.
Маг сглотнул и попытался что-то сказать, но я не дал ему вставить слово.
— И ещё кое-что. Передай своему хозяину, что он, видимо, забыл одну важную деталь. Я сослан, да, но вы кажется забыли, что я всё ещё Морн. А Морны, знаешь ли, входят в число двенадцати Великих Домов Империи. И Великие Дома очень не любят, когда их людей пытаются запугать местные… — я сделал паузу, подбирая слово, — … предприниматели. Обычно такие истории заканчиваются плохо. И уж точно не для Великих Домов.
Страх в его глазах сменился чем-то похожим на понимание. Он не был дураком, этот маг. Понимал, что сейчас услышал не пустую угрозу, а страховку. Если со мной что-то случится, об этом узнают люди, которым Щербатый в подмётки не годится.
— Д-да… понял… всё передам…
— Вот и умница. — Я похлопал его по здоровому плечу, и он вздрогнул, как от удара. — И ещё кое-что. Где мне найти твоего хозяина?
— Ч-что?
— Щербатый. Где он сидит? Адрес, название, ориентиры. Давай, не тупи, у тебя вся кровь вытечет, пока ты думаешь.
Маг сглотнул и облизнул пересохшие губы.
— «Три топора»… это кабак на границе Нижнего города… рядом с кожевенным кварталом… там ещё вывеска такая дурацкая, топоры на огурцы похожи…
— Вот видишь, можешь же, когда захочешь. А теперь ползи к хозяину и не задерживайся. Час — это не так много времени, как кажется.
Он закивал и с трудом поднялся на ноги, зажимая рану ладонью. Пошатнулся, едва не упал, но устоял и заковылял прочь, придерживаясь за стену здоровой рукой. Кровь сочилась сквозь пальцы и капала на камни, оставляя за ним пунктирный след. Я смотрел ему вслед, пока он не скрылся за углом, а потом повернулся к своим.
Надежда уже была рядом с Мареком, осматривала его обожжённую спину и тихо ругалась сквозь зубы. Рубашка прикипела к коже, превратившись в одно целое с раной, и она пыталась понять, как снять ткань, не содрав при этом половину спины.
Марек держался на чистом упрямстве. Рука висела плетью, лицо серое от боли, но он стоял прямо, как на параде, и даже не морщился, пока она ощупывала края ожога. Железный человек. В прошлой жизни я бы его с удовольствием взял к себе в ученики.
— Марек, бери Надежду и Соловья, идите в бани, к мадам Розе. У такой женщины наверняка есть свой лекарь, который умеет держать язык за зубами и не задавать лишних вопросов. Скажи, что это я прошу, и что я щедро заплачу за услугу.
— А если городская стража начнёт интересоваться? — Марек кивнул в сторону горящей лавки, над которой всё ещё поднимался чёрный дым. — Пожар в городе, тела на улице…
— На всё один ответ: неудачный эксперимент с зельями, вспышка, пожар. Никаких бандитов, никаких нападений, ничего не видели, ничего не знаем. Алхимия — дело опасное, всякое бывает.
Марек нахмурился, явно недовольный таким планом, но спорить не стал.
— А эти? — он кивнул на стонущие тела вокруг.
— Тот же ответ. Понятия не имеем, кто такие. Скажи, что сам в шоке от развлечений местных. Мол приходят к чужим лавкам, чтобы поубивать друг друга на свежем воздухе. Совсем себя не берегут.