Всадники Одина Цена человечности
Шрифт:
Собственно, к остроухому он сейчас и направлялся.
Ян постучался в комнату:
– Ларсен!
Дверь отворилась. Ларс, в местном аналоге халата и с заплетенной набок косой, встретил его на пороге.
– Чем могу помочь, друг мой? Да еще в столь ранний час?
Ян оглянулся. В коридоре пусто, однако это не означало, что за углом не стоит кто-то из стражи.
— Я могу войти? – спросил он, переминаясь с ноги на ногу. – Нужно поговорить.
Ларсен кивнул и отошел в сторону, позволяя Яну пройти. Затворив за гостем дверь, он повел его к балкону, выходящему в сад.
– Присаживайся, — йольф указал на одно из плетеных кресел, стоявших у невысокого столика.
Сам же Ларсен удалился назад, в комнату, чем-то погремел и возвратился с маленьким серебряным подносом, на котором стояли графин с каким-то напитком и два золоченых бокала.
Некоторое время они молча наслаждались вкусом прохладного лимонада, а Ян пытался придумать, как начать разговор.
— Где Дрина? – нарушил совсем уж неуютную тишину Ян. – Что-то совсем ее не видно в последнее время.
– Исследует дворец, – тепло улыбнулся Ларсен. — Тут же столько всего интересного, вот она и гуляет с утра до ночи. Ну, да ладно. Я вижу, что ты очень хочешь поговорить, но все не решаешься начать беседу. В чем дело?
Ян вздохнул и отставил в сторону бокал с питьем.
— Мне нужно поговорить с Рунгом Лодаром. Это возможно устроить? Ты ведь с ним дружен, как я заметил, -- он решил не ходить вокруг да около.
– Я бы не стал делать столь поспешных выводов, Ян. Я с ним не дружен. – Ларс помолчал, подбирая слова. – Просто… давно знаком. Очень давно. И был крайне удивлен, встретив его в Диадеме. А насчет встречи… Что ж, я попробую. Что-нибудь еще?
Ян покачал головой.
– Тогда прошу меня простить. Меня ждут кое-какие дела, – Ларсен виновато склонил голову набок.
На этом они распрощались. И Ян пошел к себе, успокоенный обещанием остроухого.
Несколько дней он провел в томительном ожидании, тренируясь с Таной и пытаясь понемногу учить местный язык. С братом он практически не сталкивался.
Наконец, спустя четыре дня на пороге появился мальчишка-слуга. Яна ждали. «Что ж, посмотрим, к чему это приведет...»
Его приняли в том же самом кабинете, где решалась их судьба в прошлый раз.
Великий Визирь был не один, как Ян надеялся. А в компании Ларсена. Они о чем-то чинно беседовали, когда слуга отворил дверь и впустил в кабинет Яна.
– Что же, Ян Циссардж, здравствуй! Как тебе дворец Великого Имана? Хорошо устроился? Не обижают ли тебя? – с нескрываемой усмешкой поинтересовался Рунг Лодар. Огромные зеленые глаза сощурились, делая его похожим на уродливую помесь обезьяны с котом.
– Благодарю за вашу доброту, о Великий Визирь! Все просто замечательно. Я и мечтать не мог, что когда-нибудь окажусь в столь роскошном дворце! – подхватил игру Ян. В конце концов, он сейчас не может диктовать свои правила.
– Замечательно! Замечательно! О чем же ты хотел поговорить, Ян Циссардж? У меня, так уж вышло, сейчас есть время, и я готов тебя выслушать.
Ян покосился на Ларсена, который все еще сидел в кресле рядом с Визирем и делал вид, что его совершенно не интересует происходящее.
– Если Великий Визирь позволит, я бы хотел поговорить наедине, – рискнул предложить Ян.
– Отчего же? – деланно удивился Рунг. – Вы ведь друзья, разве нет? Да и я доверяю Ларсену, как себе.
– При всем моем уважении, о Великий, этот разговор я хотел бы оставить между нами.
– Даже так? – расхохотался карлик, пихая локтем Ларсена. – Тебе тут не рады, мой ушастый друг! Секреты, сам понимаешь…
– Мне подождать за дверью, о Великий? – прищурился йольф. Ни в словах, ни в движении не чувствовалось ни грамма почтения, должного рабу. Вообще, ни грамма никакого почтения.
Рунг Лодар перевел взгляд на Яна, все еще стоявшего в центре комнаты со скрещенными на груди руками.
– Да, Ларс, подожди. Позже мы продолжим нашу беседу.
Тот коротко кивнул и, плавно поднявшись с кресла, покинул помещение. Негромко хлопнула дверь. Ян остался один на один с Великим Визирем.
– Ну и?.. – Рунг поудобней откинулся в своем кресле, таком мягком и удобном, что Яну показалось, будто бы тот сейчас утонет или растворится в нем. Впрочем, излучение поля не давало ему окончательно забыть, что перед ним находится отнюдь не карлик. – Ты присаживайся. Как у вас там говорят, в ногах правды нет? Смею тебя заверить, что сидя ее тоже нет, но, мне кажется, так будет удобнее.
Ян молча присел в одно из таких же мягких кресел, стоявших чуть поодаль у стены. Он про себя отметил, что в прошлый раз тут никаких кресел не водилось.
– А почему только на самый краешек? Устраивайся поудобнее, важные разговоры не стоит вести в напряженном состоянии. Я ведь правильно тебя понял, ты не просто поболтать пришел? Хочешь чаю, маранги[1], кофе или, может, что-нибудь покрепче?
– Можно без шутовства? – сквозь зубы процедил Ян. Неожиданно его захлестнула такая волна раздражения, что он был уже готов выпрыгнуть из злосчастного кресла и придушить этого карлика к котовьей матери.
– Ай-ай-ай. Кажется, программа дала сбой? Нет больше непробиваемого Яна Циссарджа...
– Хватит играть. Кто ты? – хрипло поинтересовался Ян.
– К сожалению, я не могу тебе сказать. Как я понял, личина Рунга тебя не устраивает. Но я ничего не могу с этим поделать. Я тебе не доверяю, поэтому не вижу смысла показывать своего лица.
– Откуда ты знаешь мою фамилию?
– А как ты думаешь? – вопросом на вопрос ответил лилипут.
– Сколько вас? «Богов»? – в лоб спросил Ян.
– Я не один, ты правильно угадал.
– Но ты по каким-то причинам избегаешь своих. Странное поведение для аса.
Карлик скривился.
– Молодец. Как дошел?
– Сагарты. Вернее, йольфы. Поначалу мне было тяжело находиться рядом с ними, не испытывая омерзения.
– Приятно слышать правду. Вы, люди, любите льстить. Но я знаю, что большинство из вас асов ненавидят. Они ненавидят все чуждое им. Я никогда этого не понимал. Мы внешне похожи на вас, мы красивее вас по вашим же меркам. Неужели только лишь сутки нашей жизни могут настолько отвратить?
– Вы похожи на нас только внешне, вы даже не млекопитающие. Людям противен такой обман природы.