Чтение онлайн

Я предавался праздности. Товарища мн? не назначали. Я свободно бродилъ по улицамъ, никто у меня не требовалъ огчота въ моихъ поступкахъ. Отецъ былъ в?чный труженикъ, а мать была озабочена приведеніемъ въ порядокъ своего хозяйства въ ожиданіи гостей, въ числ? которыхъ долженъ былъ явиться и будущій женихъ Сары. Н?сколько дней къ ряду, у насъ въ квартир? б?лили, мыли, скребли и чистили. У насъ (о, роскошь!) появилась даже временная еврейская служанка.

Въ одинъ торжественный вечеръ явились, наконецъ, давно жданные гости. Вс? они были откупные сослуживцы отца. Между этими евреями только два, три были совершенно похожи на евреевъ, какъ по костюмамъ, такъ и по манерамъ, остальные же принадлежали уже въ новому еврейскому типу, начавшему зарождаться сначала на откупной почв?. Н?которые изъ нихъ были чисто выбриты, въ короткихъ сюртукахъ, въ черношелковыхъ манишкахъ, въ панталонахъ, спускавшихся до самой ступни. Въ первый разъ въ жизни я узр?лъ еврейскихъ щеголей. Такъ вотъ они, эти безбородники и голозадники, къ которымъ такъ презрительно относилась мать въ своемъ ночномъ разговор? съ отцомъ! подумалъ я, удивленно разинувъ ротъ, при вид? этихъ новыхъ для меня людей.

Между этими людьми бросился мн? въ глаза одинъ молодой блондинъ. Это былъ молодой челов?къ, л?тъ двадцати-двухъ, довольно красивый собою, съ чрезвычайно выхоленнымъ лицомъ, и съ голубыми, но водянистыми, телячьими глазами. Станъ его былъ очень строенъ, сюртукъ сид?лъ на немъ какъ вылитый. Сапоги его скрип?ли самымъ п?вучимъ образомъ, когда онъ ступалъ по земл?; а ступалъ онъ очень ув?ренно, гордо поднявъ голову, напомаженную и надушенную. На рукахъ его красовались кирпичнаго цв?та перчатки. Когда онъ сбросилъ бархатную фуражку, на голов? его оказалась такая же феска, съ огромною шелковою кистью.

«Это, должно быть, будущій женихъ Сары. Вотъ красавецъ, такъ красавецъ!» подумалъ я и невольно началъ охорашиваться. Но проклятые мои рукава, при первомъ движеніи, такъ заскрип?ли, что я счелъ за лучшее забиться въ уголъ и совс?мъ притаиться.

Вс? д?ти, и Сара въ томъ числ?, забились въ кухню и не показывали носа. Отецъ и мать суетились вокругъ гостей и угощали ч?мъ Богъ послалъ. Особенно мать хлопотала и острила на каждомъ шагу, глубоко затаивъ свою ненависть къ этимъ голозадникамъ, какъ она ихъ называла.

«Ненужные люди, должно быть», подумалъ я, молчаливо наблюдая за матерью.

Черезъ н?которое время, блондинъ какъ-то нечаянно приблизился ко мн?. Окинувъ меня удивленнымъ взоромъ, онъ обратился къ отцу.

— Это вашъ сынъ, раби Зельманъ? Какой же онъ у васъ уже взрослый! Ч?мъ онъ занимается?

— Пока онъ учился въ хедерахъ. Теперь я еще и самъ не знаю, куда его пристроить.

— А русскую грамоту онъ знаетъ? продолжалъ свысока франтъ.

— Н?тъ, отв?чалъ отецъ.

— Знаю, вм?шался я, зад?тый отрицательнымъ отв?томъ отца.

— Значитъ, молодецъ! отнесся ко мн? блондинъ, покровительственно.

— А знаете, раби Зельманъ, сказалъ одинъ изъ голозадниковъ, подходя къ отцу: — вы бы его отдали къ намъ въ науку. Онъ съ виду расторопный мальчикъ. У него лицо не глупое. Черезъ годика три, четыре, онъ могъ бы кое-чему научиться, и быть полезенъ и себ? и вамъ.

— Покорно благодарю. Я, признаться сказать, самъ думалъ уже объ этомъ, да какъ-то не посм?лъ просить васъ, г. конторщикъ.

— Откупной тор? онъ еще усп?етъ научиться, вм?шалась недоброжелательно мать. — До бороды ему еще далеко, добавила она язвительно. — А пока пускай-ка посидитъ надъ торой настоящей.

Отецъ укорительно посмотр?лъ на мать, неум?вшую выдержать роли своей до конца.

— Ого, раби Зельманъ, у васъ очень набожная супруга. И моя жена такая ужь набожная, что заставляетъ меня молиться чуть ли не пятнадцать разъ въ день, а по субботамъ и праздникамъ и совс?мъ житья отъ нея н?тъ.

Вс? засм?ялись и мать моя тоже. Непріятное впечатл?ніе было замято.

— А вотъ что, любезная Ревекка, продолжалъ неглупый конторщикъ — мы такъ устроимъ, что и волкъ будетъ сытъ и козы ц?лы. Вашъ сынъ можетъ ходить въ хедеръ и продолжать свое д?ло, а посл? об?да ходить въ контору и учиться откупной части.

— На это я, пожалуй, согласна, одобрила мать. — Теперь и я вамъ скажу спасибо, добавила она, обязательно усм?хнувшись.

— Ну, и ладно, будемъ же друзьями, подшутилъ конторщикъ. — Вы, добрая Ревекка, пожалуста не коситесь на мою физіономію за то, что она такая безбородая: я въ мать уродился, оттого безбородый и вышелъ.

Опять вс? захохотали.

— А что касается до нашихъ короткополыхъ сюртуковъ, продолжалъ конторщикъ: — то за это пеняйте на нашу проклятую профессію: часто сталкиваешься съ чиновниками. Изъ боковаго кармана короткаго чернаго сюртука они какъ-то в?жлив?е принимаютъ взятку, а то, пожалуй, и примутъ, да паршивымъ жидомъ вдобавокъ обзовутъ.

См?хъ раздался вновь. Мать очень снисходительно начала относиться къ остряку.

— Ревекка! спросилъ отецъ — гд? же Сара?

— Ты знаешь, какая она у насъ заст?нчивая! Прячется отъ чужихъ людей, да и только.

— Скромность въ д?вушк? — свойство хорошее, вм?шался блондинъ: — но это уже выходитъ изъ моды; теперь въ ходу развязность, добавилъ онъ, гордо закинувъ голову назадъ.

— Какъ для кого… уязвила его мать.

Отецъ шепнулъ что-то матери на ухо. Мать вышла. Я догадался, что она пошла за Сарой. Я посл?довалъ за нею.

Сколько мать ни урезонивала Сару явиться на сцену, та упорно не соглашалась. Мать пустила въ ходъ брань и угрозы. Это под?йствовало. Сара, отстаивая каждый свой шагъ, приблизилась къ двери. Мать внезапно толкнула ее сзади и Сара вдругъ очутилась на сцен?. Блондинъ подскочилъ со стуломъ въ рук?, любезно приглашая ее с?сть. Сара, не поблагодаривъ в?жливаго кавалера, какъ-то безсознательно и крайне неловко опустилась на стулъ. Мать недружелюбно посмотр?ла на моднаго любезника.

Сара была необыкновенно мила въ своемъ розовомъ ситцевомъ платьиц?. Заал?вшись до кончика хорошенькихъ ушей и опустивъ свои густыя, длинныя, черныя р?сницы, она въ зам?шательств? мяла передникъ, не зная, куда д?вать руки.

На блондина она, повидимому, сд?лала очень пріятное впечатл?ніе, потому что тотъ схватилъ стулъ и ловко примостился къ ней.

— О, какая же у васъ дочь! Вполн? нев?ста, сказали хоромъ гости, любуясь зам?шательствомъ д?вушки. Она пуще прежняго покрасн?ла, еще ниже опустила головку и съ большимъ азартомъ принялась тиранить свой невинный передникъ.

— Неужели вы никогда не гуляете? спросилъ ее блондинъ — какъ это я васъ до сихъ поръ ни разу еще не встр?тилъ?

Сара молчала.

— Вы не гуляете? повторилъ кавалеръ.

— Н?тъ, отр?зала сестра полушопотомъ, не поднимая глазъ.

— Отчего же?

— Такъ.

— Вы читаете что-нибудь?

Сара молчала.

— Книги какія-нибудь читаете?

— Да.

— Какія?

— Сара! приказала мать: — пойди, милая, узнай, готова ли закуска. Сара, вырученная изъ б?ды, не пошла, а поб?жала съ кухню.

— Какая прелестная у васъ дочь! сказалъ блондинъ матеря.

— Какъ для кого… отв?тила мать лаконически.

Видъ Сары, повидимому, привелъ блондина въ розовое настроеніе. Его сердце до того раскрылось, что взлюбило и меня, брата понравившейся ему д?вушки.