Чтение онлайн

– Сядь, Скритек, отдохни, - промолвила безжизненно Сейвина, кивнув на заснеженную землю рядом с собой. Он остался на месте, будто не слышал ее.

– Что с тобой?
– спросила она ровным, будто уже даже безразличным голосом.
– Что гнетет тебя?

– Ничего, прости, Сейвина.

– Брось, Скритек. Скажи лучше сейчас, чем завтра во время битвы.
– Она повернулась к нему и заглянула ему в его смоляные глаза.

– Просто мы сейчас уже ничего не сможем сделать. Потому не хочу напрасно тревожить тебя.

– Может быть, сможем сделать, откуда тебе знать?
– спросил Велес, сердясь немного, - скажи.

– Когда вы были там, в шатре с ранеными...
– он запнулся, мучительно подбирая слова, - я, как бы это сказать, я почувствовал толчок под ногами, такой сильный, что чуть не упал, однако никто рядом ничего и не заметил. Тогда я стал вслушиваться и понял внезапно, что это недра земли доносили мне что-то. Я долго пытался разобрать. Дело в том, что я давно не слышал ничего подобного, Сейвина, ты же знаешь, что мы перестали чувствовать землю, когда ушли в Баллию. Так вот, когда я наконец разобрал, что говорили мне недра земли, я понял, что еще очень много раненых уцелело, и они не доживут до рассвета. Они остались в полях, что между нами и врагом. А также много раненых еще дышат там, на равнинах, занятых этими монстрами.

Сейвины закрыла лицо ладонями, а Велес вскочил, багровея от ярости.

– Я зря сказал тебе, прости!
– заговорил лихорадочно Скритек.

– Да уж, лучше молчал бы.
– Процедил зло Велес.

– Почему же лучше?
– повышая голос, спросила Сейвина. Она подняла глаза, чтобы гневно взглянуть на Велеса.
– Разве уже слишком поздно, чтобы спасти их?

– Сейвина, ты ведь не всерьез это говоришь?
– заговорил Велес, лицо которого то багровело, то белело от волнения, - до рассвета осталось несколько часов, и нам нужно отдохнуть. И потом, нам нельзя так близко подступать к стану врага, это слишком опасно! Ты слишком мало знаешь об их магии. Оставь это, этим людям придется попасть в царство Даморы.

– Орлы помогут раненым, которые пойдут на поправку после моих заклинаний, добраться до стана.

– Ты не можешь пойти туда...

– Вопрос в том, как проникнуть в стан врага, оставшись незаметными. Даже более того, как сделать так, чтобы раненые смогли уйти оттуда - ведь они валяются среди этих монстров с острым нюхом и чутьем.
– Она стала тереть лоб, пытаясь найти решение, вспомнить заклинание.

Не выдержав минуты ожидания, Велес заговорил:

– Есть только один способ. Когда-то мы знали травы, мгновенно усыпляющие любого зверя. Однако сейчас зима, сейчас ничего не растет. А если бы и росло, мы не смогли бы вспомнить даже название этих трав. Был только один дух, кто мог их отыскать или вырастить.

– Цветница!
– хором сказали Скритек и Водан.

– Но ее здесь нет, - ответила Сейвина, - и никогда не будет. Как вспышка, перед глазами пронеслось мгновение гибели хрупкой и скромной девушки Цветницы. Сейвина почти забыла о том, что та когда-то была на земле. Память была последним домом погибших духов, но, стало быть, и он был не вечен.

– Я отправлюсь с орлами в поле, - уступил, наконец, Велес, видя ее понурые глаза, - и принесу всех, кого смогу. Но участь остальных предрешена, тебе придется смириться с этим.

Изнурительная ночь подходила к концу, когда розовый зимний рассвет отчертил ее присутствие в снежных степных сугробах; несмотря на то, сколь многое было сделано за несколько часов в полутьме, сколько воинов исцелено, Сейвина чувствовала, как непреодолимая злость поднималась в ней за те жизни, что все-таки успел отнять неприятель. Равнодушие, столь безопасное и удобное, к которому она когда-то пришла, уединившись в Баллии, казалось, покинуло ее безвозвратно.

Ночью Велибор резко очнулся ото сна, поняв, что началось. Он быстро оделся, надел доспехи, взял оружие и побежал на основную башню, где стояли часовые. Никто не бил треовгу, и в ночи стояла глубокая тишина. Он вгляделся в безлунный мрак, пытаясь понять, где был сейчас враг; не слышно было ни перемещения отрядов, ни боевого клича.

– Враг наступает, - сказала он зловеще.
– Созывайте всех.

Двое часовых переглянулись, будто прощаясь друг с другом, и бросились поднимать тревогу. Через несколько минут все отряды были подтянуты к оборонительным сооружениям, Велибор появился на башне, вселяя уверенность в своих воинов. Вскоре Сбын подошел к Велибору, словно замершему, так пристально он всматривался в даль; лицо его было непроницаемо. В холодном ночном воздухе шел пар от их теплого дыхания.

– Ты что-нибудь видишь там?
– спросил Сбын.

– Пока нет. Но я знаю, они приближаются.

– Решили напасть в ночи, тихо и бесшумно? Что же, это очень похоже на Чернека.

Велибор сделал резкое предупредительное движение рукой, заставляя его замолчать, а сам замер. Они оба затаили дыхание, стараясь вслушаться в ночные звуки. Было так тихо, что казалось, будто учащенный сердца стук бьет в набат на всю окрестность. И тут раздался истошный, раздирающий барабанные перепонки звук. Это вытьянки напали на западную стену. Как белые туманные облака, они вдвоем налетели на воинов, внося панику и сумятицу вокруг. Кто-то пытался с ними сражаться, но все было бесполезно, и так воины лишь скорее погибали. Другие вытьянки напали на восточную стену, и через какое-то время стало слышно приближение войск умрунов внизу; они несли огромные, наспех сколоченные лестницы, которые должны были достать даже до высоких стен Вышемира. Лучники начали атаку зажженными стрелами, поражая умрунов задолго до их приближения. Катапульта работала, то и дело бросая огромные камни в войска Чернека; его же катапульты тоже была запущены, однако камни от нее долетали лишь до конца скалы, не попадая в стены, располагавшиеся слишком высоко.

Воины разбегались от вытьянок, не ведая, как противостоять им. А те же, казалось, искали кого-то в их рядах. Чернек был не глуп, он метил сразу высоко: они, конечно же, искали Велибора.

– Тебе нельзя здесь оставаться, - промолвил Сбын, с замирающим сердцем следя за вытьянками.
– Они ищут тебя!

– Как мне вести осаду, если я буду прятаться?
– со злостью отвечал Велибор.

– Есть другие сотники для этого, - закричал Сбын, теряя терпение, - Ты не можешь погибнуть, едва тогда война началась!

Велибор, казалось, колебался. Он смотрел вниз, где был вход в башню; там было намного сохраннее. Но здесь люди погибали каждую минуту, и ему казалось, что он не мог их бросить. Однако почти сразу стало ясно, что было поздно думать: вытьянки разглядели его в ночи, и со всех сторон летели к нему. Велибор и Сбын застыли в ужасе на мгновение, а затем ринулись бежать к башне. Несколько мгновений, и они их должны были догнать. Сбын развернулся к ним, размахивая мечом, пытаясь принять их удар на себя, чтобы дать Велибору возможность добежать до входа в башню. Но вытьянки не обратили на него внимания: они слишком хорошо знали, кто им был нужен.

Они окружили Велибора, он держал меч наготове, будто он мог помочь ему. Вытьянки довольно хохотали. Одна из них, похожая на предводительницу, ринулась на него. Велибор закрыл глаза, мысленно отсчитывая последние свои мгновения. Но страшный вой смерти заставил всех живых и мертвых содрогнуться. На огромной птице к башне летела белая тень. Неживой ее белый лик с сияющими сапфировыми глазами был, вне всякого сомнения, ликом смерти. Одно из обличий Чернека, пронеслось в голове у Велибора. Он решил сам нанести сокрушительный удар.