Возлюбленная Владыки Тьмы
Шрифт:
В коридоре Коул на мгновение замедляет шаг. Его губы растягиваются в беззвучной, хищной ухмылке.
— Думаю, он сейчас пересрался. Я скоро сам достану эту каргу. И они больше не посмеют даже таракана запустить к ней в камеру без нашего ведома.
Я не отвечаю. Смотрю на опустевшие, сияющие коридоры власти. Они думали, что играют в политику. Что компромиссы и бюрократия сработают снова. Они ошибались.
Идиллия в Мортвене требует жертв. И сегодняшняя жертва — их иллюзия контроля.
Порядок будет восстановлен. Мой порядок. Ради спокойствия на лице моей возлюбленной — я заплачу любую цену.
Глава37
Мозг работает как хорошо отлаженный механизм. Раскладывает факты по полочкам, смазывая шестерёнки холодной яростью. Джорджина. Эта старая, бешеная стерва где-то рядом. Я чувствую нутром — давлением в воздухе, как перед грозой. Она думает, что скрылась. Что она паук, плетущий новую паутину в тени. Забыла, что пауков давят.
Нортан слушал мой доклад, стоя у окна в Мортвене. Его профиль вырезан из мрака. Серебристый взгляд скользнул по мне — оценивающий, холодный.
— Зацепка?
— Один хмырь в баре на окраине, «Ржавый гвоздь». Много болтает. Плёл о том, что скоро «наведут порядки», что «настоящая сила» вернётся. Слишком громко для простого пьяницы.
— Ты уверен, что это о ней?
— Чую её, Владыка. Чую эту вонь её фанатизма, смешанную с духами и дерьмом. Она где-то рядом. И этот болтун — ниточка. Мои люди уже на нём висят. Два дня наблюдения. Он ведёт себя как на иголках, постоянно оглядывается. Не гонец — слишком глуп. Но связной? Возможно. Или просто болтливый идиот, который знает что-то, чего не должен.
Нортан кивнул — коротко, резко. Этого достаточно. Он мне доверяет в этом. В охоте.
— Выжми из него всё. Чисто.
— Будет сделано.
Покидая мрачную громаду Мортвена, я ощущаю знакомый холодок азарта. Охота началась. Но перед тем как погрузиться в грязь окраин, нужно уладить ещё один вопрос. Мелкий, но требующий внимания.
Достаю коммуникатор, набираю Элрика. Он отвечает почти мгновенно. Его голос — ровный, деловитый.
— Коул. Новости?
— Новости будут позже. Сначала отчёт. По личному поручению Владыки. Астра.
На другом конце провода повисает тишина.
— Я слушаю.
— Нашла себе гнездо. Кон-Джерси. Озеро, лес, стеклянный особняк размером с небольшой замок. Купила его. Тратит деньги, будто они у неё из крана текут.
— Она… как она?
В голосе Элрика прорывается что-то, что он тут же пытается заглушить. Озабоченность? Что-то более личное?
На секунду представляю его лицо — обычно невозмутимое, сейчас, возможно, слегка напряжённое. Интересно.
— Отлично развлекается, — отвечаю я, и в голосе прорывается небольшая усмешка. — Завела себе пару зверят. Живёт как королева в изгнании. Скуки, судя по всему, не испытывает.
— Нам нельзя показывать, что она под присмотром, — быстро говорит Элрик, возвращаясь к деловому тону. — Она этого не потерпит. Взорвётся.
— Кто сказал что-то про «показывать»? — парирую я. — Она сама того не осознаёт, но с ней рядом уже есть отличные телохранители. Два местных парня, которых она… э-э-э… наняла для развлечений. Они теперь у меня на крючке. Будут присматривать. Ненавязчиво. Сообщать, если что-то пойдёт не так. И защищать, если понадобится. Бесплатно и с энтузиазмом.
Ещё одна пауза. Более длинная.
— Понимаю, — наконец говорит Элрик. Его голос звучит… приглушённо. Как будто он говорит сквозь что-то. — Это… эффективно. Держи меня в курсе.
— Обязательно. Не грусти, старина, — бросаю ему перед тем, как разорвать связь. — Твоя королева в безопасности. И пока что явно не скучает.
Вешаю трубку. Странно. Элрик никогда не позволял эмоциям прорываться. А тут… почти нота грусти. Забавно. У каждого свои слабости.
Но сейчас не до этого. Время спуститься в грязь.
«Ржавый гвоздь» — это именно то, чего можно ожидать от названия. Тёмное, прокуренное помещение, пахнущее дешёвым пивом, потом и отчаянием. Воздух липкий. Какой-то гнусавой техно-фолк бьёт по ушам. Идеальное место, чтобы раствориться… или найти того, кто не хочет быть найденным.
Он сидит в углу, за столиком у стены. Арчи. Именно так его зовут. С виду — типичный отброс. Бритая налысо голова, тяжёлая челюсть, маленькие близко посаженные глаза, блуждающие по залу с постоянной подозрительностью. На шее — синее тату, что-то вроде стилизованного волка. Носит замызганную куртку и потёртые джинсы. Выглядит на свои сорок с гаком, но прожил, кажется, все шестьдесят. Сидит, уставившись в пенистую кружку.
Мои люди подтвердили: он здесь каждый день. Как по расписанию. С четырёх до одиннадцати. Пьёт. Иногда бубнит себе под нос. Порой заговаривает с соседями. Сегодня я буду его компанией.
Подхожу к стойке, заказываю два пива. Одно обычное — для него. Второе безалкогольное — для меня. Бармен, мой человек, кивает едва заметно. Плата за молчание.
Иду к его столику. Ставлю бокал перед ним. Он медленно поднимает взгляд. Глаза мутные, но в глубине — осторожность, присущая даже самым тупым животным.
— Привет, дружище, — говорю я, опускаясь на стул напротив. Улыбаюсь самой простой, не несущей угрозы улыбкой. — Паршивый денёк?
Он смотрит на меня, оценивающе. Взгляд скользит по моей одежде — простой, но качественной, не для этого места.
— Тебе чё надо? — Хрипит он. Голос грубый, пропитанный смолой и алкоголем.
— Да так, — пожимаю плечами делая глоток. — Я Джо. Хочу сегодня напиться в стельку, да вот компании подходящей нет. Все какие-то… серьёзные.
Он фыркает, но его рука тянется ко второму бокалу. Пальцы, толстые, с обкусанными ногтями, обхватывают стекло.
— Арчи, — бросает он и отпивает почти половину. — Я тут каждый день висну. Пиво будешь?
— Буду, — киваю я, поднимая свою кружку. — За знакомство, Арчи.
Мы пьём. Он хлебает жадными, большими глотками, я же размеренно, делая вид. Он разговаривает. Сначала о погоде, о том, какое дерьмовое пиво, о соседке-стерве. Я киваю, поддакиваю, наливаю ему следующую. И следующую. Он хорошеет. Лицо краснеет, глаза становятся стеклянными, язык развязывается.
Я жду.
Через час, когда его речь уже окончательно заплетается, а взгляд потерял последние остатки осторожности, я аккуратно, как рыбак, забрасываю крючок.