Чтение онлайн

Я видел, как напрягаются его плечи, как он привычно отклоняется назад и переносит вес на правую ногу. Сейчас рубанёт наискось, сверху вниз, вложит в удар всё, что накопил за годы в Мёртвых землях. Убойный замах, от которого очень непросто увернуться.

Последний метр.

— Я те щас…

И тут я увидел, как что-то в нём сломалось. Рамка приказа «доставить живым» ещё светилась, но уже тускло, задавленная чем-то более древним и сильным. Страхом. Животным, первобытным ужасом перед тем, кто не боится, кто идёт прямо на тебя и смотрит так, будто ты уже мёртв.

Он привык, что от него шарахаются, что его боятся, а тут какой-то щенок смотрит сквозь него, как сквозь пустое место. Мозг отключился, инстинкты взяли верх, и приказ Щербатого отлетел куда-то далеко, в ту часть сознания, которая сейчас не работала.

Топор пошёл вверх, набирая инерцию. Я видел, как наливается силой лезвие, как дар вкладывает в замах всё больше мощи. Ещё мгновение, и эта штука разрубит меня от плеча до пояса вместе с костями и внутренностями.

Я шагнул вперёд. Не назад, не в сторону, а прямо к нему, внутрь замаха, туда, где длинное древко превращается из оружия в обузу. Его глаза расширились от удивления, рот приоткрылся, и я понял, что он такого ещё не видел. Никто никогда не шёл навстречу его топору, все пытались отпрыгнуть, уклониться, убежать. А этот сумасшедший аристократ просто взял и шагнул вперёд, будто лезвие над его головой было не смертельным оружием, а веткой дерева.

Мой кулак вошёл ему в кадык раньше, чем топор успел опуститься. Короткий удар без замаха, только вес тела и точность, туда, где под жирным подбородком пряталось мягкое и уязвимое горло. Костяшки провалились внутрь, что-то хрустнуло, и я почувствовал, как ломается хрящ.

Он издал звук, который я запомню надолго. Не крик и не хрип, а что-то среднее между ними, будто кошку придавили тяжёлой дверью. Глаза выпучились, руки разжались, и топор вывалился из ослабевших пальцев.

Но накопленная инерция никуда не делась. Лезвие рухнуло вниз и врезалось в мостовую с таким звуком, будто ударила молния. Камень брызнул осколками во все стороны, булыжник, переживший сотню лет телег и тысячи сапог, раскололся пополам, а топор ушёл в землю по самое древко.

Я мысленно присвистнул. Это всего лишь ранг С. Крепкий середнячок, не более. А что тогда могут те, кто добрался до ранга А? До S? Интересный мир мне достался, ничего не скажешь.

Главарь завалился назад, медленно и почти торжественно, как памятник, который простоял сто лет и наконец решил прилечь отдохнуть. Приземлился на спину с глухим ударом, дёрнулся пару раз и затих. Только горло продолжало судорожно сжиматься, пытаясь протолкнуть хоть немного воздуха, а изо рта ползла розовая пена.

Баба с корзиной взвизгнула, а вот ворона одобрительно каркнула.

Оставшиеся одиннадцать замерли с поднятыми мечами и занесёнными дубинками, будто кто-то нажал паузу. На лицах читалось одинаковое выражение: что, мать его, только что произошло? Их главарь, ходок с рангом С, мужик, который тварей рубил одним ударом, валялся на земле и пускал кровавые пузыри. А перед ними стоял тощий аристократ со скучающим лицом и ждал, кто дёрнется следующим.

Банда без вожака превращается в стадо без пастуха. Каждый ждёт, что кто-то другой возьмёт ответственность, каждый надеется, что первым полезет сосед. Я видел это десятки раз и знал, что у меня есть секунд пять, пока они не очухаются.

Переступил через дёргающееся тело, выдернул из-за пояса кинжал и крутанул его в пальцах, ловя тусклый свет. Тот самый кинжал, что мне так любезно оставили с запиской. Спасибо, Щербатый, пригодился.

— Следующий.

Ближайший ко мне не выдержал первым. Молодой, с жидкой бородёнкой и прыщами на щеках, он заорал и рванулся вперёд, размахивая мечом над головой. Храбрость отчаяния, я видел такое сотни раз.

Я ушёл в сторону, пропуская его мимо себя. Он пролетел по инерции, не успев затормозить, и рукоять кинжала встретила его висок с глухим стуком. Голова мотнулась, глаза закатились, и он рухнул лицом в мостовую.

— Красава, братан! — заорал Сизый откуда-то сбоку. — Вот это я понимаю, вот это по-нашему!

Это их разбудило.

Они двинулись разом, без команды, молча. Никаких воплей, никакой показухи. Одиннадцать человек, которые поняли, что разговоры кончились. Ходоки. Люди, которые выживали в Мёртвых землях не потому, что им везло, а потому что умели работать вместе. И у каждого был свой дар.

Я видел, как вспыхнули печати на руках. Тусклое свечение расползлось по коже, у кого до запястья, у кого до локтя. Ранги D и С, середнячки, но их было много, и они знали, что делают.

Первым до меня добрался здоровяк с дубинкой. Его печать пульсировала красным, мышцы вздулись под кожей, и я понял, что это усиление, за секунду до того, как дубинка обрушилась сверху. Ушёл перекатом, и окованное железо врезалось в камни с такой силой, что булыжник лопнул, а осколки брызнули во все стороны.

— Эй, качок! — Сизый возник за спиной здоровяка из ниоткуда и врезался в него всем весом. — Лови подарочек!

Они покатились по земле, и я услышал грохот, мат и возмущённое карканье. Полутораметровый голубь с разгону бил не хуже тарана, а его способность появляться из ниоткуда сбивала с толку даже опытных бойцов.

Второй здоровяк попёр на меня с мечом. Кожа на его руках потемнела и заблестела, будто покрылась коркой застывшей смолы. Каменная кожа. Я нырнул под замах и ударил его в горло, туда, где никакая магия не защищает. Он захрипел и отшатнулся, но не упал, только схватился за шею и выпучил глаза. Живучий, сука.

— Братан, ты видел?! — Сизый уже разобрался со своим и теперь скакал где-то на периферии. — Я его уложил! Одним ударом! Ну, почти одним! Ладно, тремя, но кто считает?!

Кто-то налетел сбоку, и я заблокировал удар предплечьем, тут же ответив локтем в челюсть. Почувствовал, как зубы клацнули под ударом, развернулся, добавил коленом в живот, и он согнулся пополам, роняя меч.

Они напирали со всех сторон, и я крутился между ними, уходя от ударов, контратакуя, не давая себя окружить. Сизый мелькал на периферии зрения, сбивая с ног то одного, то другого.

— Это тебе за братана! — доносилось откуда-то справа. — А это за лавку! А это за Надежду! А это просто так, потому что рожа не понравилась!

Трое уже лежали, потом четверо, но остальные не отступали.

— Слева, братан! Ещё левее! Да не туда, блин!

Я дёрнулся вправо, и меч прошёл в паре сантиметров от моей шеи. Перехватил руку с оружием, вывернул до хруста, услышал вопль и швырнул его в набегающего товарища. Они столкнулись и покатились по земле, путаясь в собственных конечностях.

— Страйк! — восторженно заорал Сизый. — Два одним броском! Братан, ты красавчик!

Но их было слишком много.

Дубинка прилетела сзади и врезалась мне в рёбра с такой силой, что воздух вышибло из лёгких. Боль прострелила от бока до позвоночника, и я почувствовал, как что-то хрустнуло. Не успел развернуться, как второй удар пришёлся в плечо, а третий чиркнул по рёбрам с другой стороны.

— Эй! — возмущённо завопил Сизый. — Вы чё творите, уроды?! Это мой братан! Руки убрали от братана!