Чтение онлайн

— Ни одна шлюха никогда не будет говорить мне «нет», запомни, — он развернул меня, с силой отвёл прижатые к лицу руки, заглядывая в глаза. — Не может быть никаких «нет». Никогда. Поняла? Отвечай.

— Д-да, — я даже и боли почти не почувствовала, только расползающееся по лицу онемение с каким-то металлическим привкусом и запахом. Впрочем, обожжёная рука болела.

— Вот же сука какая, испачкала мне костюм, — пожаловался вслух лорд Мизерт, разглядывая брызги крови на рукаве. — Если…

В дверь постучали, и у меня внутри всколыхнулась надежда, полудохлая, полусгнившая, но ещё трепещущая, ещё живая. Кто угодно. Лорд Ликор, его жена, Лавтур… Слуги. Кто угодно! Я зажала сломанный нос рукой, стараясь, чтобы кровь больше не капала на пол. Дверь открылась и в комнату один за другим прошли двое незнакомых мне мужчин.

— Это и есть твоя девка, Мизерт? Почему она в таком виде? — вошедший поинтересовался недовольно, так, словно мой вид был предварительно оговорён между ними до мельчайших деталей, и вот теперь лорд Мизерт предательски нарушал договорённости. — Что у неё с лицом?

— Непослушная девочка, прости, погорячился. Зато всё остальное — выше всяких похвал.

— Твой характер однажды доведёт тебя до Хорренхайской Темени. Кстати, кого у вас тут убили?

— А слухи расходятся быстро, верно? Отца мужа Асги, то ли сам подох, пытаясь приударить за этой лялькой в свои-то годы, то ли слуга отравил, соблазнился одной дорогой побрякушкой.

— Всё зло от баб, — почти меланхолично заметил второй мужчина. Я не видела их лиц, но голоса спутать было невозможно. — Отдай мне девку первому, я спешу.

— Он спешит! — фыркнул первый. — Луз, тебе мамка не говорила, поспешишь — людей насмешишь? Уступи девку первому хозяину банкета.

— Что я там не видел? — лорд Мизерт легонько пнул меня в бок мыском сапога. Зацепил, видимо, тростью подол платья и потянул, обнажая ноги и ягодицы. — Как писал великий Слэтворт: "Не похоть мной руководит — мне созерцание отрада…'

— Всегда знал, что ты старый извращенец, — со смехом проговорил первый. — Ты уже брал свою девку сзади? Боюсь, её лицо испортит мне всё удовольствие.

— Как хочешь, так и бери, она будет смирной, ей не привыкать. А лицо ей подлатают позже, она у меня многоразовая. Как насчёт небольшой партии в тарк, господа? Победитель воспользуется девкой первым.

— Ты это специально? — пробурчал второй. — Ты же знаешь, что в тарк мне никогда не везёт.

— Всё может быть. Удача — та ещё шлюха, почище моей.

— И такая же строптивая.

— Моя понимает с первого слова.

Трость снова проходится по спине, словно вычерчивая некую линию. А потом лорд Мизерт с размаху ударяет меня по ягодицам, один раз, второй, проводит, надавливая, между ними, и я прокусываю до крови губу, но молчу.

— Разогреваешь перед использованием? — фыркает первый. — Не трогай ляльку, я сам её распечатаю.

— Надеешься, что она еще хоть где-то…

— Заткнись, — вмешивается второй. — Раздавай карты. Но вообще-то, Мизерт, учти: одной сочной шлюшкой ты не отделаешься. Решай свои проблемы и возвращай то, что должен.

— Я их уже почти решил.

— Вот и отлично.

Партия в тарк длится около получаса. При удачном — для меня, не для игроков — раскладе — около сорока минут. Я должна что-то придумать. Выбраться отсюда.

…кому я вру. Я и с одним-то не могла справиться, не то что с тремя.

Партия в тарк — на двоих игроков. Лорд Мизерт отходит от стола своих гостей и опускается передо мной на корточки. Дым от сигары раздражает слизистую глаз, но запаха я не чувствую. Не знаю, как он решился сломать мне нос, он совсем ничего не боится.

Похоже, только я одна чего-то и боюсь.

— Видишь ли, змейка моя, я кое-что им должен. Так что ты уж постарайся, как следует, ты же можешь. Ублажи моих ребят. Будь умницей. Ты же знаешь, я могу быть очень злой. Знаешь? Знаешь.

Он выпускает струю дыма мне в лицо, а потом резко, хотя и так же тихо, как раньше, приказывает:

— Молчи.

И втыкает горящую сигару мне в плечо.

— Лежи, лежи, не дёргайся. Могу быть злым, а могу не быть. Если ты побежишь жаловаться на меня, змейка, ты ещё будешь мечтать о прошлых наших ночах. Я тебя как индюшку разделаю.

Он еще что-то говорит о том, что именно со мной сделает, но я не слушаю. Я умножаю числа.

Стук в дверь раздаётся когда — по моим прикидкам — до конца партии в тарк остаётся минут десять. И это незапланированный стук — лорд Мизерт вздрагивает, резко встаёт и подходит к двери, но сразу не открывает. Его гости лениво поднимают головы от стола и карт.

Если бы я могла, я бы скулила, как собака с переломанными лапами, но за любой звук лорд Мизерт или пинает меня по рёбрам, или продолжает тушить об меня сигары, которые зажигает одну за другой. Его пальцы дрожат. В комнате уже дышать нечем.

Я слежу за ним, продолжая лежать на полу.

— Молчи и не двигайся, — говорит он мне одними губами, а затем открывает дверь и выходит, выскальзывает в узкое пространство, очевидно стараясь, чтобы никто не мог разглядеть происходящее в комнате. Не боится. Но и лишних проблем не хочет. Всё-таки лорд Мизерт не настолько безумен, и это даже больше пугает: в противном случае он бы непременно нарвался, но он осторожен и хитёр.

Осторожен, но, кажется, сегодня со мной он явно перешёл черту и понимает это.

Я всё ещё лежу неподвижно, но мысли крутятся в голове с сумасшедшей скоростью. Подчинение члену семьи Бэкхейм, основанное на магии контракта, вполне преодолимо, но потребует немалых сил — словно поднимаешься в гору с каменной плитой на голове. Уползти я смогу, а вскочить и побежать — нет. И хотя мужчины явно увлечены финалом своей игры, они непременно меня заметят.

И не выпустят. Нечего и думать, чтобы взывать к их жалости и состраданию.

Тогда — что?

Лорд Мизерт возвращается быстро, недовольный, но собранный и сосредоточенный.