Чтение онлайн

Мы отошли в сторону.

– Я тут, пока вы ходили, кое-какие справки навел. Его в этих гаражах никто не знает. Машину пригнал три дня назад сюда. Сказал, у него тут у друга гараж. С тех пор она тут и стоит. Покупатели приезжают каждый день. С утра до ночи.

– Как это? – удивился я.

– Да черт его знает. Мутный тип, короче.

– Вообще-то, он нам и не говорил, что у него здесь свой гараж, – возразил я. Мою подозрительность полностью застило желание обладания БМВ. Именно этим. – И потом, я у него в квартире был. А покупателей, может, что-то в машине не устраивало. Может, движок в масле. Они смотрели и уезжали. Он мне расписку написал. – Я продемонстрировал мятый листок, испещренный каракулями.

– Дурак ты, Степа, – обиделся Юра, – делай, конечно, как знаешь, но я тебя предупредил.

Я вернулся к машине, уточнил:

– Значит, механик завтра будет?

– Завтра-завтра, – ответил Боря с ехидной улыбочкой, глаза у него были хитрые, – и все сделает.

Я достал из кармана остаток суммы, протянул ему деньги:

– Я тут подумал, а ну его, лучше прямо сейчас заберу.

– Как – прямо сейчас?! – улыбка сползла с лица Бориса.

– Вот так. Ты документы на машину давай. – Я постучал носком ботинка по колесу. – Вроде, не спускает. Так что мы прямо сейчас ее и заберем.

Юра подошел незаметно, поинтересовался у продавца:

– А что, тебя что-то не устраивает?

– Да все устраивает, – заверил Боря, – но вам же будет выгоднее забрать машину потом, то есть завтра. Она же не на ходу. Если без масла ездить, движок стуканет. Сами же сказали.

– А почему ты думаешь, что она своим ходом пойдет? – Юра захлопнул капот. – Документы тащи. А я пока свой джип подгоню, сейчас на трос ее подцепим, и отгоним ко мне.

– А как же доверенность? Генеральная? Вы же без нее машину переоформить не сможете?! – нашелся прохиндей.

– А я за доверенностью завтра приеду, – сказал я.

– А я завтра не могу, – забыв о встрече с несуществующим механиком, выпалил Борис.

– Тогда приеду, когда сможешь.

– Неси давай, – подключился Юра, – что-то не так, что ли?

Разговор продолжился на повышенных тонах. Юра даже предложил вызвать милицию, поскольку «все это странно». Боря еще некоторое время упирался, потом понял, что мы непреклонны, и принес документы. Когда мы, подцепив на трос, увозили БМВ, вид у него был обреченный, словно только что мы лишили его всех средств к существованию.

Машину мы отогнали к Юре в гараж.

На следующий день я стал звонить Борису, но телефон, указанный в объявлении, молчал. Лавочка прикрылась – он больше не был заинтересован в покупателях. Только тогда я вдруг сообразил, что фамилии на документах и на доверенности не совпадают. То есть владел машиной один человек, а продавал ее совсем другой. И все же, ситуация требовала разрешения, поскольку без владельца машины (ее настоящего владельца) я не мог переоформить ее на себя. А мне очень хотелось стать ее полноправным хозяином.

Я упорно звонил в течение полутора недель, но все без толку. Тогда я собрался и поехал навестить Бориса. На улице возле знакомого подъезда толпилось человек двадцать. Я прошел мимо них, поднялся по лестнице на второй этаж, позвонил в дверь. На звонки никто не ответил. Зато за спиной поинтересовались:

– Ты не владельца серебристого БМВ, часом, ищешь?

– Ну, да, – ответил я.

– Добро пожаловать в клуб, – мрачно сказал мужик в спортивном костюме, пожал мне руку, – я тоже этому козлу аванс оставил. Мы его уже несколько дней ищем. Перезнакомились уже все. – Мы вышли из подъезда, и он стал представлять мне активистов из числа пострадавших. – Вот это Виталик, это Леха, это Женя, а это Петр Иваныч. Он, вообще, всю сумму заплатил, чтобы, значит, на следующий день авто забрать.

Петр Иваныч уныло кивнул в подтверждение сказанного.

– Ты не думай, – заверил меня Леха, крепко сбитый парень с золотой цепью на шее, – мы его все равно найдем. А когда найдем, похороним. Куда он отсюда денется? Вон его мать в окне маячит. – Я обернулся, мне показалось – занавеска чуть дрогнула. – Прячется от нас. Говорит, что сына знать не хочет.

Мне стало жаль эту несчастную женщину. Разве она виновата, что родила и воспитала урода? И в приличных семьях порой вырастают настоящие подонки.

– Милицию вызывала уже несколько раз, – сообщил Петр Иваныч.

– А нам милиция по хую! – взорвался неожиданно Леха. – Мы здесь потерпевшие. Пока я из него свои бабки не вытрясу, никуда не уйду.

В планах несанкционированного собрания было отловить Борю, вывезти куда-нибудь за МКАД, и там, избив до смерти, бросить в лесу. Я решил, что, пожалуй, не стоит говорить этим рьяным поборникам справедливости, что я увез вожделенный БМВ, прицепив за трос. Потому что тут же найдется умник, который заявит на мою машину права. Тот же Петр Иваныч, например. Он ведь оплатил полную стоимость.

– Ты с нами?! – я вздрогнул, когда мужик в спортивном костюме хлопнул меня по плечу. – Замочим гада?!

– Но ведь так мы не увидим своих денег, – возразил я осторожно.

– А он их нам сначала отдаст, а потом мы его зароем! – кровожадно скалясь, проговорил Леха.

У подъезда, по всей видимости, собрались самые злые и решительные среди обманутых покупателей. На самом деле их было больше, много больше. Вели себя активисты так, будто отдали последние деньги. Возможно, даже чужие.

– Лучше действовать по закону, – заявил я. Чем сразу заслужил презрительные насмешки. Осторожно, стараясь никого не обидеть, я сказал, что, пожалуй, пойду. Жаль, конечно, потерянных денег. Но что делать – говно случается, как говорится. Меня провожали криками в спину, называя трусом и ничтожеством. Было немного обидно, но грела мысль – все они дураки, а я снова оказался самым умным.

Теперь предстояло решить сложную задачу – как переоформить машину в собственность. Мне повезло, у настоящего ее владельца оказалась редкая фамилия. После того, как его пробили по базе МВД (спасибо Юре), у меня в руках оказался московский номер. Я позвонил, подошла женщина, пожилая, судя по голосу. Услышав о причине моего звонка, стала истерично кричать:

– Сколько же можно! Он уехал – и здесь больше не живет. Об этой машине он и слышать ничего не хочет! Делайте с ней, что хотите, сволочи, раз забрали! Он вам больше ничего не должен!

Затем она бросила трубку. И больше на звонки не отвечала.

Я понял, что мне достался БМВ со сложной историей. Печально, конечно. Но кто же мог предположить, что так получится? Никто не знает, как больно бьют по голове грабли, пока на них не наступит.

Юра предложил сдать машину на «разборку». Так назывались (и до сих пор называются) места, куда сдают обычно битые, старые, иногда – ворованные, машины на запчасти. Я созвонился с одним таким «сервисом». Выяснилось, что я выручу за сданную машину даже больше, чем за нее заплатил. Это радовало. Но проблема заключалась в том, что машину я успел полюбить. И хотел ездить именно на ней, и ни на какой другой. Такими капризами обычно страдают начинающие автолюбители и люди консервативных взглядов. В тот период моей жизненной истории я объединял в себе оба этих качества.