Знак четырех
Шрифт:
Сантар посмотрел на ее счастливую улыбку, с надеждой блестевшие глаза - и на повязку, закрывшую лоб и половину левого глаза: рассеченную бровь пришлось зашивать.
– Боюсь, теперь я их возненавижу, - процедил Сантар.
Сайарадил села на кровати, оглядела себя и погрустнела, заметив кровавые пятна на вороте и рукаве.
– Нужно переодеться, - вздохнула она: это было ее единственная приличное платье!
– Жаль, что я так и не смог достать тебе одежду, - повинился Сантар.
– Ты не виноват, что изгои отказались привозить для тебя женские наряды, - покачала головой Сая.
– Была бы у тебя, например, сестра, тогда другое дело... А так сразу понятно, для кого они.
Сантар, сокрушенно кивавший, вдруг выпрямился. Ему в голову пришла идея, настолько простая, что он удивился, как не додумался до этого раньше!
– Подожди меня здесь!
– крикнул он, выхватывая на бегу вещи из Саиных рук и бросая их на пол.
– Это тебе больше не понадобится!
Едва не сбив поднимающихся по лестнице знахарок, Сантар скрылся за деревьями. Взволнованные старушки заглянули в комнату и выдохнули, обнаружив там невредимую, но сбитую с толку Сайарадил.
Сантар вернулся, нагруженный завязанным в узел отрезом ткани.
– У меня нет сестры, - выпалили он, тяжело дыша, - но была мама. Она очень любила свои платья... Мы сохранили несколько.
Перед Сайарадил возник разноцветный ворох: пара шерстяных плащей, напомнившие ей о родном городе; мягкий домашний хлопок, вытканный простыми узорами; и прекрасные платья из шелка, тонкие, невесомые, выскальзывающие из пальцев. Их великолепие выглядело еще более невероятным на фоне убогого убранства комнаты.
Сая коснулась ладонью алого шелка, расшитого золотыми цветами, и усмехнулась:
– Вряд ли я когда-нибудь осмелюсь надеть нечто подобное!
– Там есть попроще, - не терпящим возражения тоном сказал Сантар и плотно прикрыл за собой дверь.
– Входи!
– позвала Сая через некоторое время.
Сантар открыл дверь. Сайарадил стояла посреди комнаты; вид у нее был смущенный.
– У имперской одежды столько завязок, - сказала она.
– Похожа я теперь на назарку?
Сантар окинул ее взглядом: шелковое платье светло-голубого цвета с длинными широкими рукавами и распущенные по плечам белые волосы... Даже рассеченная бровь совсем не портила ее!
– Да не особо, - хмыкнул Сантар.
– Пожалуй, лучше переодеться, - Сайарадил занервничала под его прищуренным взглядом.
– Не нужно!
– запротестовал Сантар.
– Тебе очень идет... Наверное, в Эндросе у тебя было много украшений?
– Не так, чтоб... Вообще не было, - призналась Сая.
– Я ведь жила в Храмовой школе! Вот у моей матери было несколько битком набитых сундуков.
– А знаешь, возьми, если хочешь!
– сказал вдруг Сантар, вытаскивая из-за пазухи кожаный шнурок.
– Это горный хрусталь. В империи его как гальки на морском побережье...
Сайарадил удивленно глянула на крупный, неправильной формы камень, прозрачный, как горный родник.
– Вряд ли такой чистый камень можно сравнивать с галькой!
– восхитилась она, наблюдая за причудливой игрой солнечных лучей на ломаных гранях.
– Он принадлежал моей матери, - добавил Сантар.
Сая быстро спрятала руки за спину.
– Я не могу его принять, - отказалась она.
– Это память!
– Это украшение, - пожал плечами Сантар.
– Есть назарская легенда о том, что горный хрусталь - это лед, превращенный духами гор в камень... Разве вы не созданы друг для друга?
Сайарадил, никогда прежде не слышавшая такой легенды, улыбнулась, принимая сказанное на веру, и надела шнурок на шею.
– Нужно найти цепочку какую-нибудь, - проворчал Сантар.
– Не надо, мне и так нравится, - покачала головой Сая и вдруг вскинула голову вверх.
– Кажется, у меня посетители!
Сантар выглянул за дверь.
– Двое мальчишек вместе с отцом, - добавил он, видя, как вслед за детьми из-за угла дома показался прихрамывающий мужчина.
– Это Клим Фартай, глава наших дозорных.
– Пусть войдут, - сказала Сая.
Сантар вышел на порог и пригласительно махнул рукой. Заметив его, мужчина подтолкнул сыновей вперед; те упирались, ни в какую не хотя идти дальше. Тогда отец взял их за шиворот и поволок по лестнице, взашей вталкивая их внутрь.
Улыбка сошла с лица Сайарадил, едва та глянула на покрасневшие от пролитых слез детские лица. Клим Фартай вытолкнул сыновей на середину комнаты и замер в проходе, преграждая путь к отступлению.
– Зачем вы так?
– Сая глянула на него с укоризной.
Взгляд изгоя посуровел.
– Пусть остальные молчат, но я-то знаю, что произошло!
– голос у Клима был зычный, как медный колокол.
– Они еще маленькие и просто делали, как все, - попыталась успокоить разошедшегося родителя, Сая оглядываясь на Сантара в поисках поддержки.
– Не такие уж они и маленькие, - пробурчал тот, смерив мальчишек тяжелым взглядом: - Кай! Ты старший? Сколько тебе лет?
– Десять, - пробурчал тот, вытирая нос рукавом.
– Только не плачьте, - попросила Сайарадил, морщась от боли.
Во взгляде Сантара мелькнуло что-то хищное:
– Пусть Сая готова все простить, но от меня вы такой милости не дождетесь!
– Откуда нам было знать, что так получится?
– насупился Кай.
– Мы и раньше кидали в нее камни!
– Да неужели?
– елейным тоном осведомился Сантар.
Покрасневший еще больше отец отвесил отпрыскам смачные подзатыльники.
– Мне просто хотелось показать, что моя кровь такая же красная, как ваша, - попыталась улыбнуться Сая.
Мальчики молчали, глядя в пол.
– Я не сержусь, - убито закончила она.
– Передайте это всем.
Мальчики покосились на отца и, получив его кивок, бегом кинулись к выходу.
– С этого дня не попадайтесь мне на глаза!
– крикнул им вслед Сантар.
Клим Фартай замер в дверях, своей широкой спиной закрывая свет солнца.
– Красная кровь или нет - не имеет значения. Куда важней то, что в голове и на сердце. Мы с женой никогда не учили своих детей подлости!
– Вы - хороший отец, - улыбнулась Сая.
– Но, по правде, не стоило приходить ради такого пустяка...