Чтение онлайн

Кэтрин едва слышала её. «Кто здесь?» Этого не может быть. Он бы как-то дал ей знать. Если бы только…

Люси взглянула на шляпу, не подозревая о её значении. «Он сказал, что вы не будете возражать, миледи. Он сказал, что оставит свою визитку, если вы не придёте, а если нет, то подождет в саду».

Она спросила: «Кто?»

Люси была приличной девушкой; её рекомендовала Нэнси. Но она не была второй Софи. Хороша в хозяйстве и как горничная, но медлительна и порой просто сводит с ума своей неспособностью мыслить самостоятельно.

Кэтрин прошла мимо нее и слепо пошла по коридору к садовой двери.

Валентин Кин стоял у стены, повернувшись к ней в профиль, и только его рука двигалась, поглаживая соседского кота. Он был незнаком в своей контр-адмиральской форме, его светлые волосы выгорели почти добела на африканском солнце.

Только услышав ее шаги на террасе, он обернулся, и она увидела в нем перемену: глубокие тени под глазами, резкие линии вокруг рта, которые не могла стереть даже улыбка.

Она сказала: «Дорогой Вэл, я так рада, что ты подождал. Я понятия не имела». Она обняла его. «Как давно ты вернулся?»

Он крепко обнимал ее, с нежностью или отчаянием; это могло быть и то, и другое.

«Несколько дней назад я приехал в Портсмут. Мне сказали, что вы в Лондоне. Я подумал, что должен её увидеть».

Слова словно вырвались у него, но она не перебила. Кто мог сказать ему, что она в Лондоне?

Взявшись за руки, они прогуливались по небольшому саду, а за стеной доносились звуки Лондона.

Она сказала: «Будь осторожен с этим котом. Он пускает в ход когти, когда ты с ним играешь».

Кин испытующе посмотрел на неё: «Ваше письмо так мне помогло. Жаль, что это досталось вам». Он с трудом сглотнул. «Она была похоронена в Зенноре. Как так? Не обращайте внимания на мой вопрос. Я всё ещё не могу с этим смириться».

Она мягко сказала: «Никаких доказательств самоубийства, Вэл. Возможно, это был несчастный случай. Церковь не могла пожалеть, что ей досталась могила на её приходском кладбище».

"Я понимаю."

Екатерина подумала о нежелании викария. Епископ выразил своё неодобрение, поскольку ходили слухи, что девушка покончила с собой.

«Судья был совершенно определён. Её смерть стала результатом несчастного случая. Знаю, это слабое утешение, но она покоится с миром».

Роксби был мировым судьей, в противном случае...

«И ты там был. Я должен был знать, что ты там будешь».

Она ждала, зная, что произойдет дальше.

Он спросил: «Были ли некоторые из моих родственников в Зенноре, когда ее хоронили?»

«Там были цветы. Не стоит из-за этого горевать. Думаю, горя было предостаточно».

Он не ответил. Он снова и снова обдумывал это. Попробуй-

пытаясь понять причины, пытаясь собрать истину, даже если он никогда не сможет ее принять.

Он сказал: «Я так её любил. Даже она не знала, как сильно».

«Я думаю, что да, Вэл».

«Я должен пойти туда и увидеть могилу. Как только разберусь с делами здесь». Он посмотрел на неё, его лицо осунулось, словно горе сделало его больным. «Ты пойдёшь со мной, Кэтрин? В ту церковь, где мы венчались?»

«Конечно. Камня пока нет. Решай сам». Она держала его за руку, не смея поднять на него взгляд. «Конечно, я приду».

Через некоторое время он спросил: «Вы были в Адмиралтействе. Были ли какие-нибудь новости об Адаме?»

«Он жив и находится в плену; это всё, что им было известно. Нам остаётся только надеяться».

Она передала ему слова Бетюна, и Кин пробормотал: «Полагаю, они знают больше, чем готовы выдать». Затем он повернулся и посмотрел на неё. «Будет приём в честь сэра Пола Силлитоу. Мне сегодня об этом сообщили».

Она выдавила улыбку. «Знаю. Меня пригласили». Она вспомнила глаза Бетюна, когда он упомянул об этом. Возможно, она просто вообразила, что увидела, но никогда не встречала человека, которому могла бы полностью доверять. Кроме одного.

Кин сказал: «Тогда пойдём вместе, Кэтрин. Никто не мог ничего сказать по этому поводу, и при таких обстоятельствах…» Он не стал продолжать.

Словно кто-то другой ответил, она услышала свой собственный голос: «Дорогая моя, для меня это будет честью». Ричард поймёт; и он будет знать, что ему могут понадобиться такие друзья, как Силлитоу, где их сила имеет реальный вес.

Кин вдруг спросил: «Как Ричард?»

«Он беспокоится. Обо мне и об Адаме, о своих людях и о своём долге, — улыбнулась она. — Я бы не стала его менять, даже если бы могла».

Свет померк. «Кажется, снова дождь. Нам лучше зайти в дом».

Экономка зловеще ждала у лестницы, и где-то слышались рыдания Люси.

Экономка равнодушно взглянула на руку Кэтрин на рукаве контр-адмирала. Она сказала: «Только что разбила ещё две чашки, миледи! Боже, эта девчонка меня в богадельню отправит!» Она слегка смягчилась. «Я принесу чаю».

Они сидели у окна и смотрели, как листья дрожат под первыми крупными каплями дождя. Кот исчез.

Кэтрин спросила: «Были разговоры о вашем переезде в дом в Плимуте?»

Он пожал плечами. «Уже нет. Там флагману, как ожидается, придётся иметь жену рядом». С внезапной горечью он добавил: «Это будет для меня очередное назначение в море. Мне бы этого очень не хотелось!»

«Ты уже видел своего отца?»

Он покачал головой. «Когда я тебя оставлю, я уйду. Уверен, он будет „допоздна работать в Сити“!»

Ей хотелось обнять его, как ребёнка или как Ричарда, облегчить его горе, исцелить его отчаяние. Больше никого не было.

Он сказал: «Я должен был догадаться, понимаешь? У меня было столько планов на неё, и на мальчика тоже. Я ни разу не спросил её, чего она хочет. Она была как ты, Кэтрин, живое, драгоценное существо. Она словно потерялась в моём мире. Она мне ничего не сказала. Я её никогда не спрашивал».

Экономка вошла с чаем и ушла, не взглянув и не сказав ни слова.

Кин говорил: «Если бы я только был с ней!» Он пристально посмотрел на неё. «Она ведь покончила с собой, не правда ли? Пожалуйста, я должен знать правду».

«Она была не в себе, Вэл».

Он посмотрел на свои руки. «Я так и знал. Мне следовало предвидеть опасность с самого начала».

Она тихо спросила: «Ты помнишь Чейни, девушку, на которой Ричард женился и которую потерял?»

Он помедлил. «Да. Я помню её».