Чтение онлайн

– Но ведь лафирты и цверги тоже не млекопитающие, но с ними у вас нет таких проблем.

– Нет. Но их сразу видно. Они не похожи на светлых эльфов из докосмических преданий. Прекраснейших из прекрасных, научивших людей мудрости.

– Почему ты так их защищаешь? Ты такой же отброс для людей, как и мы. Или даже хуже. Ты ведь даже не человек. Вещь, разумный биоробот без эмоций и настоящих чувств. Мы, асы, отдельный вид. Мы живем дольше людей, мы не стареем, мы сильнее, умнее и древнее их. А ты, ты всего лишь вещь. Тебе ли испытывать к нам омерзение? Например, что ты скажешь о гене речного рака, вживленном в тебя для усиления регенераторных функций организма? Что скажешь о грушевидных глазных яблоках, благодаря которым ты лучше видишь? А ведь это работает ген полярной совы... Но ты даже не знаешь, кто такие совы, ты их никогда не видел. А он говорит в тебе, он управляет тобой. И после этого ты ненавидишь нас. Впрочем, дело твое. Меня не интересует твое отношение к асам... Ты поможешь мне, а я – тебе, и мы в расчете.

– Как?

– Для начала заслужи мое доверие. Если у нас с тобой все срастется, то после выполнения одного небольшого задания, я отпущу вас с братом. Вы получите дракона и свалите отсюда в свой любимый цивилизованный мир. Вы забудете координаты этой планеты и больше сюда не вернетесь. Я даже позабочусь, чтобы Мьегаррэ простила вашу оплошность и снова приняла вас в Семью.

– И к чему такие хлопоты ради двух недочеловеков? – сухо поинтересовался Ян.

– Потому что, в отличие от тебя, Ян, я не испытываю омерзения к отличным от себя существам. Тебе тоже стоит этому научиться. А теперь, в знак доброй воли, я подарю тебе лингвентор. Одна из последних моделей. Он настроен на перевод с местного на стандарт и обратно. Я постарался максимально его откалибровать, чтобы ты мог в точности понимать, что тебе говорят. Также в устройстве имеется синтезатор речи. Это обеспечит двустороннее общение, ты сможешь не только понимать, но и сам говорить.

Проникновенное выступление аса напомнило Яну рекламные ролики, что часто крутят по визору. Ему вдруг захотелось переключить канал. И он здорово пожалел, что это невозможно.

– Я все равно тебя не понимаю, Рунг Лодар, зачем ты мне помогаешь?

– В данный момент вы двое мне нужны. Мне как раз не хватает генномодифицированного бойца, способного захватывать высокотехнологические объекты, и хорошего программиста, могущего взламывать доступ к сетям и системам. Затем ваше присутствие на планете станет нежелательным. Я мог бы вас убить после выполнения моей просьбы, но, полагаю, это не слишком честно. Несмотря на некоторые дурные слухи, которые распустил про меня один хороший знакомый, я умею держать слово. Я помогу вам отсюда выбраться, а вы уберетесь из моего мира и больше тут не появитесь. Никогда.

– Почему я должен тебе верить?

– У тебя нет выхода. Мы нужны друг другу. А теперь иди, наслаждайся жизнью. И рекомендую пока ничего не рассказывать Йоргу. Он слишком импульсивен. У вас и так натянутые отношения. Мне кажется, ему не понравится твое сотрудничество с асом.

– У меня есть время подумать?

– В принципе, есть, не знаю, сколько, пару червонов или кварта... Но время однозначно есть. У вас особый статус, вы можете перемещаться, в пределах города, куда пожелаете. К вам будут относиться с уважением, и никто вас не тронет. Никто не захочет портить отношения с самим Визирем. В общем, иди. Я пришлю за тобой, когда ты мне понадобишься, – Рунг спрыгнул с кресла, и Яну на мгновение показалось, что он его увидел. Высокого, рыжеволосого и прекрасного эльфа из старых сказок...

***

Дрина была довольна. Очень. Наконец-то, после кучи неприятностей, жизнь наладилась. Кормили вкусно, спалось мягко, кругом все блестело и пахло цветами. Они с Ларсеном жили в огромных горницах, им прислуживали слуги… Еще лучше, чем у посадника! Только ошейник ей не нравился. Хоть он и блестел, но значил, что Дрина чья-то собственность. Она не чья-то! Она своя собственная! Ну еще Ларса чуть-чуть. Но Ларс – это другое…

А еще Ларс подарил ей волшебную штучку! Она была не такая интересная, как та, светящаяся, пиратская, но зато помогала. Дрина теперь все понимала, что люди вокруг говорят. А они – ее. Это было здорово. Она целыми днями гуляла по дворцу, ела сладкие фрукты и собирала всякие блестяшки. Да, блестяшек было много. И никто ее не ругал, если она что-то брала…

С остальными она не виделась вообще. Да и не хотелось. Надоели, хуже приставучих мух. Особенно вредный Одуван. Ну и Хель с ними. Все было хорошо, Ларс доволен, подружился только с этим Визирем… Дрине стало немножко обидно, но она старалась не унывать. Ларс все равно принадлежит ей. И никакие рыжие человеки ее не заменят.

Сегодня во дворце непривычно шумно. Много расфуфыренных черных великанов, слуги носились туда-сюда, как в попу ужаленные. Будет праздник, наверное! Ура! Может, именины у кого?.. Дрине стало интересно. Надо посмотреть, что происходит. Хорошо, что ей разрешили ходить везде по дворцу. Ну, кроме крыла Великого Имана. Туда мало кому можно. Но ей и так места хватало. Конечно, интересно, что там… Но Ларсен сказал «нельзя». А она не хотела его расстраивать.

Дрина пошла на голоса. Туда, где было совсем-совсем шумненько. Спустилась на первый этаж и шмыгнула в приоткрытую дверь тронного зала. И чуть не врезалась в спину какому-то людю. Народищу – не протолкнуться. Все галдели, что-то обсуждали, ругались и перешептывались. Дрина с огромным трудом протиснулась сквозь толпу и выбралась, где посвободнее. Огляделась. И радостно взвизгнула. У пустующего трона Великого Имана стоял Визирь в сопровождении Ларса и остальных. Дрина потерла носик и бросилась к ним, едва не упав по пути.

– Ларц! – она дернула йольфа за длиннющий рукав. – Цто тут такое?

– А, малышка, – Ларс с улыбкой потрепал ее по голове. – Великий Иман будет говорить.

– А… А о цом?

Ларс ответить не успел. Все разом замолчали. Кругом стало очень тихо. Отворились двери, и в зал вошла высокая черная женщина с сияющими белыми волосами. Вся в белых рисунках на коже и такой же белой одежке. Красивая!.. Вся светилась. Особенно глаза, серебристые, почти как у братьев. Тут почти у всех такие глаза. Но у нее были лучше. Точно-точно.

Женщина величаво прошествовала к трону и уселась, перекинув ногу на ногу.

– Все вы знаете, зачем я вас собрала, – громко начала она. – И я знаю, что многие из вас не поддерживают моих начинаний. Но мы – прогрессивная страна. А не жестокие варвары, как северяне. И все равно продолжаем следовать обычаям, мешающим нам развиваться.

– И чем же уничтожение порождений зла мешают прогрессу, Великая Джафира Ан Хенбан Хенк? – Выступил вперед такой же черный и красивый мужчина, как сама Великий Иман.

– Уже самой постановкой твоего высказывания, Рассин, – ответила Великий Иман. – Мы – высшая раса. Мы не должны уподобляться простым людям, жаждущим жестокости и убийства. Йольфы – такие же живые и разумные создания, как и остальные. Мы больше не можем продолжать творить такие зверства, подобно безмозглым диким тирунам.

Поднялся ропот. Дрина по лицам видела, как все были недовольны словами Джафиры Ан Хенбан Хенк.

– Может, нам еще и рабство упразднить? – негодующе донеслось из зала.

– Когда-нибудь мы отменим и рабство. Но не все сразу. С завтрашнего дня в силу вступает указ, запрещающий казнить йольфов-перестарков. А также людей, проявляющих волшебные способности.

Что тут началось! Ой-ой! Люди кричали, ругались, кто-то даже пытался протолкнуться вперед, к трону, но стража их остановила.

Великий Иман встала.

– Я все сказала.

И в сопровождении стражи покинула зал, оставляя за собой гнетущую тишину.

***

Тана думала. Она думала о том, как круто изменилась жизнь. Еще какой-то месяц[2] назад она тихонько жила в Ленивых Пенечках с тятькой да Вилом, а потом... потом пришли Всадники и братья... и ее жизнь сломалась. Тятьки нету, Вила тоже не стало... Словно случился ее личный Рагнарек. Будто бы с одной стороны пришла настоящая зимняя стужа, а с другой – жар смертоносный. С Юга – Алый Огонь, с Севера – Синий Лед. А она посерединке. Старики говорили, что когда-то на Севере было не три времени года, а четыре. Будто бы почти на полгода земля покрывалась снегом и природа засыпала. Это время звали Зимой, а за ней приходила Весна... И будто бы ту Весну ждали все: и звери, и люди, и птицы... И будто бы не было тогда ни йольфов, ни Асов... А потом, старики говорили – пришла Большая Зима, и пришла она не на полгода, а надолго. Так надолго, что никто уже и не помнил, сколько она длилась. А потом... потом пришли Всадники и развеяли снег. И больше Зима не приходила. Лишь изредка, когда Боги злились, ненадолго возвращались лютые холода. И стало у них три времени года: лата, жаро и есень. Говорили, что когда-нибудь все это сгубит Рагнарек. Говорили, что Рагнарек – это гибель Богов. И снова скует землю Зима, а снег покроется пеплом. Но когда-нибудь мир воспрянет вновь... Вот только Тана вряд ли когда-нибудь воспрянет. Вся ее жизнь превратилась в скупой серый пепел, покрывший толстым слоем синий лед. Только тусклая звездочка, Ярушка, мерцала где-то вдали, давая слабую надежду, что все еще будет хорошо.