Чтение онлайн

Юй Хуаньчэнь, стиснув зубы, со злостью ударил ладонью по перилам.

Тем временем Юй Синьи убедилась, что Нин Цзычжу разместил Императора в безопасном месте, после чего подошла к нему и негромко сказала:

— Я уже отправила людей в погоню. Им не уйти.

Юй Хуаньчэнь думал не об этом. Даже если он не стал бы преследовать его, люди Цзин-вана все равно не оставили бы Цуй Аню шанса сбежать.

Другое его беспокоило. Выходит, Цуй Ань вынашивал свой план мести уже давно…

Если бы не та болезнь, что прошлой осенью приковала его к постели, лишив возможности участвовать в северном походе… то кто знает, что тогда стало бы с семьей Юй?

* * *

Люди Нин Иня действовали быстро. Когда он вернулся во дворец, лекарь с изуродованным наполовину лицом уже ждал его в саду.

В покоях Цзин-вана не было ярких фонарей, единственным источником света служили высокие позолоченные канделябры, увитые тонкими изогнутыми ветвями.

Лекарь явно был готов к такому развитию событий. Он взял Нин Иня за запястье, проверил пульс, после чего лениво протянул:

— Яд силен, но, учитывая вашу… необычную выносливость, а также малое количество попавшего в организм, его действие не смертельно.

Он достал две черные пилюли и передал их Нин Иню.

По виду они казались ужасно горькими. Юй Линси уже потянулась за водой, чтобы помочь ему запить лекарство, но тот, не раздумывая, поднес пилюли к губам и, не моргнув, разжевал их, проглотив всухую.

Будто это не горькое лекарство, а какое-то лакомство, которое он смаковал с истинным удовольствием.

Когда Нин Инь слегка прикрыл губы ладонью и спокойно сплюнул кровь, алые капли проступили и на его ноздрях.

Юй Линси похолодела.

— Почему кровь?!

— Не бойся, девочка, — спокойно отозвался лекарь. — Пусть выходит, так лучше.

Он достал кисть и быстро записал рецепт, затем передал его Нин Иню.

— Пейте дважды в день. Семь дней без перерыва. — Он повесил за спину ящичек с травами и, слегка поклонившись, добавил: — А мне пора уезжать. Завтра утром я покидаю столицу и отправляюсь странствовать. Прошу вас, берегите себя. Даже если ваш организм устойчив к ядам, всему есть предел.

С этими словами он развернулся и ушел, не мешкая.

Слуга принял у него рецепт и отправился готовить отвар. В комнате остались только Нин Инь и Юй Линси.

Она едва сдерживала дыхание.

— Зачем слезы? —

Нин Инь притянул ее к себе и большим пальцем вытер скатившуюся с щеки каплю. Голос его был мягким, но в нем слышалась скрытая боль.

— У меня есть только одна драгоценная Суэй Суэй. Если ты будешь плакать, даже если я умру тысячу раз, мне этого не искупить.

Юй Линси молчала всю дорогу. Теперь, увидев кровь на его губах, она больше не смогла сдержаться.

Ее рука дрожала, когда она осторожно стерла алую каплю с его лица.

— Но у меня тоже есть только один драгоценный Нин Инь, — прошептала она.

Нин Инь посмотрел на нее.

Теплое свечение свечей освещало его лицо. Там, где внутри него зияла трещина, впервые просочился свет.

Он улыбнулся и в этой улыбке, на фоне темных алых капель на губах, читалось нечто запретное, сумасшедшее и прекрасное.

— Ты знаешь, Суэй Суэй…

Нин Инь едва заметно коснулся лбом цветочного узора на лбу Юй Линси. Их носы соприкасались, когда он, словно говоря сам с собой, тихо прошептал:

— Сегодня ночью я очень счастлив.

В его голосе звучала странная, почти болезненная удовлетворенность, как будто после долгих мучений он наконец обрел свое редчайшее сокровище.

Юй Линси стиснула зубы, не в силах выразить все, что накопилось у нее в душе, но в итоге лишь тихо выдохнула и расслабилась.

К счастью, после принятого лекарства носовое кровотечение у Нин Иня действительно прекратилось.

Погрузившись в теплую воду, он позволил пару окутать свое тело, и цвет его лица постепенно перестал быть пугающе бледным.

Прошло некоторое время, и вдруг он встал с резким всплеском. Вода стекала по его крепкому телу, капли скатывались по коже, оставляя за собой блестящие дорожки. Не утруждая себя полотенцем, он просто пересек зал, оставляя на полу влажные следы.

Юй Линси, сидя на ложе босиком, едва перевела взгляд, как перед ней во весь рост предстал стройный мужской силуэт — узкая талия, длинные ноги, рельефный торс. Ее сердце мгновенно забилось быстрее.

Она резко отвернулась и, сжимая губы, произнесла:

— Ты знал, что Императрица хочет убить тебя?

Нин Инь небрежно накинул черную верхнюю одежду, сел напротив нее и спокойно ответил:

— Чтобы поймать крупную рыбу, нужна хорошая наживка.

Заметив, как она нахмурилась, он лишь усмехнулся:

— Все равно я не умер.

— Не умер, значит, и переживать за тебя не стоит?

Она взглянула на него с укором, в её голосе еще дрожали отголоски страха.

— Если ты все знал, почему не ударил первым? Почему не покончил с этим раньше?

Черные волосы Нин Иня свободно спадали на плечи, а тонкая ткань его халата делала его лицо еще бледнее, почти неестественно белым.

Он откинулся на спинку кресла и задумался на мгновение, а затем медленно ответил:

— Потому что я хотел, чтобы Суэй Суэй волновалась обо мне.

Когда все это начиналось, он думал, что у Линси мягкое сердце и если он будет выглядеть достаточно жалким, возможно, она никогда не сможет оставить его.

Однако когда он увидел, как она со слезами на глазах бросается к нему, как, не раздумывая, вонзает нож в его врагов…

В итоге страдал лишь он сам.

— И только ради этого? — Юй Линси не верила своим ушам.

Нин Инь ничего не ответил и лишь протянул руку, пытаясь взять ее ладонь.

Она отдернула руку и посмотрела на него долгим, пристальным взглядом.

— Ты рисковал жизнью… только ради этого?

В ее голосе звучало возмущение. Она ненавидела, когда он так небрежно относился к собственному телу.

Наверное, Нин Инь понял ее злость, потому что его лицо посерьезнело.

Где-то в тишине закапала вода. Капля упала в бассейн с приглушенным звуком, пустив круги на поверхности.