Чтение онлайн

– Хорошие цветы, – сказала Ронни. Ее голос был нейтрален, но она очень ясно дала мне понять, что она думает на предмет Жан-Клода. Она думала, что он – настырный ублюдок. Она была права. Она думала, что он – воплощенное зло. С этой частью я не соглашалась.

Я села на дальнем конце восьмиугольника, спиной к стене, голова ниже уровня окон.

– С меня на сегодня хватит лекций, Ронни. Ладно?

Она пожала плечами и отпила кофе.

– Ты – большая девочка, Анита.

– В самом деле. – Это звучало раздраженно даже для меня. Я пристроила автомат возле себя на полу, вместе с плащом. Я вдыхала аромат кофе, черного и густого. Иногда я добавляла сливки и сахар, но для первой чашки дня лучше просто черный.

– Джамиль ввел нас в курс дела, – сказал Луи. – Вы с Ричард действительно вызвали силу посреди Цирка?

Я глотнула кофе, прежде чем ответить.

– Похоже на то.

– У крысолюдов нет эквивалента для лупы волков, но разве это в порядке вещей, быть способным призывать силу подобным образом?

Ронни переводила взгляд с одного из нас на другого. Ее глаза были немного шире обычного. Я рассказывала ей все, что происходило в моей жизни. Она вертелась вокруг меня и монстров достаточно долго, чтобы встретить Луи, но это все еще был для нее странный новый мир. Иногда я думала, что ей бы лучше держаться подальше от монстров, но как она сказала, мы обе были большими девочками. Порой она даже носила оружие. Она могла принимать собственные решения.

Джамиль ответил:

– Я вервольф уже больше десяти лет. Это – моя третья стая. Я никогда даже не слышал о лупе, которая могла бы помочь Ульфрику взрастить силу вне лупанара, нашего места силы. Большинство лупа не может сделать это даже там. Райна была первой на моей памяти, кто мог призвать силу в лупанаре. Она могла создать немного силы и не в полнолуние, чтобы повысить свои возможности, но ничего вроде того, что я чувствовал сегодня.

– Джамиль говорит, что ты помогла Ричарду вызвать достаточно силы, чтобы исцелить его, – сказал Луи.

Я пожала плечами, осторожно, чтобы не пролить кофе.

– Я помогла Ричарду справиться с его зверем. Это вызвало... что-то. Я не знаю. Что-то.

– Ричард впал в один из его припадков ярости, и ты помогла ему сдать назад? – спросил Луи.

Тут я на него взглянула.

– Ты видел, как он теряет контроль?

Он кивнул.

– Однажды.

Воспоминание заставило меня вздрогнуть.

– Одного раза достаточно.

– Но ты помогла ему справиться с этим.

– Она сумела, – сказал Джамиль. В его голосе звучало удовлетворение.

Луи посмотрел на него и покачал головой.

– Что происходит? – спросила я.

– Я сказал Ричарду, что ему не станет лучше, если он не выбросит тебя из своей жизни. Я думал, что ему нужно забыть тебя, чтобы исцелиться.

– Такое впечатление, что ты изменил мнение, – сказала я.

– Если ты можешь помочь Ричарду удержать в узде его зверя, то ты ему нужна. Мне без разницы, как ты планируешь это все уладить, Анита. Но если он не предпримет чего-то очень скоро, он не останется в живых. Чтобы предотвратить это, я сделал бы почти все.

Впервые я осознала, что Луи больше не симпатизировал мне. Он был лучшим другом Ричарда. Думаю, я не могла его упрекать. Если бы он обошелся с Ронни так же скверно, как я с Ричардом, я бы тоже взбеленилась.

– Даже поощрять Ричарда видеться со мной? – спросила я.

– Ты этого хочешь?

Я качнула головой и взглянула ему в глаза.

– Не знаю. Мы связаны друг с другом на вечность. Это слишком долгий срок, чтобы бросаться друг на друга.

Ричард появился в дверном проеме.

– Слишком долгий срок, – сказал он, – чтобы видеть тебя в его руках. – Его голос не был ожесточенным. Он был усталым. Его густые волосы и мускулистый торс были покрыты тонкой белой пылью. Даже его джинсы были в пыли. Он напоминал персонажа порнографического фильма, где ремонтный рабочий утешает одинокую домохозяйку. Он подошел к розам.

– Вечно видеть белые розы с твоим именем на них. – Он коснулся единственной красной розы и улыбнулся. – Милая символика. – Его рука сжалась вокруг темно-красного цветка; когда он открыл ладонь, красные лепестки разлетелись по столу. Капля крови упала на светлую поверхность стола. Он укололся о шип.

Ронни широкими глазами смотрела на погибшую розу. Она взглянула на меня, подняв брови, но я даже не представляла, с каким выражением посмотреть на нее в ответ.

– Вот уж ребячество, – сказала я.

Ричард обернулся, протянув мне руку.

– Как жаль, что здесь нет нашего третьего друга – слизать кровь.

Я почувствовала, как мерзкая улыбочка искривила мои губы, и сказала прежде, чем смогла затормозить, а может, мне и пытаться надоело.

– В этой комнате есть по крайней мере три человека, которые с удовольствием слизали бы кровь с твоей кожи, Ричард. Я – не одна из них.

Он сжал кулаки.

– Какая же ты сука.

– Гав-гав, – сказала я.

Луи встал.

– Прекратите, вы оба.

– Прекращу, если он прекратит, – сказала я.

Ричард только отвернулся, заговорил, не глядя ни на кого.

– Мы сменили простыни на кровати. Но я все еще в грязи. – Он открыл ладонь. Кровь растеклась по линиям его руки, как реки по руслам. Он повернул ко мне злые глаза. – Можно мне воспользоваться одной из ванных? – Он медленно поднял руку ко рту и облизал кровь, очень медленно, очень демонстративно.

Ронни издала короткий звук, почти вздох. Я сумела не дрогнуть; я видела шоу раньше.

– Наверху есть ванная комната с душем. Дверь через холл от спальни.

Он медленным движением сунул один палец в рот, как будто он только что съел цыпленка из разряда “пальчики оближешь”. Его глаза не отрывались от моего лица. Я выдала ему мое лучшее ничего не говорящее выражение, пустое, безразличное. Чего бы он ни хотел от меня, это не было равнодушием.

– Как насчет этой крутой ванны внизу? – спросил он.

– Будь как дома, – сказала я. Я потягивала кофе, воплощение беспечности. Эдуард бы мной гордился.

– Разве Жан-Клод не расстроится, если я воспользуюсь вашей драгоценной ванной? Мне известно, насколько вы оба любите воду.

Кто-то растрепал, что мы занимались любовью в ванне в Цирке. Хотела бы я знать, кто – им бы не поздоровилось. Жар бросился мне в лицо; я не могла его остановить.

– Наконец среагировала, – сказал он.

– Ну, смутил меня, доволен?

Он кивнул.