Сошлись александрийцы посмотретьна отпрысков прекрасной Клеопатры,на старшего Цезариона и на младших,на Александра и на Птолемея,что выступят в Гимнасии впервые,где их царями ныне назовутперед блестящим воинским парадом.Армении и Парфии владыкойвсесильным Александра нарекли.Сирийским, киликийским, финикийскимвладыкою был назван Птолемей.Однако первым был Цезарион —в одеждах нежно-розового шелка,украшенных букетом гиацинтов,с двойным узором аметистов и сапфировна поясе слепящей красотыи с крупным жемчугом на белых лентах,увивших ноги стройные его.Он вознесен был выше младших братьев,провозглашен Царем среди Царей.Разумные александрийцы знали,что это было только представленье.Но день был теплым и дышал поэзией,лазурью ясной небеса сияли,Гимнасии Александрии по правувенцом искусства вдохновенного считался,Цезарион был так красив и так изящен(сын Клеопатры, Лага славного потомок).И торопились, и к Гимнасию сбегались,и криками восторга одобряли(на греческом, арабском и еврейском)блестящий тот парад александрийцы,а знали ведь, что ничего не стоят,что звук пустой — цари и царства эти.
СРОК НЕРОНА
Дельфийское пророчество услышав,далек от беспокойства был Нерон:«Страшись семидесяти трех годов…»Немало временн, чтоб жизнью насладиться.Ему лишь тридцать. Срок немалый боготвел Нерону, чтобы упредить,предотвратить далекие угрозы.Сейчас он в Рим вернется, утомленныйпрекрасным путешествием своим,но как приятно это утомленьеот удовольствий, что вкусил Неронв гимнасиях, театрах и садах…О, вечера ахейских городов!..О, сладострастье обнаженных тел…Так думает Нерон. В Испании же войсков глубокой тайне собирает Гальба,старик семидесяти трех годов.
АНГЕЛОС СИКЕЛЬЯНОС
Перевод Н. Горской
Ангелос Сикельянос(1884–1951). — Родился на острове Левкада в семье учителя. Первая книга стихов поэта, «Ясновидящий», вышла свет в 1909 г. За ней последовали «Пролог к жизни» (1915), «Матерь божия» (1917), «Пасха греков» (1918), «Дельфийское слово» (1927). Автор ряда несколькиx лиро-эпических трагедий.
Искрящееся жизнелюбие, возвышенный лиризм, сплав элементов неоклассицизма и неоромантизма определяют ту стилевую манеру, которую Сикельянос сохраняет на протяжении всего творчества. В 20-е годы он выдвигает «дельфийскую идею» — план создания в Дельфах всемирного культурного центра, организует театральные представления в древнем дельфийском театре. В годы второй мировой войны Сикельянос участвовал в Сопротивлении, возглавлял «Общество греческих писателей».
Стихотворения «Ахелой», «Анадиомена» и «Лишь потому…» взяты из икла «Лирика» (1912–1927), стихотворение «Клятва Стикса» — из сборника «Просфора» 1943). На русском языке публикуются впервые.
И был Ахелой переполнен, кипели и мчались валы,и, в этом кипении стоя,я ноги столбам уподобил, и сам стал подобьем скалы,как бог, ожидающий боя.Но жажда меня одолела, и рот приоткрыл я слегка,склонившись над влагою пенной,и только собрался напиться, как мощным потоком рекамне хлынула в горло мгновенно.И бодрость, и дивную свежесть вливал в меня каждый глоток,и легкость былая воскресла;и — как ветерок на рассвете — я медленно пил тот поток,что раньше хлестал мои чресла.Река обмелела, пропала, как пена в прибрежных камнях,и дно предо мною открыла;и стал наконец я свободным, и тяжесть исчезла в ступнях,и я воспарил легкокрыло.Наполнилось сердце отвагой, неведомой мне до сих пор,и чувствовал я, вдохновенный,в груди, что дышала привольно, и гордое мужество гор,и юную радость вселенной.Как ярко мое сновиденье! Как сила моя велика!Затмил я того полубога,который схватил Ахелоя, принявшего образ быка,за оба изогнутых рога,и в шею уперся коленом, и пальцы так крепко сомкнул,что рог захрустел и сломался,и, бешеной болью пронзенный, поток закружился, скакнули к морю со стоном помчался.
85
Ахелой — река в Центральной Греции. В мифологии — речное божество. Вступив в бой с Гераклом, Ахелой принял образ быка, и Геракл сломал ему рог ( греч. миф.).
Вот она — я — восхожу в сладостно-розовом свете зари,ввысь простирая длани,и божественный моря покой выйти меня призывает,в лазурный простор меня манит.Но внезапно врываются в грудь, потрясая мое естество,рассветной земли дуновенья.О Зевс, меня держит волна, и волосы топят меня,тяжкие, словно каменья!О нереиды, — о Кимофоя и Главка! — бегите сюдаи поддержите богиню. Яне ждала, что откроет объятья мне Гелиос [87] вдругв этой сверкающей сини…
86
Анадиомена — восходящая из воды. Одно из имен богини Афродиты, которая, по преданию, возникла из морской пены.
87
Гелиос — бог солнца.
ЛИШЬ ПОТОМУ…
Лишь потому, что землю славил в глубине души,и разум свой укоренил в терпенье молчаливоми, крылья тайные сдержав, умчаться не спешил, —испить воды родник мне разрешил,родник живой, танцующий родник, родник счастливый.Лишь потому, что не желал все ведать наперед,а думой неотступно погружался в час летучий,как будто в нем сокрыт всей мудрости оплот, —во мне — голубизна вокруг иль тучи —мгновенье, круглое, как плод, блестит звездой падучей,и благодатный ливень вновь идет, и зреет плод!..Лишь потому, что знал: конец — начало всех начал,и утверждал: «Коль день дождлив, заря бывает алой,и укрепляет камни мирозданья даже шквал,и кровь живой земли стучит сильнее после шквала…», —невзгоды вес так эфемерно мал,и дева Смерть моей сестрою стала!..
И если некогда я был сродни стремительным орлам,которые весной короткой,не уставая, могут облететь Египет, Индию, Элладу,и если некогда моя походкапружинистой была, как поступь моряка, избороздившего моряи не забывшего, как пляшут под ногами волны,и если вдруг — как будто темный ворон Ахеронауже забил крылами надо мной —в себе замкнулся я,готовый устремитьсяза грань неведомых, сокрытых ритмов мира,чтоб выйти к свету из земной темницы, —так почему я медлил до сих пор?Но вот теперь, когда вы мне открыли путь,пройдя сквозь мрак легко и плавно — словно в танце,бессмертные мои бойцы,я к вам пришел и вижу, что над вамине смерть стоит, а мощный дубс тенистыми ветвями,о Греции мы говорим, о Греции, что вам открылась,когда закат коснулся ваших глаз,и, рассыпаясь на осколки, мир погас,чтоб родина из вашей крови возродилась,я с вами говорю,бойцы почившие мои, питомцы гор, долин и моря,о всходах новой жизни, озаренных светомвеликой вашей жертвы, братья!И если некогда я был сродни стремительным орлам,которые весной короткой,не уставая, могут облететь Египет, Индию, Элладу,и если некогда моя походкапружинистой была, как поступь моряка, избороздившего моряи ие забывшего, как пляшут под ногами волны,и если вдруг —как будто темный ворон Ахеронауже забил крылами надо мной —все силы я собрал,готовый устремитьсяза грань неведомых, сокрытых ритмов мира,чтоб выйти к свету из земной темницы, —то уж теперь от вас я не уйду,я с вами каждое мгновенье,из сердца сделал я гумно,чтоб вы на нем сплясали, други,и я, прикрыв глаза, смотрю на вас —как вы скользите, за руки держась,по кругу в тайной пляске смерти,и я смотрю, смотрю, не размыкая глаз,смотрю и наглядеться не могу,как вы, бессмертные бойцы, в одном кругупрекрасный танец клефтов [89]на сердце пляшете моем!От вас я не уйду, —какой бы ни была моя судьба,написанная звездами на небе, —я сердце отдал вамдля пляски тайной,пускай пылает жертвенный костер,пусть высятся в саду могильные холмы,а вы в глубинах сердца моего танцуйте танец клефтов,пока не упадут оковы тьмы,и вы, восторженны, крылаты,в порыве вдохновенном,станцуете наш древний танец по-иному —станцуете бессмертие Эллады!
88
Стикс и Ахерон — реки подземного царства. Водами священной реки Стикс клялись древние греки.
89
Клефты — партизаны, оказывавшие сопротивление поработителям в период турецкого ига в Греции.
КОСТАС ВАРНАЛИС
Перевод Е. Смагиной
Костас Варналис(1884–1974). — Родился в городе Бургас (Болгария), в семье сапожника. Окончил филологический факультет Афинского университета, был учителем, а потом директором школы. В 1905 г. выпустил в свет первый сборник — «Соты», анакреонтические стихотворения, близкие по своей манере к французской школе парнасцев.
В 1919 г. для продолжения образования поэт уезжает в Париж, здесь же воспринимает социалистические идеи, осознает значение Октябрьской революции в оссии. По возвращении на родину занялся журналистикой. Начинается самый плодотворный период его творчества, выходят книга стихов и прозы «Пламенеющий свет» (1922), сатирическая повесть «Народ скопцов» (1923), трактат «Соломос без метафизики» (1925), поэма «Осажденные рабы» (1927), повесть-памфлет «Дневник Пенелопы» (1946), сборник исторических портретов «Диктаторы» (1954).
Обличительный пафос, бичевание уродств буржуазного мира сочетаются в произведениях Варналиса с гуманностью, светлым и добрым видением природы, человека, будущего.
В 1934 г. Варналис принял участие в Первом съезде советских писателей. В 1959 г. он был удостоен Международной Ленинской премии мира. В 1975 г. в Афинах посмертно вышел сборник Варналиса «Гнев народа» — стихотворения, написанные поэтом в период военной диктатуры 1967–1974 гг.
На русском языке издан том «Избранное» Костаса Варналиса («Художественная литература», 1959).
Стихи, публикуемые в настоящем томе, на русский язык переводятся впервые.
ОБРЕЧЕННЫЕ
Вчера в подвальном кабаке,В дыму табачном, в перебранке,Под вопли уличной шарманкиМы пили, сидя в уголке.Вчера — и раньше: вечер каждыйСжигает нас хмельною жаждой.Кто к полной кружке тянет руки,Кто на пол сплюнет иногда.О, в мире нет страшнее муки,Чем жизни прожитой года!Как ни копайся в прошлом сорном,Не вспомнишь дня, чтоб не был черным.О солнце и морские воды,О небо, щедрое стократ!Шафранные шелка восхода,Гвоздикой рдеющий закат!Сияньем вашим мир украшен,Но нет вам места в сердце нашем!У одного отец недужен —В параличе десятый год;А у того жене все хуже —В чахотке тает, кашель бьет;Сынок в тюрьме, дочь на панели, —Чтоб дети даром хлеб не ели.— Кто виноват? Судьба дрянная!— Кто виноват? Господень суд!— Кто виноват? Башка дурная!— Вино всему виною тут! —Кто виноват? Кто мрак осветит?Никто не знает, не ответит.Так в темном чреве кабакаМы пьем, трусливы и убоги.Найдем, как черви на дороге,Смерть под ударом каблука.Нет избавленья ниоткуда.Чего мы ждем? Должно быть, чуда.
«НАРОДНОЕ ОБРАЗОВАНИЕ»
Учителя, вы долго добивались,Чтоб думать и желать я разучился,Вранью внимал, ложь повторял за вами,Враньем кормился и во лжи скончался.Но я был тверд — и срок ученья минул,Ни душу мне не поломав, ни спину.Беда, коль обречен ты смерти скорой,Но хуже смерти — стать продажной шкурой.