Чтение онлайн

— Ага. Сказал, как будто это ничего не значит. — Я делаю глоток и поднимаю взгляд на свою лучшую подругу. — Это же безумие, да?

Келси пытается скрыть усмешку за краем своего бокала, но я замечаю её.

— Что это за взгляд?

— Какой взгляд?

Я указываю на неё пальцем:

— Тот, в котором ты как будто что-то скрываешь, но знаешь, что не должна мне говорить. — Прищуриваюсь. — Келси Энн Гибсон, ты что-то от меня скрываешь?

Она откашливается и тяжело вздыхает.

— Нет, Эвелин. Но, честно говоря — и мне больно это признавать, — думаю, Уокер может быть прав в этой ситуации.

— Вау. Ладно. Похоже, ты уже перебрала с вином. — Я закатываю глаза и делаю ещё глоток.

— Это не алкоголь говорит. Просто Уокер с той ночи изменился. И ты — тоже, — объясняет она, в её голосе появляется нежность. — Может, решение пожениться и продиктовано тем, чтобы сохранить опеку над Кайденс. Но, возможно, это ещё и шанс вам с ним восстановить связь. Вспомнить, как быть друзьями.

— Ну, мы не были какими-то супер близкими…

— Но насколько всё может быть плохо, Эвелин? Это же Уокер. Ты его знаешь. Он тот же парень, что и раньше, просто чуточку другой.

— Да, но с ним всё стало так странно после смерти Джона.

— Может, это шанс для вас обоих пройти через это горе вместе. Ты ведь толком и не прожила ту потерю, понимаешь? Он умер, и Кайденс родилась через месяц. Может, и ему это нужно — как способ справиться с чувством вины. Вы с ним — единственные, кто связан с Джоном одинаково. Позволь ему помочь тебе.

Моя лучшая подруга смотрит на меня так, будто всё просто. Но внутри я знаю — ничего в этом простого нет. Я говорю о том, чтобы выйти замуж за лучшего друга отца моей погибшей дочери. Его родители пытаются отобрать у меня мою дочь. А мужчина, который предлагает мне выйти за него, стал мне почти чужим.

Но потерять свою дочь — живое, дышащее существо, которое изменило мою жизнь, пусть и сделало её сложнее — это просто невозможно.

Так что я делаю то, что сделала бы любая мать на моём месте — принимаю решение защитить своего ребёнка и себя. Пусть потом я пожалею об этом. Но я не могу рисковать. Она слишком дорога для меня.

— Не верю, что я на это соглашаюсь, — бормочу я и допиваю остатки вина из бокала.

— То есть ты действительно собираешься это сделать? — Келси выпрямляется на диване.

— Я не могу её потерять, Келс. Не могу потерять свою дочь.

— Я знаю, Эв. И ты её не потеряешь. Теперь у тебя есть Уокер, который поможет тебе пройти через всё это.

— Почему я не могу просто выйти замуж за тебя? — жалуюсь я, и Келси смеётся.

Она поднимает левую руку, демонстрируя обручальное кольцо. — Извини, подруга. Я уже занята.

— Уф. А мне нравятся только мужчины, так что не сработает.

— Да, и без обид, но я не откажусь от члена Уайатта. Прости. — Она пожимает плечами.

— Не виню тебя. Хороший член — редкость.

— Ну, Уайатт и Уокер близнецы, так что…

Я поднимаю руку между нами:

— Эээ, нет. Это будет брак без секса, подруга.

— Удивительно слышать это от тебя. Ну давай… тебе ведь хоть капельку любопытно, каков Уокер в постели? — Она соединяет указательный и большой палец, оставляя крошечный промежуток.

— Скучаю ли я по сексу? Да. Но если мы переспим, всё станет ещё запутаннее. Нет. Думаю, лучше, если мы просто останемся друзьями без секса в этом браке. Тем более, это же не навсегда.

Келси снова улыбается своей хитрой улыбкой. — Ладно. Как скажешь.

И, хотя я не хочу это признавать… кажется, моя лучшая подруга мне не верит.

Да и я сама себе — тоже не до конца.

Уокер

Я бросаю последний тюк сена на кучу в амбаре и вытираю пот со лба. Спасибо Богу за работу на ранчо — она хоть как-то помогает справиться с нервами.

Завтра я женюсь. И, хотя это была моя идея, меня не покидает чувство, что я стою на пороге решения, которое изменит всю мою жизнь. Но когда вчера вечером Эвелин написала, что согласна на моё предложение, внутри меня что-то изменилось. Впервые за последние шесть месяцев я чувствую, что у меня снова есть цель. Больше нет этого блуждания в пустоте и бесконечного вопроса — в чём вообще смысл жизни?

Смерть имеет странную способность отрезвлять. Она заставляет понять: чтобы жить — нужно прилагать усилия. Нужно каждый день выбирать — жить по-настоящему. И теперь, когда я больше не топлю вину в алкоголе, я могу сосредоточиться на том, чтобы изменить чью-то жизнь к лучшему: Эвелин и Кайденс.

Мой брат был прав — хотя я вряд ли признаюсь ему в этом вслух. Направить свою боль в конструктивное русло, возможно, и есть тот ключ, который поможет выбраться из тьмы, окутывавшей меня с той самой ночи. Хотя образы того вечера до сих пор горят у меня перед глазами — яркие, обжигающие, словно пламя, из которого я едва выбрался.

— Нужна помощь? — спрашивает Уайатт, отвлекая меня от мыслей. Я поворачиваюсь к нему. Он идёт ко мне в своей фирменной футболке Gibson Ranch, бейсболке, джинсах и ботинках Ariat. Сегодня воскресенье, а значит, все трое братьев обязательно побывают на ранчо — каждый внесёт свою лепту.

— Я только закончил. Осталось почистить Гиацинту и Малберри, потом собирался покататься на Баррикаде, перед тем как поехать домой.

— Лошади выглядят отлично. Когда у тебя следующее занятие?

— Ещё нескоро. Я перенёс даты — был не в том состоянии. — Прошло уже несколько месяцев с тех пор, как я вёл уроки верховой езды. Но груз вины потихоньку сходит с души, и я снова чувствую, что готов — хотя бы к новой нормальности.

Он кивает и проводит языком по щеке.

— Кстати о нерациональных решениях — птичка на хвосте принесла, что ты завтра женишься…

Чёрт. Видимо, Келси успела поговорить с братом раньше меня. Не удивлён, хотя рассчитывал всё объяснить сам. Хотя, скорее всего, Келси заговорила с Уайаттом, потому что Эвелин, вероятно, попросила её быть свидетельницей на церемонии.

— Эта кудрявая птичка сказала правду, — отвечаю.

Уайатт качает головой:

— Ты серьёзно собираешься жениться на Эвелин? Ты в своём уме?