Чтение онлайн

Смеркалось, закат красной ниткой очертил горизонт. Тишина говорила о совершенстве больших полей и высокого леса. Сейвина поняла, что нужно было искать место для ночлега. Она хотела выбрать опушку леса, там, где было бы меньше насекомых, чем в лесу но где бы ее все равно никто не нашел - подальше от дороги. Она повела коня по полю, пока дорога не скрылась из виду. Так она пришла к высокому берегу узкой реки, за которой виднелись острые купола монастыря. Сейвина решила, что будет интересно взглянуть на его обитателей; она нашла спуск к воде, и перевела коня через реку. То оказался женский монастырь, и его послушницы согласились впустить ее и предоставить ночлег. Когда настало время вечерней молитвы, все послушницы собрались в зале и встали на колени. Сейвина последовала их примеру. Она встала на колени, однако не для того, чтобы молиться. Она рассматривала скромное убранство зала, голые каменные стены, деревянные лавки; монастырь нечем не отличался от других, был так же скромен, как и монастырь Деяны. Но вот Сейвина заметила, что на алтаре стояла не мужская деревянная фигура единого, а древняя деревянная женская фигурка. Затем она еще раз окинула комнату взглядом и увидела, что в дверях стоит маленькая немолодая женщина. Это не могло быть правдой. Сейвина встала с колен и прошла к ней. Перед ней и впрямь стояла матушка Деяна. Они вышли из комнаты и пошли по длинному коридору с высокими окнами, открывающими вид на тихую реку и багровый закат.

– Как ты здесь оказалась?
– спросила Сейвина, когда совладала с изумлением.

– Монастырская магия особенного рода, - уклончиво ответила та.
– Если бы ты не зашла в монастырь, я бы не смогла к тебе явиться.

– Стало быть, как удачно, что я решила зайти сюда.

– Именно. Куда держишь путь теперь?

– К тебе, хотела спросить совета. Я не знаю, что мне делать; с Велибором не сложились отношения. Ему не нужна моя помощь.

– Значит, он погибнет, и сгинет людской род за ним.

– Это его решение, не мое. Он упрям до помешательства. Наивен, как ребенок; я не могу с ним вести разговоры о делах. Чего стоят только его размышления о чести!
– Сейвина усмехнулась.

– Мой друг, Велибор не совершенен. И в нем есть недостатки. Однако, посуди сама, будет ли у Радии когда-либо такой правитель? Во всем мире никогда еще не было такого человека у во власти стольких земель. Он по-ослиному честен, это так. Но в том и его сильная сторона. Его мысли и чувства едины; он не поступит завтра так, как еще не поступал сегодня.

Сейвина смотрела на глубокие морщины на лице матушки, дивясь тому, как намного старше выглядела настоятельница, чем она сама. А ведь из них именно Сейвина была премудрой.

– Ты права, разумеется, права. Но что мне делать? Он прогнал меня. Отправиться на помощь его войскам все равно?

– Когда ты придешь к ним на выручку, он наверняка переменит свое решение.

– Но одной моей помощи будет мало; Духовлад же отказался содействовать людям. Мне некого просить больше, некого.

– Пройдем обратно к зал богослужения, - Деяна развернулась в конце длинного коридора.

Сейвина вздохнула, немного уныло, боясь, что сейчас последуют длинные разговоры о подвластном ей и неподвластном. Они вновь вошли в зал. Деяна подошла к алтарю и тихо спросила ее:

– Кому они молятся?

Послушницы, склонив головы, усиленно шептали что-то, не обращая на них внимания.

– Какой-то женщине, - пожала плечами Сейвина, - не единому.

– Да, но какой женщине?
– Деяна так выразительно спросила ее, что Сейвину словно пронзило болью по всему телу.

– Быть того не может!
– прошептала она.

Вслушиваясь, наконец, молитвы, она услышала имя древнее, родное, давно забытое ею: Живица.

– Заступись за нас, Жива, молю, не оставь в беде род людской, - шептали губы послушниц едва различимо.

– Но как же...
– начала было Сейвина.

– Почему они вдруг забыли бога единого и вдруг вспомнили про тебя, давно оставленную ими? Победы заступницы Сейвины показали им, что они молились не тому богу. И они вспомнили про главную женскую богиню древности.

– И чем больше они молились, тем сильнее я становилась, - прошептала Сейвина.

– И тем слабее Духовлад. Ведь это он бог единый.

– Нет, ты ошибаешься!
– Сейвина покачала головой, - он всегда смеялся, когда я спрашивала его об этом; он сказал, что ему не нужны людские молитвы.

– Еще как нужны; ведь он и сам служит. Его сил мало, всегда мало, всегда нужно больше.

– Стой, но ведь в Лучистом лесу никто еще не слыхал про мою магию, как тогда у меня получилось раздвинуть землю?
– спросила Сейвина с сомнением в голосе.

– Твои спутники - ты показала им, что через Лучистый лес есть тропа; они поверили в тебя. Это и было началом.

– Только здесь люди молятся?

– Нет, конечно же. По всей земле в маленьких горницах, когда никто не видит, люди достают старые реликвии предков или делают из древа новые с твоим образом. Теперь ты понимаешь, что не можешь их подвести? Тех, кто поверил в тебя.

– Но я ведь не богиня, я дух земли; разве это все правильно?

– Я не знаю, что правильно, а что нет. В былые времена ты была сильна и без молитв, спору нет. Однако с тех пор многое произошло. Духовлад, живший с тобой тысячи лет, изо дня в день внушал тебе, что ты, как и другие духи, ничтожна перед ним. Он заставил тебя все время в мыслях блуждать по одному и тому же, чтобы твой ум никогда не отдыхал. Помыслы твои теперь о бренном, как у человека; так откуда черпать тебе твои силы?

Сейвина опустила голову, приунывая.

– То, о чем ты говоришь, чрезмерно сложно, недостижимо теперь.

– Для тебя не должно быть ничего недостижимого, если ты хочешь выиграть в этой войне. Ты ведь для этого вновь явилась миру. Вкус поражения тебе не по душе, я знаю.

В этот момент послушница зашевелились, и Деяна с Сейвиной обернулись, чтобы посмотреть на них. Несколько послушниц встали и подошли к алтарю; они поставили на него еще несколько фигур, много фигур. Сейвина, улыбаясь лукаво, взглянула на Деяну.

– Я отправлюсь в Баллию, соберу оставшихся духов. Раз и за них молятся, они воспрянут из забытья.

– Не оставь самого главного из всех.

Сейвина непонимающе уставилась на нее.

– Дамору!
– укоризненно сказала Деяна.

– Только не ее!
– прошептала гневно Сейвина, - я не сделаю первый шаг, не я должна его делать.

– Ты не всегда делаешь то, что должно. Именно поэтому ты еще существуешь в этом мире. И Дамора тоже. Ее гордыня мешает ей узреть силу провидения; однако если хочешь одолеть войска Чернека, тебе нужна твоя старая подруга. Верни ее дружбу.

Послушницы стали расходиться по кельям, и Сейвина последовала за ними. Они шли по длинном коридору, и в самом конце она оглянулась, чтобы еще раз взглянуть на Деяну. Та стояла ровно, высоко подняв голову, взирая на нее отнюдь не смиренным взглядом монахини. Через мгновение Сейвина оглянулась еще раз, но настоятельницы там уже не было.

Глава двенадцатая

За час до рассвета, когда багровое зарево занялось над долиной, стройная путница стояла на высоком берегу узкой каменистой реки. Она ждала чего-то, вглядываясь в холодную быструю воду. Было прохладно, уже по-зимнему прохладно, особенно в столь ранее время; ее пробирало до костей. Но она не уходила, не разжигала костер, чтобы согреться. Казалось, кто-то намеренно заставлял ее ждать, чтобы она смогла прочувствовать важность совершающегося.