Чтение онлайн

Из Девятой Книги Холода и Ночи

Весь день Роман провел в Соборном Зале, выслушивая советы воевод о том, как лучше организовать оборону Лейда. А к вечеру в Стифополь прибыло десятитысячное войско, присланное Домом Бурого Медведя.

Чтобы разместить такое количество человек в столице установили дополнительные палатки и наспех соорудили десятки казарм. Командиров Медведей разместили по гостевым залам княжеского дворца, и теперь он походил на муравейник: по коридорам носились придворные и слуги, метались военные, бродили советники и изнеженные дамы в пышных платьях.

Когда Роман вернулся в личные покои, давно перевалило за полночь, но Гордана не спала. Коротко кивнув жене, Великий князь сел за стол, заваленный гербовыми бумагами, и уткнулся в донесения.

Из мыслей вырвал неуверенный голос жены.

— Роман.

— Да? — Спросил, не оборачиваясь.

— Есть кое-что, о чем я долго не решалась говорить. — Гордана заметно нервничала: — Согласно Правилам Чести, принятым в Девяти Княжествах, в случае, если у супругов в течение пяти лет после заключения брака не появляются дети, один из них может требовать развод.

Роман невольно скрипнул зубами.

Замечательно! Только этого разговора сейчас и не хватает!

Женщины… Что на нее нашло? Усталость? Его холодность? Или на Гордану повлияло прибытие в Стифополь ее кровников из Дома Бурого Медведя? Пусть княгиня давно перешла под защиту Волков, связь с родней и семьей никуда не ушла.

Неужели кто-то из родственников подтолкнул ее к этому решению?

— Мы женаты уже восемь лет, — шепнула женщина. — Но детей у нас по-прежнему нет. А потому…

Князь едва подавил вспышку гнева. В отличие от младшего брата держать эмоции под замком он не умел. Отбросив бумаги, резко обернулся и выпалил:

— Ты хочешь развестись?

Гордана вздрогнула. Такой прямоты она не ожидала.

— Я…

Беседу прервал громкий стук в дверь. Створки распахнулись, и в покои ворвался Добрыня:

— Роман! Игорь очнулся.

Гордана подавила слезы, разворачиваясь к мужу спиной.

— Иди. Я буду здесь.

… Спустилась холодная, безлунная ночь.

Стифополь пленила дрема, но это не помешало Роману созвать приближенных в гостевой зал, куда несколько дней назад устроили бесчувственного князя Арги.

Когда лейдцы вошли, Игорь, лежа на кровати, нахмурился. Болезненная бледность спала, на щеках уроженца Дома Огненного Орла появился румянец. Кровотечение прекратилось. Но, несмотря на всю колдовскую мощь придворных целителей-волков, молодой мужчина был крайне слаб: с трудом шевелился и едва двигал губами.

Увидев недругов, он задал закономерный вопрос.

— Где моя сестра?

— С ней все в порядке, — заверил Роман, застыв неподалеку от ковра. — Княгиня с мужем выехали из Стифополя. Вернутся со дня на день. Даю слово, вскоре вы увидитесь.

Слово Верховного Правителя звучало твердо, хотя сердце обливалось кровью. Где сейчас Святослав и София? Что с ними? Почему не сообщают о себе? Нашел ли Святослав жену или может еще ищет и потому молчит?

Сомнения и страхи едва не отразились на суровом лице князя-северянина. Но он поспешил взять себя в руки. Его привыкли видеть властным расчетливым правителем, так тому и быть.

Игорь отнесся к объяснению с сомнением. Правда, настаивать с расспросами не стал. Волки переглянулись и перешли к допросу.

— Сейчас вы скажите все, что знаете, господин, — жестко потребовал Роман. — И упаси Властелин Небес нам солгать. Вы все еще живы только потому, что я отдаю долг вашей сестре, которая когда-то спасла жизнь моему брату.

Игорь понятия не имел, о каком долге идет речь. Тем не менее, понял — Роман не шутит. Взгляд, кипящий недоверием и злобой, требовал объяснений, и парню пришлось заговорить.

— Когда Будиш взошел на трон Арги, то поклялся сбросить «иго» Волков, — его голос был тих — каждое произнесенное слово отдавалось жуткой болью в ране на спине. — Брат оплачивал провокации в пограничных городах в надежде разжечь пламя конфликта. Искал повод объявить вашему княжеству войну.

— Это мы знаем, — гаркнул хмурый воевода. — Дальше что?

Игорь облизал пересохшие губы и прикрыл глаза.

— Все его попытки оказались тщетны. Арга не сумела избавиться от зависимости вашего Дома. Но полгода назад все изменилось. Андрогаст из Дома Железного Вепря прислал письмо. Предлагал объединить с ними усилия, чтобы вас уничтожить. А еще написал, что с ним связался черный колдун, который готов помочь общему делу. Все, что от нас требовалось прибыть на встречу в Бремень и обговорить детали с его племянником Милошем.

— Вы ездили в Бремень не единожды, — вставил слово Рогнед.

— Да, — Игорь побледнел. Ему становилось всё хуже, но вида «врагам» молодой мужчина не подавал.

— Зачем ваша сестра понадобилась вампиру? — Зло спросил Роман. — Да, князь Игорь. Нам об этом известно. А теперь я хочу услышать от вас правду.

Игорь молчал, раздумывая, стоит ли доверять недавнему противнику.

— София — жена моего брата. Она перешла под защиту нашего Дома, теперь одна из нас, — терпеливо разъяснил Роман, когда молчание затянулось. — Мы не станем причинять вред нашей кровнице. Клянусь честью.

Игорь кивнул.

— Тот колдун не просто колдун. Он ищет наследника, в чьих жилах течет кровь Властелина Небес. Сказал: только наследник способен преодолеть охранные заклятия и привести к «Сокровищу под Горой». Все дело в особенностях крови Софии. Она нужна ему живой. Он был очень самоуверен. Заявил, если откажемся помогать, выкрадет Соню без нашей помощи.

— Выходит, Семеон работал на вампира? — Сообразил мрачный Словен. — Гнусный колдунишко все продумал.

Игорь не знал, о каком Семеоне говорит суровый воин, и почему остальные так оживились, проклиная этого несчастного, и продолжил:

— После встречи в Бремени, Будиш впал в какое-то безумие. Он надеялся, что избранная кровь течет в его жилах, но узнав о Софии, пожелал с ней расправиться. Обещайте, что защите ее. Поклянитесь, что не выдадите мою сестру черному магу.

— Слово Дома Серебряного Волка — нерушимо. С госпожой Софией ничего не случится, — заверил Роман.

Игорь уронил голову на подушку — силы отказали юному князю.

— Через месяц после встречи Милош прислал письмо. На правах старшего Дома и нашего союзника он требовал, чтобы мы выслали вам требование о замене заложника перемирия на одного из нас. Я и Николай были против. Но Будиша было не остановить. Письма с угрозами полетели в Стифополь одно за другим.